Сон и явь. Перепутье
Шрифт:
Итан сворачивает на до боли знакомую улицу. Мы с Лукасом часто ездили по ней, так как она вела к его дому. Останавливались у магазина, который только что мы проехали с Итаном, покупали угощения и ехали домой смотреть кино. По дороге, мы включали музыку, пели, я танцевала, он отбивал в такт песне по рулю. Было весело и счастливо. А сейчас... Сейчас я еду в машине с другим и чувствую, как предаю наше «мы» с Лукасом. Ведь чем больше Итана рядом, тем сильнее распадается это «мы» на мелкие атомы. И я стараюсь собрать всё обратно, как было прежде, но всё ускользает
— Это должна была быть наша школа, — прерывает мои мысли Итан, указывая пальцем вперёд на сгоревшее здание.
— Я помню его до пожара. Красивый был дом, — я поворачиваю голову в его сторону. — Почему, в итоге, не стала?
— После смерти Дженни я долгое время был не в себе. Этим воспользовались некоторые люди и подсунули на подпись документ, в котором говорилось, что я больше не являюсь владельцем этого здания. А я уже купил аппаратуру, завёз её туда, потом хотел всё забрать обратно, но случился пожар. Всё сгорело.
— Как так случилось, что ты подписал тот документ? Ты же даже пустой листок не подпишешь без юриста.
Он горько улыбается:
— Это теперь так.
— Ужасно. Жаль, что так вышло.
— Всё к лучшему. Здание, в котором мы сейчас работаем, мне нравится больше.
— Определённо, оно лучше, — говорю я искренне. — С окна твоего кабинета видно море.
— Именно, — улыбается он.
— Спасибо, что поделился.
— Разве в этом есть что-то, за что стоит благодарить?
— Ты редко делишься со мной сокровенным, поэтому, когда подобное случается, я понимаю, что ты мне доверяешь. Это приятно.
Он улыбается, но ничего не отвечает. Вскоре, сама не заметив, я засыпаю. Пара бессонных ночей сказываются на мне. После нашей встречи в ресторане я не могла уснуть. Снился Лукас, и мне было стыдно перед ним за свои эмоции рядом с Итаном. Поэтому, я старалась просто не спать.
Вновь снится Лукас. И говорит так странно со мной. Смотрит на меня сверху вниз, гладит по голове, говорит, что любит, скучает и хочет, чтобы я была рядом и не бросала его. Мне становится так страшно, что я мгновенно просыпаюсь. Отчаянное лицо Лукаса не выходит у меня из головы, я закрываю глаза и начинаю массировать виски. Мне не выспаться.
— Страшный сон? — спрашивает Итан.
— Да, — отвечаю я на автомате.
А на душе всё сильнее скребут кошки. Ощущение, что я предаю Лукаса, становится острее.
— Мы уже подъезжаем.
Выглянув в своё окно, вижу, как в небе взлетают два самолета. Никогда не видела их так близко над собой. Это заставляет меня на мгновение забыть о сне.
Вскоре мы заезжаем на лётное поле и подъезжаем к небольшому самолёту. Я с удивлением смотрю на это всё, так как мне всегда казалось, что процесс в аэропорту иной, и просто так оказаться перед судном никому не удастся.
— Это частный рейс, — словно прочитав мои мысли, говорит Итан.
— Что это значит? — смотрю на него озадачено.
— Значит, будем только мы.
— Такое тоже возможно? — я чувствую неловкость
Он улыбается, кивает мне в ответ. Мы выходим из машины, нас встречает капитан самолёта и стюардесса. Кажется, они знакомы с Итаном. Он достаёт из багажника наши сумки и передаёт их грузчику, после, отдаёт ключи от машины и просит припарковать её на привычном для него месте. Всё это время я стою и боюсь пошевелиться. Мне кажется, сделай я одно неправильное движение, то опозорю Итана.
Он подходит ко мне, просит мой паспорт, и протягивает вместе со своим капитану, а после мы проходим на борт. Чувствую себя дискомфортно. Я так и не научилась расслабляться там, где дорого. А вокруг всё об этом кричало, начиная с кожаных кресел и заканчивая вазой с экзотическими фруктами на столе.
Итан приглашает меня сесть за стол, а сам садится напротив.
— Тебя что-то смущает? — спрашивает он, заметив мою скованность.
— Почему мы не полетели обычным рейсом? — вместо ответа спрашиваю я.
— Хочу, чтобы твой первый полёт прошёл комфортно и произвёл на тебя впечатления.
— Но это всё далеко от действительности, — развожу руками.
— У всех ведь своя действительность.
— И у меня она не такая. Наша семья и на обычных рейсах-то не летала.
— Расслабься и наслаждайся.
Расслабится мне удаётся не сразу. После взлёта нам приносят заказанную еду из любимого ресторана Итана, и мы приступаем к завтраку. Успеваем обсудить наши рабочие планы на ближайшие два дня и предстоящую через месяц свадебную съёмку, которая будет проходить на острове. Я то и дело выглядываю в иллюминатор, чтобы насладиться видом облаков, над которыми мы летим, и испытываю непередаваемые ощущения страха и восторга одновременно.
Через несколько часов, мы приземляемся и, пройдя паспортный контроль, садимся в заранее подготовленную машину. Сомневаюсь, что когда-нибудь стану фотографом такого уровня, как Итан, чтобы позволить себе такую роскошь и комфорт. Да и сомневаюсь, что мне это нужно.
По дороге в отель, я разглядываю город. Итан упоминал мне о нём, но я успела забыть его название, так как слышала о нём впервые. Он отличается от нашего, выглядит строго и элегантно. Всё дома и улицы выдержаны в одном стиле и вызывают ощущение, что ты приехала в гости к очень влиятельному человеку.
Спустя минут сорок Итан достаёт из сумки чёрную повязку.
— Дальше тебе необходимо поехать с ней на глазах, — говорит он, как ни в чём не бывало.
— Что? — смотрю на него с ужасом. — Зачем? Ты что, решил меня убить? — слегка отшучиваюсь.
— Стал бы я так изощряться ради этого? — широко улыбается он.
— Зачем тогда?
— Так надо. Доверься мне.
Пожав плечами, я всё же закрываю глаза. Очевидно, что убивать он меня не станет, а значит, не вижу проблемы в том, чтобы довериться ему. Итан завязывает повязку мне на глаза, и я, склонив голову на окно, засыпаю, не найдя в данной ситуации другого "развлечения".