Солярис

Lia Fe

— Мила, может своих подружек из клуба ты и можешь обдурить подобной брехнёй, но не меня.

— Но я не вру!

— Тогда недоговариваешь. Я знаю, ты бы не приехала сюда посреди учебного года без серьёзной причины. И я знаю, что школа — это не тот случай.

— Я…

— Рассказывай.

— Да тут в двух словах и не расскажешь, — попыталась предпринять очередную попытку я.

— Ну я никуда и не тороплюсь, — выдохнула бабушка.

Я посмотрела ей в глаза. Её взгляд буквально кричал: «Доверься мне». Я и сама не могла понять, почему так хотела скрыть всё от бабушки.

Может потому, что сама еще не всё осознала? Потому что мне не верилось, что от Соляриса меня отделяют около трёх с половиной тысяч километров? Что я действительно решилась уехать и уехала? Что он сейчас так далеко?

Великие силы, я только сейчас поняла, что с приёма прошло не более суток. Хотя ощущалось всё так, словно миновало несколько дней, столь насыщенными были эти часы. А еще я поняла, как же сильно измотана, и морально, и физически. Со вторым разобраться не так сложно, а вот с первым…

Возможно, бабушка понимала то, чего еще не понимала я. Возможно, мне стоило поделиться с ней всем? Нет. Я еще не готова.

Но я должна дать ответ. Причем, если в будущем я хочу попросить у неё совета, врать мне сейчас не следовало.

Прошла секунда, прежде чем я решилась, и слова полились из меня рекой.

— Всё началось в сентябре, точнее в августе. В день возвращения папы мы сильно повздорили. Меня разозлило то, что он снова предпочёл работу нам. Я не говорила с ним несколько дней, а потом он уехал. Сразу после этого мама впала в депрессию, а я начала загружать себя уроками. Я и вправду училась как ненормальная. Так что если бы не Лина, то мне грозил бы нервный срыв. А потом я поругалась с Ариной. Она связалась с плохими девочками из школы. Я пыталась вразумить её, но сестрёнка даже слушать не желала. А потом… — на мгновение я запнулась, подбирая правильные слова — вчера я рассталась с парнем.

— Ничего себе, — выдохнула бабушка.

В этот миг она показалась мне совсем молодой девчонкой. Словно я говорила не с мудрой родственницей, а соседкой по комнате.

— И я в порядке, честно, просто мне нужен перерыв от собственных заморочек, — дополнила я.

— Ты же знаешь, что от проблем не убежишь?

— Знаю, но эта поездка — возможность отдохнуть от них хоть пять минут, — я глубоко выдохнула. — Просто я устала, а еще мне нужно многое обдумать. Но чтобы сделать это, мне нужно дышать. А в Солярисе… Там я задыхаюсь.

— Ну раз так, думаю, ты заслужила небольшой перерыв, — наконец вынесла свой вердикт бабушка.

— Спасибо за понимание.

Какое-то время мы молчали. Говорить мне больше не хотелось, и я тихо попивала кофе из чашки, Любона Ванифатьевна же над чем-то сосредоточенно раздумывала. Затем она выпрямилась и сказала совершенно бодрым тоном.

— Знаешь, сейчас мне нужно сходить в ресторан, подписать документы о поставках. Ты со мной или устала с дороги и побудешь здесь?

— Я, наверное, останусь, — мягко произнесла я. — Почитаю, возможно, посплю.

— Как пожелаешь. Но спать не надо, а то ночью глаз не сомкнёшь, — улыбнулась женщина, выходя из-за стола.

— Хорошо, — усмехнулась я, поднимаясь на ноги.

Затем

мы вместе вернулись в главную комнату. Бабушка забрала с дивана сумку, а затем быстро взглянула на себя в зеркало. Мои губы расплылись в улыбке от мысли, как же прекрасна была эта женщина. Я проводила её до калитки, а когда та захлопнулась, прислонилась спиной к прохладной стене. Мой взгляд упал на море. Яркое, манящее, властное. Хотелось бы мне быть такой сильной и спокойной одновременно. И я такой обязательно стану! Тряпка по имени «Мила Арден» обязательно возьмёт себя в руки и справится со всем на свете.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь поверить в собственные мысли, а затем медленным шагом направилась в дом.

Глава 23

Я сидела на залитой солнцем пристани. С трудом, но мне всё же удалось отыскать место окутанное тенью и прохладой. Это была тонкая дорожка, толщиной не более метра, с одной стороны примыкающая к высокой городской стене, а с другой — оканчивающаяся водной гладью.

Я расстелила пятнистое покрывало на холодной уличной плитке, плюхнулась сверху и откинулась спиной на белёсую стену. А затем весь следующий час провела за переписыванием конспекта по архитектуре девятнадцатого века. Когда голова стала пухнуть от объёма новой информации, а рука затекать от безостановочной писанины, я отложила учебник в сторону и посмотрела на рыболовные суденышки, мирно покачивающиеся на волнах.

Это место было наполнено покоем, тем, что за последние десять дней так и не настал в моей душе. Я думала, что смогу забыть об Алеке, но его образ всплывал у меня в голове каждый раз, как я закрывала глаза. Казалось бы, разлука должна охладить мои чувства, но она лишь распаляла их. Мне очень его не хватало.

Я сделала глубокий вдох и подтянула колени к груди, мысленно возвращаясь к своему первому телефонному разговору с Линой. Подруга связалась со мной в день моего приезда, часов в одиннадцать вечера, благо часовой пояс у нас был одинаковый, и рассказала довольно волнующую историю.

Так получилось, что её предположения насчёт Алека подтвердились. Он и вправду меня искал.

Я, конечно, догадывалась об этом по тринадцати пропущенным вызовам. Но надеялась, что приятель остановится на звонках. Я ошиблась.

Когда уроки закончились, и Лина с Ингой отправились в «La Palette», на выходе из школы они столкнулись с моим парнем. Точнее, бывшим парнем. Если верить словам подруги, тот выглядел взъерошенным и уставшим, словно не спал всю ночь.

— Он приезжал к школе утром, — начала Лина — но не увидел тебя, поэтому решил попытать счастье после уроков.

— Что ему было нужно? — плотно сжав челюсть, спросила я.

— Ты, — последовал короткий ответ.

— Ты сказала, что я уехала из города?

— Да, но как ты и просила, я не сказала куда.

— Как он отреагировал? — непроизвольно вырвалось у меня, отчего я дала себе мысленный подзатыльник. Мне не должно быть до этого дела.

— Не поверишь, разозлился.

— Ого.

— Да, если честно, я думала, что он расстроится или просто удивится. Но он, казалось, был вне себя от злости.