Совиный сказ
Шрифт:
Резной посох из снежного кедра с навершием из огромного алмаза выпал из тонких девичьих пальцев, а искристые голубые глаза затуманила боль. Лайт провернул клинок в ране молодой Императрицы ледяных зверей и выдохнул:
— Ну, и стоила эта месть твоей вечной жизни?
Девушка, пытавшаяся что-то высказать в лицо графу Лайту Рито, смогла лишь выплюнуть сгусток крови. Ей, как и Лайту, было понятно, что это конец. Жить дочери Императора ледяных зверей, уничтоженного учителем и приёмным отцом графа Лайта Рито, оставалось буквально несколько секунд. Именно
Лайт лишь вздрогнул, когда от бока по телу начали расходиться волны боли. Императрица же, увидев в насыщенно-синих глазах шатена ту же поволоку боли, что была у неё самой, выдавила слабую улыбку и сказала:
— О да. Стоила, — и, прикрыв глаза, выдохнула: — Отец, я иду к тебе.
Выдернув клинок из тела снежной эльфийки, Лайт отступил назад и опустил взгляд вниз. Ха… Нашла, снежная, как напакостить. Создала огромную сосульку прямо в его теле. А магической силы у Лайта уже нет. Амулеты разряжены, кстати. И святой целитель… Далеко, да. Хорошо, что ледяное зверьё во время их с Императрицей боя разбежалось, кто куда.
Колени Лайта подкосились и он рухнул на смесь снега и грязи, в двух шагах от поверженного врага. Боль постепенно заполняла его сознание, но "отключить" её усилием воли Лайт всё же смог. Вообще-то, этот приём использовался во время боёв, при которых нет права на потерю сознания от болевого шока. Но, в конце концов, в последние минуты можно подумать и о своём комфорте. И нет, смотреть на труп снежной эльфийки до самой своей смерти Лайт не хотел. Собрав волю в кулак, он развернулся лицом к небу. Пасмурно. Обидно.
Ещё обиднее то, что он не увидит своего сына взрослым, не научит его держать меч и творить заклинания. Жена… Друзья… Товарищи… Как же всего много он должен сделать! Как же не хочется умирать! Нет, нельзя. В момент смерти нельзя думать о незавершённых делах. Стать призраком, привязанным к месту гибели… Нет, такого даже врагу не пожелаешь. Надо подумать о чём-то другом. Или о ком-то, с кем можно встретиться, только перестав быть живым. Да. Именно.
— Надеюсь, учитель, вы меня не будете ругать за то, что я так рано к вам вернусь.
Прикрыв глаза, Лайт улыбнулся, думая о том, как встретиться с учителем, как расскажет ему, не постаревшему ни на день, о переменах в королевстве и мире. О том, как восхитительно держать на руках собственного ребёнка и каким толстым стал вышедший на пенсию паладин. Как займётся готовкой для учителя и как попросит пересказать содержание книги, которую тот сейчас читает.
— Да, из Руби вышел действительно отличный учитель, — услышал Лайт рядом с собой незнакомый голос и тут же распахнул глаза.
Серое "ничего" окружало Лайта со всех сторон. О! Так это то самое пространство духа, о котором говорил учитель! Жаль, что Лайт смог попасть сюда только после смерти. Но кому же принадлежал тот голос? Где…
— Тут я, тут, — словно сгустившись из тумана, сказала высокая статная дама в странном брючном костюме.
Очки, в руках какая-то тонкая табличка, на ногах — туфли в тон костюма на среднем каблуке.
— Я, Хранитель мира Харнак, Эльвира Лайерс, поздравляю тебя, Лайт Соод, с достижением уровня героя.
— Я — граф Лайт Рито, — нахмурившись, поправил Хранителя Лайт.
— Да-да, конечно, Лайт, как скажешь, — с ухмылкой сказала Хранитель. — В общем, как у героя, отдавшего свою жизнь за жизни многих, у тебя есть право выбрать стартовые настройки следующей жизни.
— А… Стоп, а как же Рай и Ад? — растерянно выпалил Лайт.
Хранитель оторвалась от своей дощечки и так же растерянно посмотрела на Лайта.
— Эм… Ах да, Руби же не из болтливых. Короче, ваша концепция загробной жизни устарела. Я сменила её, отправив всех на перевоспитание в соответствии с персональными достижениями. Нет, ну серьёзно, прикинь сколько человек живёт в мире. А теперь умножь на количество поколений. Ресурсы мира не безграничны. Короче. Придурки и идиоты выбора не заслуживают, а вот порядочные духи и такие уникумы, как ты — его достойны. Очков у тебя много, выбрать есть из чего. Список вот. Ткни пальцем в светящуюся надпись и появится подробное описание пункта.
Священник, купец, принц?! Маг, воин, моряк, кого тут только не было. И как тут выбрать-то?! Стоп! Учитель же тоже герой! Значит, он тоже проходил эту же процедуру! Он… Он там, он уже живёт! Десять лет как живёт!
— А мой учитель…
— Он — особый случай. Он не в Харнаке. Он выбрал другой мир.
При этом Хранитель поджала губы, словно вспомнила о чём-то неприятном.
— А так можно?! — поразился Лайт.
— Ну… — начала говорить Хранитель, потом округлила глаза, что-то начала рассматривать на дощечке. — Хм. Тебе — можно. Но с условием.
Глава 6. Прогулка по городу
Тихон наблюдал за толпой детишек, хлынувшей в подвал за учебниками с чувством злорадного удовольствия. А вот не надо было прохлаждаться на переменке! Надо было спокойно спуститься вниз и забрать свой комплект. Без очереди и давки. Как это сделал сам Тихон и несколько одиночек из класса, увидев книги в руках Тихона. Теперь они без всякой суеты выходили из школы, пока остальные наслаждались очередью в подвал.
— Представляю, какой в библиотеке кавардак сейчас, — хмыкнул Санька, выходя из школы вместе с Тихоном.
Он был первым, кто вернулся из библиотеке на первой же перемене после обеда. Смекнул, что ждёт остальных после окончания уроков. И сказать что-то ещё о нём Тихон затруднялся. Обычный загорелый темно-русый сероглазый пацан, среднего роста и комплекции, в одежде среднего достатка. К доске его сегодня не вызывали, на переменках он из класса выбегал вместе со всеми, но ни к боярским сынам, ни к купцам не приставал. Как и сейчас, вроде и вместе вышли — а вроде и порознь.
— А вот не надо было старост класса отменять, — злобно хмыкнул Горазд, сын учительский. — Раньше как, староста за весь класс получит учебники, принесёт вместе с двумя-тремя помощниками их наверх и раздаст. Загодя. Но этим же олухам не нужен тот, кто будет говорить с администрацией за них самих. Они же сами с усами. Вот пусть теперь помучаются пару лет без старост.