Солнце
Шрифт:
Затем он сам раздражённо прищёлкнул языком.
Бросив на неё прищуренный взгляд, он поморщился.
— По правде говоря, я не знал, что ты здесь. Я искал уединения. Любования рассветом. Вот и всё.
— Но почему ты вообще здесь? — сказала она, тоже скрестив руки на груди и качнув головой, чтобы убрать косички с лица. Неопределённым жестом руки указав на долину, она поджала губы. — Почему ты просто не уедешь? Присоединился бы к одной из колоний в Азии… или к нашим командам, которых послали наблюдать за городами Тени в Европе или Южной Америке.
Она глянула
— Меч и Мост скоро приедут сюда. Ты правда думаешь, что они примут тебя с распростёртыми объятиями? — она бросила на него пренебрежительный взгляд. — Или тебе жить надоело, брат Даледжем? Возможно, ты надеешься, что брат Меч ускорит твою кончину?
— Сама-то на то же самое надеешься? — парировал он.
— Едва ли. Но я не могу бежать. Я совершила преступления. Это другой вопрос… и я обязана позволить моим посредникам вынести решение.
Он уставился на неё, и в его свете промелькнул проблеск удивления, несмотря на плотность его щитов. Впервые она увидела мужчину-видящего, скрывавшегося за этой мрачной маской.
Удивление пропало мгновение спустя, и снова вернулась хмурая гримаса.
Он фыркнул.
— Ах, — сказал он. — Ты одна из этих.
Она напряглась.
— Из каких этих?
— Одна из тех видящих, которым нравится прибивать себя гвоздями к кресту ради крови и богов, — теперь уже он удостоил её пренебрежительного взгляда. — Неудивительно, что вы с Дигойзом так хорошо подружились. Однако ты кажешься староватой для того, чтобы предаваться таким детским повадкам, сестра. Когда я знал брата Ревика, он был намного моложе. Ему и сотни лет не было.
Её челюсти сжались. Она колебалась, то ли сказать ему, что она не настолько старая, то ли послать его нахер. В итоге она посмотрела обратно на солнце.
Она заставила себя пожать плечами и крепче скрестила руки на груди.
— Я слышала, он изо всех сил ухаживает за женой, — сказала она ровным голосом, лишённым эмоций. — Если так, он не обрадуется сопернику. Тебе правда стоит поискать убежища с другими нашими сородичами, брат. Я понимаю искушение остаться и бороться, но ты выбрал не обычное состязание. В этом сражении ты не можешь победить.
Молчание между ними сгустилось.
После небольшой паузы его свет сделался более сдержанным.
— Прости, — он выдохнул, не сводя глаз с солнца и далёких розовых облаков. — Я сам гадаю, зачем я здесь. Вопреки тому, что ты могла подумать, я не хочу умирать. В то же время кажется, что я не в состоянии просто уйти, бл*дь.
Он бросил на неё взгляд, и на мгновение его свет показался почти открытым.
— Тем не менее, я не планирую бороться, как ты выразилась, — добавил он. — И не только для того, чтобы сберечь свою жизнь. Я знаю, чего хочет Мост. Она никогда не пошатнулась в своих желаниях. На протяжении всех наших отношений она была честна относительно её верности супругу. И я прислушался к этому её желанию, даже когда мне этого не хотелось. Даже когда мои личные чувства к ним обоим оставались противоречивыми.
Пожав одним
— В любом случае, её оглушительное молчание в мой адрес после возвращения её супруга — достаточно красноречивый посыл.
Услышав искренние эмоции в его голосе, она повернулась, удивившись во второй раз.
— Зачем ты мне это рассказываешь? — спросила она.
Он бросил на неё взгляд, фыркнув.
— А почему нет? — сказал он мгновение спустя. — Ты сама сказала, мы оба парии. С кем мне ещё говорить? С кактусом?
— Мне всё равно, — сказала она. — Но со мной не говори. Мне не нужна эта информация.
— Так уходи, — ответил он, пожав плечами. — Я поведаю свои проблемы ветру.
Когда она просто осталась стоять на месте и кусать губу, он выдохнул.
Его руки оставались скрещенными на груди, но он показал одной ладонью жест уступки, по-прежнему глядя на солнце, которое теперь почти полностью поднялось над горизонтом.
— …В любом случае, — продолжил он. — Как я и сказал, ходят слухи, что у тебя был духовный опыт с теми людьми в их пещере для потения. Очищение, так сказать. Возможно, у тебя найдутся мудрые слова для брата, которому не послали такого благословения?
— Нет, — прямо сказала она. — Не найдутся.
Последовала пауза.
Он покосился на неё и издал фыркающий смешок, словно вопреки собственному желанию.
— Справедливо, — сказал он, крепче скрещивая руки на груди и глядя на солнце.
По причинам, которые она не могла объяснить, Чандрэ всё ещё не ушла.
Она оставалась с ним, глядя, как солнце поднимается выше по небу.
Никто из них не говорил ни слова. Они даже не смотрели друг на друга.
И всё же что-то в этой тишине в свете брата-видящего заставило её расслабиться так, как она не могла расслабиться с тех пор, как очнулась от того помутнения возле Лэнгли, Вирджиния.
Глава 44. Прекрасная Америка
Двигатели самолёта уже почти стихли, когда мы с Ревиком встали. Даже два пилота вышли из кабины перед нами и удивлённо обернулись, когда услышали нас в задней части салона. Я увидела, как их глаза видящих отразили солнце прямо перед тем, как они вышли через открытую дверцу.
Это были двое людей Атвара. Логично было продолжать использовать пилотов, натренированных летать именно на данных самолётах.
Я чувствовала нервозность толпы, ждавшей нас снаружи. Эта нервозность лишь усиливалась потому, что мы до сих пор не вышли. Я чувствовала, что они ждут прямо у низа трапа за кабиной пилота, и я ощутила укол чувства вины из-за своих смешанных чувств.
На самом деле, это просто нервозность. Я испытывала не столько неохоту, сколько напряжение.
Странно, но я нервничала сильнее, чем когда забиралась на борт того корабля после Пекина. Конечно, Ревик делал всё проще, но всё равно чисто с логической точки зрения это должно стать бОльшим шоком для моего организма.