Сотый

Ланда Ив

Прикоснувшись к небольшому системному блоку, Марэль с ужасом почувствовала, что тот не остыл. Кто-то явно был здесь и пользовался компьютером.

В панике Пэгги сорвалась с места и побежала вниз, где на столе оставила мобильный телефон. Трясущимися пальцами она набрала супруга.

– ТОНИ! – закричала она.

– Боже, Пэг! – испугался тот. – Что случилось?

– Кто-то был в доме! Кто-то проник в комнату Анны!

Мистер Марэль тяжело вздохнул:

– С чего ты взяла?

– Я вернулась и услышала стук оконной

рамы! Прибежала в комнату, а там горячий компьютер и стул!

– А окно открыто?

– Нет…

– Ну и как, по-твоему, злоумышленник будет закрывать за собой окно? У нас только с одной стороны ручка.

– Я клянусь! Здесь кто-то сидел!

Женщина снова вернулась в комнату дочери и, став на колени, прильнула носом к сидению. Она глубоко втянула ноздрями воздух.

– Что ты делаешь, Пэг?

– Тут пахнет кем-то чужим, Тони!

– Чем пахнет?!

– Я не… я не понимаю. Но это чужой запах.

– Черт побери, ты можешь описать?!

– Нет! – женщина зарыдала. – Почему ты не веришь мне?!

– Потому, что не бывает такого. Дверь была опечатана, когда ты вернулась?

– Да…

– Ну вот. Тебе показалось, Пэг. Прими таблетки и отвлекись. Посмотри свой любимый сериал, не думай об этом.

Женщина проглотила слезы вперемешку со склизким комом из носоглотки, и выдохнула. Успокоившись. Она закивала, хоть Тони и не видел этого.

– Хорошо… Хорошо, дорогой.

– Вот и умница. Мне нужно работать. До вечера. – Тони отключился.

Но телефон тут же затрезвонил снова. На этот раз звонила Розалин. Все нутро Пэгги опять сжалось до точки.

– Привет, Рози, – неуверенно поздоровалась женщина.

– Здравствуйте, миссис Марэль. Анна… она была в сети двадцать минут назад. Вы дома?

– Да, я дома. Прямо в комнате Анны.

– Это вы заходили?

– Нет! Конечно нет! Я услышала стук и пришла проверить. Но здесь никого.

– Стук?

– Да… В комнате Анны хлопнуло окно, но никого не оказалось в комнате. И под домом тоже. Но стул и компьютер ее еще не остыли. Я думаю, что… кто-то сидел прямо здесь.

– Ничего себе! Вы уже сообщили в полицию?

– Еще нет, Рози.

– Обязательно позвоните им. Пусть приведут кинологов, пока след свежий.

– Я тоже думаю об этом, – Пэг солгала. Она совсем забыла про существование собак-ищеек, хотя их задействовали при поисках Анны. Но согласится ли детектив Прайд выделить человека для исследования комнаты без весомых улик? Он непоколебимо уверен в том, что преступления нет, что кто-то из Марэль регулярно тревожит профиль дочери.

– Что ж, удачи вам, миссис Марэль, – спустя короткую паузу попрощалась Розалин. – Я буду пристально следить за активностью аккаунта Анны.

– Спасибо, – отстраненно произнесла Пэгги. Она была занята размышлениями о собаках. – Спасибо, Рози. Пока.

«Нет, мне откажут, – мысленно заключила женщина. Она стала в дверном проеме и склонила голову

сперва на одну сторону, затем на другую. – Но я могу попросить Тони установить камеру. И если этот гад попадется, то больше никто и никогда не посмеет усомниться в словах Пэгги Марэль».

Глава 10

Без Артура Леону было невыражаемо одиноко. Ему не с кем было играть по вечерам. Анне было не до игр. Она даже в «Хэппихай» заходить стала гораздо реже. Парень невольно начинал ревновать. А что, если у нее появился кто-то?

Но девушка убеждала его в том, что просто занята: родители попросили помочь с некоторыми делами взамен на поездку в Город. Тогда, в подтверждение чувств, Леон требовал развратную фотографию, и, конечно же, получал. Анна была такой сговорчивой, будто ужасно боялась поссориться. Это очень нравилось парню. Он ощущал некоторую власть и не стеснялся манипулировать и играть на собственной важности в ее глазах. Он мог просить о чем угодно. Мог просить показать ему, что угодно… Анна подчинялась.

– Хорошая девочка, – сквозь голодную улыбку облизнул губы Коннор, получив очередное изображение Марэль без трусиков.

Парень сидел на не заправленной постели. В спальне царил полумрак – Леон с утра не открывал плотные темно-серые шторы. Ему было попросту лень. Как и лень наводить порядок, хотя давненько уж требовалось. Простынь уже более месяца рисовала желтоватый силуэт Леона, как та Туринская плащаница. А еще парень забыл, когда носил в последний раз светлые носки, потому что они чернели сразу же после первых шагов, а от этого Леону становилось стыдно. Он не любил видеть грязь на своих вещах, а потому надевал то, на чем грязь была менее заметна. Когда-нибудь он обязательно приберется. Обязательно! Перед приездом матери, например…

Пока он был сам себе господином. Его никто не видел и не смел осуждать. Ни за лень, ни за бездействие, ни за рукоблудие. Он был свободен и счастлив в полной мере.

Приближая и внимательно рассматривая гладкие раскрытые прелести Анны, Леон полез второй рукой к себе под шорты. И вот, казалось бы, сейчас настроение станет еще лучше, но неприятный звук оповещения в «Хэппихай» вынудил парня отвлечься.

– Нет, только не ты… – простонал Леон. К нему в друзья добавлялась Мерилин. – Зачем ты меня разблокировала? У меня ведь все было так хорошо.

Не дожидаясь одобрения со стороны парня, Мэри написала первой:

– Привет. Слушай, возможно я слишком много негатива вылила на тебя. Просто хочу, чтобы у тебя все выходило складно. Я забочусь о тебе, понимаешь?

Поднявшееся настроение тут же опустилось, и Леону пришлось вынуть руку и начать писать ответ:

– Да, я понимаю, Мэри.

«Отошла что ли? Лучше бы пропала нахрен. Навсегда», – думал он при этом.

– Тогда, может, увидимся на выходных?

– Нет.

– Почему?