Сова Аскира

Швартц Ричард

Ласка кивнул.

— К тому же я уверен, что Орикес сказал тебе, что делать.

— Да, — лаконично ответила Дезина. — Орикес приказал мне работать над этим делом вместе с посольством. — Она вздохнула. — Ну ладно, пусть слушает, но постарается молчать. — Она бросила на баронета предостерегающий взгляд.

— Как пожелаете! — ответил баронет. Она с сомнением посмотрела на него, но он только улыбнулся.

«Этот человек подобен ртути», — подумала Дезина. — «Никогда не знаешь, как он себя поведёт!»

— Хорошо, —

сказал Ласка. — Вы оба скоро поймёте, почему баронету тоже нужно услышать всю историю. Не понимаю только одного, почему этот проклятый должен был появиться именно сейчас, так скоро после того, как по улицам Аскира, впервые за столетия, снова ступает Сова? Время от времени о них ходили слухи, но до сих пор всегда оказывалось, что это именно слухи и ничего более.

— Ты кое-что забываешь, Ласка, — сказал Истван. Он поставил перед собой свой собственный бокал и потянулся к кувшину, укоризненно глядя на Ласку. — Это Харденштайнер из самого первого урожая! — многозначительно сказал он. — Кувшин уходит за целых два золотых. Ты не можешь просто украсть его с прилавка!

— А я и не украл, — запротестовал Ласка с невинным видом. — Просто взял. Так что я забываю?

— Как раз именно тот факт, что Дезина ещё недолго носит свою мантию. Почему бы наездникам душ не устраиваться в городе уже на протяжении всех столетий? Ведь не было никого, кто смог бы их узнать! Только теперь снов появилась Сова, которой это под силу!

Ласка побеждено поднял руки.

— Ладно. Значит у нас в городе снова один из проклятых. Боги, да я сам видел, как тот человек умер… другого объяснения нет! Я не говорю, что не верю. — Он поморщился. — Даже если мне не хочется!

— Вы видели…? — начал баронет.

— Позже, — снова перебила его Дезина. — Давайте будем делать всё по порядку! — Она повернулась к Ласке. — Прекрати извиваться, как угорь! Какие у тебя были дела с тем человеком?

— Успокойся, — сказал Ласка. — У тебя снова этот блеск в глазах, как всегда, когда ты особенно упрямишься!

— Ласка… — начала она, но Ласка поднял руку.

— Ладно. Если бы я не хотел рассказывать, даже не начал бы, верно? На самом деле я рад видеть тебя здесь, иначе бы мне пришлось отправиться завтра в цитадель, чтобы сообщить тебе об этом! — Он скривился. — Хоть Быки у ворот совсем меня не любят, — добавил он почти обиженно.

— Это может быть связано с тем, что они думают, ты позарился на сокровища короны! — язвительно ответила Дезина. — В конце концов, однажды они почти поймали тебя на этом!

— Я просто хотел тебя навестить! — обиженно возразил Ласка.

— Это ты так утверждаешь! — зашипела Дезина, доказывая, что у неё тоже был темперамент, свойственный всем рыжеволосым женщинам. Зелёные глаза, яркие медно-рыжие волосы, бледная кожа, веснушки, широкий рот, который и без помады выглядел достаточно красным, высокие скулы… Ласка всегда дразнил её темпераментной кошкой, у которой слишком быстро сносит крышу. Комментарий, который в былые времена почти гарантировал,

что она рассердится.

— Только не погрызитесь, — спокойно сказал Истван, что лишь заставило их зорко взглянуть на него. Он улыбнулся и откинулся назад, в конце концов, он знал, что ни Ласке, ни Дезине не нравилось, когда кто-то портил им хороший спор, только Истван привык и был толстокожим. — Что там насчёт того камердинера, Ласка? — спросил он.

— Довольно странная история, — ответил вор. — Как вы оба знаете, я больше не занимаюсь подомными делами, — продолжил он, на что Дезина, Истван и баронет с сомнением смерили его взглядом. — До меня, конечно, до сих пор доходят слухи… и так я услышал о некоем Дженксе, который прямо-таки отчаянно пытался найти особенно способного вора.

— Погоди, — сказал Истван. — Разве это не тот журавль, явившийся сюда позапрошлым вечером?

В такой тёмно-красной расшитой ливреи, тощий, как жердь, с надменным выражением лица, напудрен светлой пудрой, как женщина?

Ласка сердито посмотрел на Иствана.

— Тот самый. Сейчас рассказываю историю я или ты?

— Я просто хочу отметить, что он вошёл и сразу же сел за твой стол.

— Он был здесь? — удивлённо спросил баронет.

— Да, — подтвердил Истван. Он выгнул бровь. — Разве вы не хотели просто слушать?

— Прошу, баронет, позвольте ему рассказать свою историю, — тихо попросила Дезина.

— Спасибо! — язвительно сказал Ласка. — Могу я продолжить? — Он бросил на алданца ещё один неопределённый взгляд и снова повернулся к Дезине. — Истван в целом прав. Чувак вошёл прямо сюда, сел за мой стол, спросил, не Ласка ли я, и не дождавшись ответа, сообщил, что у него есть для меня работа, от которой я не могу отказаться. Ему нужен человек с действительно ловкими руками… за это он было готов выложить двадцать золотых!

— Двадцать золотых? — поражённо спросил Истван. — Это много. Интересно, откуда у него такая сумма денег.

— Да это целое грёбаное состояние! — уточнил Ласка. — Поэтому я, конечно, отказался!

— Конечно, — с сомнением ответила Дезина.

Он гневно посмотрел на неё.

— Я знаю кое-кого, кто не устаёт повторять, что с такой работой что-то неладно. Помимо этого, чувак проблеял это на весь зал для гостей, проинформировав половину города! — Он сделал глоток из своего бокала и сверкнул на Дезину взглядом. — Конечно я отказался. И тогда всё стало по-настоящему странным.

— Как это? — спросил баронет.

— Он начал жаловаться, что я вряд ли оправдываю свою репутацию, что легенда о Ласке совершенно преувеличена, и что теперь я, очевидно, стал старым и ленивым или у меня не хватает смелости. Это он пролаял перед всеми ушами. Прежде чем я успел что-то сказать, он встал, сердито повернулся и напыщенно вышел. Так, чтобы все увидели и запомнили!

Истван ухмыльнулся.

— Он преуспел. Я хорошо его помню.

— И это всё? — удивлённо спросила Дезина.