Сорок роз
Шрифт:
С тех пор как мясник оказался прикован к инвалидному креслу — несколько лет назад в горах с ним произошел несчастный случай, — пуделей Перси никто не травил. Но облака парикмахерских спреев портили им шерсть, да и легкие, наверно, тоже, и почему-то у Марии было недоброе предчувствие, что нынешний Феликс — последний. «Повесьте парикмахерский халат на крючок, — советовала она Перси, — и начните еще раз, с самого начала».
«Как
«Да, Перси. Мы не должны попусту растрачивать свои таланты. И поверьте, с тех пор как существует наше ателье, оно только и ждет, чтобы пришел художник, установил холст на мольберте и начал работать».
Нет, в дверь никто не звонил.
В их дверь никто больше не звонил, и если хорошенько подумать, то она даже не уверена, идет ли дело к весне или к осени, ее дни похожи один на другой, в том числе и дни рождения. Но для нее это не проблема, ведь они всегда походили один на другой, особенно сорокалетние юбилеи, все повторялось, будто некий ритуал, утром посыльный с цветами, а вечером прием, утром Луиза, а вечером зловещий непотопляемый фрегат, старуха Гранд, всенепременно расспрашивавшая молодую маму о сыне. Он уже ходит в детский сад?
В школу.
Уже в школу?
В гимназию.
Поначалу букет принимала Луиза, однако год от года ей становилось все труднее после звонка посыльного встать с табурета, и в конце концов, еще до болезни мальчугана, эта задача оказалась ей вообще не по силам. А как-то раз, Мария отчетливо помнила, они втроем сидели на террасе: она, мальчуган и Адель. Умирающий полулежал в подушках, ноги ему укутали пледом, и под маркизой было так же уютно, как много десятилетий назад, когда выздоровевшая Мария в белых чулочках и лаковых туфельках вогнала в краску влюбленного Лаванду. Но все-таки эти сорокалетние юбилеи были похожи один на другой как две капли воды, почти одинаковы, и в итоге от всех дней рождения остался один-единственный, чудесное воспоминание…
Ах, Мария, ну наконец-то.
Спасибо за розы, любимый.
Доставили вовремя?
Нынче они просто чудо.
Под стать царице роз.
В смокинге он выглядит потрясающе, высокий, статный, умудренный опытом, зрелый — настоящий аристократ. Идем?
Идем!
Раскланиваясь во все стороны, они прошли в ресторан, где сам главный администратор проводил их к столу. Ах, какой приятный
Вы позволите называть вас Марией?
Господин председатель, не заставляйте меня краснеть.
Дорогая Мария, сказал он, взяв ее руку и прижав к своей груди, поздравляю вас с таким замечательным супругом. Послезавтра он поразит нас пламенной речью, и, когда объявит себя сторонников будущего, то есть нашей молодежи, цвета нации, я конечно же буду не единственным, кому при этом тотчас придет на ум его супруга, наша красавица Мария. Если вам уже сорок,то я китайский император!
Благодарю за комплимент, товарищ председатель!
Кое-кто из стоящих рядом улыбается, остроту, несомненно, будут передавать из уст в уста. Главный администратор становится за ее стулом, королева садится, приглашает господ последовать ее примеру. Макс, Номер Первый, брат и дядюшка Фокс усаживаются. Все торжественно чокаются, и хозяйка приема с обычным аристократизмом, который здешний персонал умеет оценить, просит метрдотеля самое позднее без четверти десять подать сыр, чтобы они своевременно могли перейти в бар.
Коротко об авторе
Томас Хюрлиман родился в 1950 году в городе Цуг (Швейцария). Изучал философию в университетах Цюриха и Берлина. С 1974 года жил в Берлине. В том же году начал писать. День, когда он сел за письменный стол, позднее Хюрлиман назвал самым счастливым днем своей жизни. В 1982–1985 годах работал драматургом и ассистентом режиссера в берлинском Театре имени Шиллера, а в 1985 году вернулся в Швейцарию.
В 1981 году вышел первый сборник его рассказов «Жительница Тессина», затем были опубликованы пьесы «Дедушка и сводный брат» (1981), «Срок» (1984), повесть «Беседка» (1989) и др. В 2000 году увидел свет первый роман писателя — «Большой катер». Заметным событием в культурной жизни Швейцарии и Германии стала его повесть «Фройляйн Штарк» (2001), которая вышла в России в 2004 году.
Перу Хюрлимана принадлежит более 20 произведений, он лауреат многих литературных наград. За роман «Сорок роз» в 2007 году Томас Хюрлиман был удостоен Шиллеровской премии.