Соперники

Федотова Ася

— Привет — тихо здоровается и кутается в накинутый на плечи вязаный кардиган.

— Привет — отзываюсь и пожираю глазами ее худенькую фигуру.

Сглатываю.

— Ты случайно не знаешь, где подружка твоя?

Рита сводит брови на переносице.

— Таня?

— Та самая.

Замечаю, как Томилина часто дышит, как дергается синяя жилка на шее, и меня дико ломает. Прикоснуться бы к ней еще хоть раз.

— А зачем она тебе?

Вижу, как напряглась. Глазки забегали.

—

Это ты ей видео переслала? — решаю посмотреть на реакцию.

Но в горле образуется ком, потому что замечаю, как Томилина вздрагивает и тут же включает дешевую актрису.

— Ты о чем? — а сама губу кусает, и взгляд испуганный.

— Когда? — коротко спрашиваю, уже обо всем догадавшись.

Томилина нервно поправляет упавший с плеч кардиган и утыкается глазами в пол. Выхожу из себя. Сокращаю расстояние между нами до минимума и хватаю ее за подбородок, заставляя посмотреть на меня.

— Когда ты рылась в моем телефоне?

Томилина дергает головой, но я держу крепко.

— Говори, Томилина? — рычу на нее, еле сдерживая себя в руках.

— Перед отбором на олимпиаду. Я вытащила телефон, пока ты был на тренировке. Пусти! — вцепляется в мою руку и откидывает от себя.

— Зачем? — цежу сквозь зубы.

— Дурацкий план! Хотела заставить тебя отказаться от олимпиады. Я тогда ни о чем другом не думала, понимаешь? Но я не смогла, не смогла — оправдывается, а у самой глаза большие, как два омута.

Меня тошнит.

— Шантажировать что ли собралась?

— Да, собралась, потому что ненавидела тебя, завидовала. Это такой шанс, а ты стоял на пути — подбородок у Ритки подрагивает.

А ведь молчала!

Провожу большим пальцем по ее нижней губе. Томилина машинально приоткрывает рот.

— И как? — склоняюсь ниже, вдыхаю цветочный аромат, как отбитый наркоман. — Понравилось тебе?

Хочу ее, но в тоже же время отвращение дикое.

Наблюдаю, как учащается ее дыхание, как порхают ресницы. Томилина прикрывает глаза и рвано выдыхает, когда задеваю губами ее скулу.

— Макс, прости.

— Пошла ты, Томилина — выплевываю ей в лицо и хлопаю дверью. Вылетаю из подъезда на свежий воздух. Только бы не блевануть прямо около ее дома. Черт!

Домой добираюсь на такси. По пути к крыльцу, сразу же замечаю горящий свет в окнах кабинета отца. Лучше бы в городе остался! Скидываю кроссовки, куртку и захожу на кухню. Вспоминаю, что ничего сегодня не ел.

— Я приготовила лазанью, твой отец сказал, что она на вкус, как дерьмо — поднимается с дивана мама и расправляя складки домашнего платья направляется в мою сторону. Хмыкаю себе под нос и кошусь на нее.

— Значит вкусно. Где она?

Мама достает

из холодильника контейнер с желтой крышкой. Открываю, пахнет вкусно.

— Садись, я тебе накрою.

— Спасибо — плюхаюсь на высокий табурет за островок посреди кухни.

— Как у тебя дела, сынок? — спрашивает, пока накладывает лазанью в тарелку.

— Нормально — я не привык с ней вот так по душам трещать.

Мама ставит лазанью в микроволновку и смотрит на меня оценивающе.

— Как учеба?

— Как обычно — не вдаюсь в подробности.

Пищит микроволновка, мама достает тарелку и ставит передо мной. Беру вилку и принимаюсь за еду. Вкусно. По-домашнему.

— Как Алиска?

— Растет — мама тут же расцветает. Обожает говорить про племяшку. Мне даже становится немного завидно, потому что, когда я был маленьким, единственное, что очень хорошо помню, так это вечно пьяные мамины глаза. Такие усталые, покрасневшие и почти безумные. — С каждым днем все забавнее. Нужно тебе сестру навестить — говорит с упреком.

— Как-нибудь — бурчу в ответ и склоняюсь над тарелкой.

Между нами такая пропасть, что никакими лазаньями не залатать. Доедаю в полной тишине, потому что мама коротко целует меня в макушку и ретируется к себе в спальню. С отцом они уже давно спят раздельно. Я вообще не понимаю, почему они все еще живут вместе. Мама почти круглосуточно у сестры тусует, а отец по шлюхам. Сегодня редкий день, когда они оба дома.

Загружаю посуду в посудомойку и выхожу в холл, чтобы быстро прошмыгнуть к себе наверх. Но уже на пути к лестнице дверь в отцовский кабинет приоткрывается.

— Макс, зайди.

— Твою мать — закатываю глаза. Этого еще не хватало! Останавливаюсь в дверном проеме.

— В нашей компании через неделю состоится прием — отец вальяжно развалился в своем огромном кожаном кресле и дымыт сигарой. — Ты пойдешь со мной.

Хмыкаю, приваливаясь плечом к дверному косяку.

— Зачем? Ты же никогда меня раньше не брал?

— Связи устанавливать пора. Тебе скоро восемнадцать.

— И что? Я все равно не собираюсь у тебя работать.

Отец скалится.

— Настанет время, соберешься.

— А если не соберусь?

— Оставлю без портков — смотрит немигующим взглядом.

— Вообще не проблема — хмыкаю в ответ и собираюсь уходить.

— Я еще тебя не отпускал — рычит и долбит по столу кулаком. — В следующем месяце у тебя состоится собеседование с представителем бизнес-школы из Кельна.

— Мне фиолетово, все равно не буду там учиться.

— Ты еще поговори мне, щенок! — отец подпрыгивает в кресле и сминает сигару. — Куда? — орет мне вслед.