Сомнамбула
Шрифт:
A.: Это вы начали. Ваше некритическое отношение к материалу приводит к тому, что он владеет вами, а не наоборот. Свидетельство наблюдателя для вас подобно афоризму дельфийского оракула. Она сболтнула, а вы задумались, философствуете… мысли светлые появляются на пустом месте…
B.: Этим светлым мыслям не меньше двух тысяч лет. Так что на авторство я не претендую.
А.: Ну и слава богу… Не люблю я, знаете, весь этот пустопорожний треп на эзотерические темы. Делом надо заниматься.
И.: Золотые слова, господин А. Мы теряем время — и как раз на пустопорожние
Зеленые обитаемые горы. Как бы я хотела увидеть вас снова, вернуться туда, где мы были счастливы. Но, похоже, это невозможно даже во сне. Постоянно что-то мешает: туман, снег, морской залив, мой любимый город, который я знаю наизусть, сердце всех маленьких городов мира.
Войти в него можно через стеклянную дверь-вертушку. От того, кто дежурит на входе, зависит и планировка города, днем довольно устойчивая. Сегодня на пропускном пункте худощавый мужчина — впалые щеки, щеточка усов, инженер-путеец.Значит, шансы есть. Нужно только вовремя вернуться обратно, пока улицы не поплыли и вертушка не превратилась в заброшенный шлюз на оледенелой реке.
На окраине города живет наша дальняя родственница. Я стараюсь ее навещать, но мне банально не хватает времени. Не успеешь дойти до второй балюстрады, откуда уже виден порт, как пора поворачивать обратно.
У Лены тесная квартирка в панельной пятиэтажке. Две комнаты и кухня, куда никогда не заглядывает солнце (а между тем во времена моего детства там было столько солнца, что приходилось прятаться от него под столом, чтобы немного отдохнуть). Лена высокая, темноволосая, носит безрукавки из оленьего меха. Под ее кроватью растет морошка и клюква. На пасху она ставит тесто, и дом становится теплым. Ее дети немного моложе меня.
«Я знала, что ты придешь.
Лена накрыла стол на всю родню, от окна до окна. На нем ничего нет, кроме огромной рыбы, похожей на человека, с серебристо-коричневым, прокопченным лицом. Не пугайся, сейчас она изменится, она претворится.
Ты выросла и стала похожа на мать. Мы с ней очень дружили. Она объехала север вдоль и поперек. Искала отца, живым или мертвым, но находила только следы его присутствия. Иногда попадались люди, которые видели его своими глазами, старые и совсем молодые. Не спрашивай меня, я не знаю. Но он не был человеком.
Однажды мы пришли на закат солнца и видели длинную тень, закрывшую всю землю взмахом крыла (или плавника?).
Лена, я давно хотела тебе рассказать… Мне часто снится маленькая белая кухня, на подоконнике свежеиспеченный (слово выскочило, не могу вспомнить), накрытый льняным полотенцем. Майские клейкие листочки в открытое окно. Солнце, много солнца — обнаженного, без листвы, выметенного, как новый дом. На столе в синей тарелке разноцветные яйца. Никогда не видела таких. Что это?
…и я ответила: сегодня праздник, разве ты не знаешь? Возьми тарелку и отнеси маме, только не говори от кого, она меня все равно не вспомнит. Мое тайное
Значит, мне это не приснилось?»
(21)
«Это он, кричу я, он! Вон с той вершины мы смотрели в сторону моря, и земля была круглой, как золотое яблоко. Разве я могу его не узнать — я, которая каждую ночь видит его во сне. Помню все тропы, различаю каждый ствол, каждый камень. Собирайтесь скорее, мы успеем подняться наверх. Я вам все покажу.
Но ведь у тебя нет снаряжения. Ты что, собираешься лезть в гору прямо так? Посмотри на себя, как ты одета. Планов громадье. Две недели назад собиралась идти пешком в Китай. Сегодня возомнила себя альпинистом. Кстати, там наверху снег.
Я смотрю на очертания гор, расплывающиеся на глазах.
По карте здесь должны быть предгорья высотой метров пятьсот. А до настоящих гор идти и идти. А еще лучше — ехать или лететь, ехидно поправляет меня один из моих попутчиков. Судя по масштабу, тут не менее двух тысяч километров.
Неужели я ошиблась?
Так и есть. Предгорья, заслоняющие обзор, снова ввели меня в заблуждение.
Да, это у тебя не впервые, напоминает другой попутчик. Вспомни, чему нас учили в школе — то, что находится ближе, кажется больше и значительней (см. энциклопедия — закон угла зрения для искусственного зрачка).Непреодолимая иллюзия восприятия, которая не поддается коррекции с помощью рационального знания о реальных размерах объектов и расстояний до них.
Гладко излагает. Отличник. Такие безошибочно отличают иллюзию от реальности. Из них обычно получаются надежные спутники жизни, с которыми можно и в гору, и с горы.
Я готова идти вперед, чтобы подняться хотя бы на пятьсот метров. А там видно будет. К тому же карты у нас старые, и чему они теперь соответствуют, неясно. Ближний мир теснит и отталкивает, и я превращаюсь в пузырек воздуха, стиснутый со всех сторон слоями воды. Бегу по улицам, время стремительно тает, между мной и горным массивом вырастают дома, мосты, задворки, неоконченная стройка. Автоматический путеводитель подсказывает — перед вами исторический центр,архитектура барокко, волюты, барельефы, поверните направо, начинаются нежилые окна, лабиринты переулков, разноцветное белье на веревках и ни души.
Город потек, как ледяной дворец, и я больше не узнаю его. Вдобавок ко всему на горы опускается туман, и деревья уходят в него по одному, как будто в смерть».
(22)
«Тебя оживили — посмотри на руку, видишь капельки воска? Помнишь что-нибудь? Не волнуйся, так всегда бывает после замужества.
Первый взгляд — из окна, наверх, там ли мои зеленые горы.
— Я прошу тебя, пожалуйста, построим дом наверху.
— Но на такой высоте невозможно жить. Там никого нет.