Солнце на красном

Дорн Неждана

— Я знаю, что у вас свободный мир! И если я не согласен давать информацию о своей родине, никто не может меня заставить! И ваша этика телепата запрещает вторгаться в чужое сознание без разрешения!

Вместо сотрудника, обычно проверявшего тану — другой человек, которого я не знаю. Он схватил Тара за плечи и притиснул вплотную к стене.

— Что здесь происходит? — возмущённо спрашиваю я.

Незнакомец устремляет на меня абсолютно спокойный и уверенный взгляд и произносит:

— Кто ты такая, чтобы вмешиваться?

—

Тар — мой гость! Я помогаю ему адаптироваться к жизни в нашем мире и не позволю обращаться с ним подобным образом!

— Да что ты? — ухмыляется он в ответ.

— Оставь его в покое! — требую я. — Начнём с того, что он ничего не знает, кроме своих энергетических установок! Но главное не это. Ты не смеешь нарушать принцип свободы воли!

— Ты не имеешь никакого права мне указывать!

— Имею! Потому что Светлый Айрин — мой родной мир, и заботиться о нем — мой долг!

— Вот как? Потворствовать врагу — так выглядит твоя забота о родном мире?

— Даже к врагу подобает относиться по-человечески!

— Я смотрю, ты витаешь в каких-то идеалистических фантазиях! Сними розовые очки и опустись на грешную землю! Нам угрожает серьёзная опасность! Чтобы противостоять ей, все средства хороши! Уйди и позволь решать тем, кто способен действовать жёстко и бескомпромиссно!

— Я никогда не претендовала на то, чтобы принимать важные решения! Я всего лишь пилот флаера, но я не могу позволить, чтобы ты сквернил наш мир насилием над чужим сознанием! Вспомни нашу историю! Даже когда Светлый Айрин стоял на краю гибели, мы ни разу не опустились до применения грязных и аморальных технологий!

— Мы дорого заплатили за это!

— Кому ты хочешь уподобиться? Нашим врагам? Да, они никогда не стеснялись в средствах. И что? Помогло им их психотронное оружие? Или наложения, напрочь отключающие чувство страха? Они, наверное, смеялись над нашей принципиальностью, отправляя пассажирские звездолеты на свою вторую планету Вельдин безо всякого сопровождения. Но посмотри, что с ними происходит теперь? Мы давно забыли о вражеских вторжениях. А Старый Айрин медленно, но верно приходит в упадок!

Моего оппонента зовут Дин Лори. Мало того, что он — сотрудник службы безопасности, так ещё и совсем недавно присоединился к сети защиты от агрессии Иттана.

Наш ожесточённый спор привлекает внимание. Вскоре мы стоим перед координатором сети службы безопасности. Каждому из нас приходится изложить под видеозапись свою позицию.

Когда мы возвращаемся домой, Тар говорит:

— Я не знал, что ты такая!

— Какая?

— У тебя глаза стали… как будто ледяные! Ни за что на свете не хотел бы сделаться твоим врагом!

Я ничего не отвечаю, а тану добавляет:

— Я теперь понял, кто такой друг! Это тот, кто ради тебя готов пойти на неприятности!

Через пару дней, попытавшись перекинуть Тару мыслеобраз, я натыкаюсь на защитный барьер в его сознании. Он стал таким же, как мы!

* * *

На

мой инт приходит вызов. Это координатор сети службы безопасности. И то, что я от него слышу, меня нисколько не радует.

— Так как даже в наших рядах нашлись поддерживающие его, придётся вынести ваше противостояние на всепланетное обсуждение!

— О, Боже… — ужасаюсь я. — А нельзя как-нибудь…

— Нельзя, Тэми! Ты ведь сама понимаешь, что в данном случае недопустимо заметать мусор под ковёр, это может очень дорого обойтись!

Мне даже в страшном сне не могло присниться, что я когда-либо буду вовлечена в конфликт такого уровня. Публичность — это то, чего я всегда старалась избегать. А теперь…

Да, подавляющее большинство — на моей стороне. Но имеются и те, кто яростно критикует мою позицию. Мне очень больно читать упрёки, что на моей совести будут многочисленные жертвы, что из-за меня могут погибнуть дети. Да и само осознание того, что я стала невольной причиной раскола в обществе, всех этих жарких споров, сопровождающихся порой весьма эмоциональными выпадами в адрес друг друга, сильно угнетает меня.

* * *

Старый Айрин

Нея просыпается на рассвете. Какое-то время она лежит с закрытыми глазами, прислушиваясь к звукам леса — шуму листвы и пению птиц.

Она поворачивается и протягивает руку, чтобы расстегнуть спальный мешок. Движение отзывается болью — один из брошенных в неё камней всё-таки достиг цели.

Это было первое экопоселение, в котором Нея решилась рассказать людям о Боге. Она уже посетила несколько подобных ему, присматриваясь к здешней жизни и размышляя, как лучше делать то, ради чего вернулась на родную планету.

Она знала, что между поселениями путешествуют странствующие мастера и наставники, преподающие различные ремёсла, искусства и эзотерические учения. Никого не удивит, если она будет делать так же.

Поселение Густолесье встретило её вполне благожелательно. Там даже нашлись те, кто стал её слушать. В тени больших деревьев, растущих вдоль одной из сторон центральной площади, стояли дощатые столы и скамейки, где обычно собирались внимающие прохожим наставникам или желающие посетить их мастер-классы. Те, в свою очередь, получали от поселения еду, ночлег, и прочие необходимые ресурсы по договоренности.

Больше десятка человек расселись вокруг Неи. Она рассказала им то, что собиралась, и стала отвечать на вопросы. Кто-то пытался с ней спорить, кто-то и вовсе отошёл.

Но тут к их собранию приблизилась женщина и начала громко возмущаться:

— Вот из-за таких, как она, в поселения прилетает охрана порядка! Гоните её отсюда!

Слушавшие Нею люди начали переглядываться. Привлечённые шумом, подошли ещё двое мужчин.

— В Ключевом, совсем недавно, прилетели на трёх флаерах! Мало кому удалось спастись. Стреляли даже в детей!