Сова Аскира
Шрифт:
— Камердинер был королевским агентом? — спросила Дезина и закрыла глаза. — Проклятье… неприятности нам гарантированы! — Она посмотрела на баронета. — Я вижу, вы не удивлены.
— Я боялся, что так и окажется, — тихо сказал баронет, глядя на свой кинжал, который всё ещё лежал на столе.
Дезина потёрла виски и кивнула.
— Думаю, я начинаю понимать.
— Возможно, частично. Ты знаешь ещё не всё, — отозвался Ласка, говоря серьёзнее, чем было ему присуще. Это касается и вас, баронет.
— В любом случае, вы обрели моё полное внимание. — отозвался баронет.
— В
— Полагаю, ты всё-таки согласился на эту работу, — предположила Дезина. — Что пошло не так?
— Сначала всё было хорошо. В квартале торговцев, недалеко от Золотой Розы, есть старый торговый дом, который сгорел несколько лет назад. Там должна была состояться встреча.
— Я знаю, о каком доме ты говоришь, — сказал Истван. — Он не выставлен на продажу, стены наполовину обрушились и с каждым днём разрушений становится всё больше.
— Именно он, — подтвердил Ласка. — Место встречи было во внутреннем дворе этой развалины. Оттуда ведёт переулок на Медную улицу, и этот другой человек должен был пройти там, дав возможность достаточно опытному вору украсть эти две скульптуры.
— Что случилось потом? — на удивление спокойно спросил баронет.
— Сегодня ночью я был в условленном месте. Камердинер пришёл, а вместе с ним и тот другой мужчина. Там была кромешная тьма, что было хорошо для меня, поэтому всё, что я могу сказать о том другом человеке это то, что он был высоким, стройным и широкоплечим, и на нём была накидка из тяжёлой кожи. Его рука лежала на плече слуги, и не было похоже, что он пришёл добровольно.
— Разве они не собирались там только встретиться? — спросила Дезина
— Таков был план, но, очевидно, всё пошло не так. Должно быть, другой мужчина подкараулил слугу в другом месте, — объяснил Ласка. — Как я уже сказал, была кромешная тьма. Как вы знаете, у меня хорошее зрение, но даже я почти ничего не смог разглядеть. Но скажу вам одно, слуга знал, что не переживёт эту ночь. Я это почувствовал… другого я тоже чувствовал, и не хотелось бы мне ещё раз вспоминать это ощущение. — Он опустошил свой бокал залпом. — Теперь я, конечно, знаю, почему у меня от него на затылке волосы встали дыбом.
— Наездник душ, — прошептала Дезина.
Ласка медленно кивнул.
— Это мог быть только проклятый. Что-то с планом слуги пошло не так, но обе скульптуры были ещё у него, когда он шёл по переулку.
— Откуда вам известно? — спросил баронет.
— Потому что проходя там, он уронил вот это. Это была мастерски выполненная работа… бросив мешочек, он поймал его своей пяткой, так что упал тот беззвучно. — Ласка посмотрел в свой пустой бокал, вздохнул и отодвинул его в сторону. — Кто бы ни был этот Дженкс, он был способным человеком. И храбрым. Должно быть, он зал, что его ждёт. — Он по очереди посмотрел на баронета, Иствана и Дезину. — Я не дурак. Я понял, что пошло что-то не так, как планировалось,
— И? — нетерпеливо спросил баронет.
Ласка пожал плечами.
— Ничего. Я не услышал ни звука, только писк летучих мышей под старой крышей. Я подождал некоторое время, почти пол отрезка свечи, потом постарался оттуда незаметно исчезнуть.
— Что было в порту? — спросила Дезина.
— Мы с Дженксом договорились встретиться там возле склада древесины, если что-то пойдёт не так. Что ж, наш план провалился, поэтому я пошёл туда. Я ждал его почти один отрезок свечи. Как раз, когда я собирался сдаться, он приковылял… а потом я наблюдал, как он борется с самим собой и перерезает себе горло! Думаю, его заставили сделать это там, чтобы я смог увидеть! — сказал Ласка, поспешно отпив глоток. — Я уже повидал много чего, но видеть, как он борется с самим собой было особенно отвратительно! Но хуже всего было то, как он выкрутил назад свою голову, — добавил Ласка. — Это было уже слишком… я побежал сюда так быстро, как несли ноги. «Если я хочу выполнить последнюю часть задания Дженкса», — подумал я. — «Будет лучше, если я проживу немного дольше!»
— Какую последнюю часть? — с любопытством спросил баронет.
— Дженкс сказал, кому я должен передать эти скульптуры и внушил мне, насколько это важно для имперского города и что я не могу потерпеть неудачу. Он рассказал о том, как подслушал, что эти скульптуры некоем образом не должны попасть в руки определённого человека. И именно этому человеку я должен передать эти камни.
— И кто этот человек? — нетерпеливо спросила Дезина.
— Прима башни. Первая Сова. Это ты, Дезина, — сообщил Ласка, залезая под камзол и кладя перед ней на стол тяжёлый кожаный мешочек. — Дженкс умер, потому что хотел убедиться в том, что ты получишь скульптуры!
— Я? — спросила Дезина, с удивлением разглядывая тяжёлый мешочек перед собой.
— Да, ты. Как он мне сказал, это ещё одна причина, по которой он выбрал меня. Он считал меня агентом имперского города, причисленного к маэстре из башни, а историю нашей прежней дружбы — сказкой, которая должна была лишь позволить нам незаметно встречаться здесь. И по этой причине он мне доверял. Вот почему удостоверился в том, что я, по крайней мере, знаю часть его истории, именно для того, чтобы я мог передать её тебе. И нашему алданскому другу, — объяснил Ласка, играя со своим пустым бокалом, в то время как Дезина ошеломлённо на него смотрела.
Истван потянулся за бокалом, но Ласка накрыл его своей рукой и покачал головой.
— Нет, Истван, достаточно вина. Думаю, скоро мне понадобится ясная голова. — Он необычайно серьёзно посмотрел на других. — План слуги не был таким уж глупым. В нём был лишь один маленький недостаток. Никто не мог предположить, что слуга встретиться там с наездником душ! Но если проклятый оседлал душу слуги, то теперь он знает всё! Что подобравший и умыкнувший мешочек из переулка был некий Ласка, и что получателем этого мешочка являешься ты! — Он медленно покачал головой. — Знаете, что? Это ужасно испортило мне настроение. И именно в этом я виню того ублюдка!