Солнце и Луна
Шрифт:
Пока что выходило слабо, сила не проявлялась в полной мере, но зато иссушала меня. Я опять похудела, всех беспокоила моя бледность, но главное — это те сполохи внутри меня, которые я не могла описать словами, но которые сулили мне в будущем только счастье. Только бы все получилось…
Мы вошли в просторный зал, где собрались почти все ученики, и заняли место в отдалении. Ни мне, ни Ярославе не хотелось подходить ближе, чтобы поприветствовать гостей Академии, однако остальные девушки как раз мечтали попасться на глаза высокопоставленной семье, и образовали толчею. Господин Яркан недовольно скривился, и отправился наводить
— Видели, как он изменился? — прошептала сударыня Черноречная.
После каникул его действительно сложно было узнать: он подстриг волосы, сбрил бороду, сменил наряд своей страны на обычный костюм, и у старшекурсниц слетела крыша. Сейчас он выглядел молодо и привлекательно, и драконицы разузнали, что ему всего тридцать семь лет. Для меня эта цифра до сих пор была внушительной, но я привыкла думать, как человек, а у драконов были свои представления о возрасте. Они жили больше двух ста лет, поэтому мужчина тридцати семи лет считался на их взгляд юнцом.
— К сожалению, его характер остался прежним! — ответила Ярослава, и девочки захихикали.
Многие заметили, что попечитель кидал жаркие взгляды на сударыню Беломорскую, но после новостей о ее помолвке с молодым наследником лорда Дартмура все изменилось. Господин Яркан вовсе перестал ее замечать, пока остальные поклонники тихо страдали. Хотя были еще братья Скуратовы, которые совершенно по-разному отнеслись к неприятной новости: Глеб воспринял помолвку спокойно, а Олег — исходил злостью.
Пока мы перешептывались, порядок был восстановлен, Яркан занял свое место, и на возвышении показался Артемий Круторогов.
— Дорогие ученики! Сегодня нам выпала честь приветствовать в стенах нашей Академии королевскую семью! Прошу!
В зал вступила высокая женщина в сопровождении детей, фрейлин и слуг. Ее осанка была идеальной, наряд — роскошным, а взгляд — ледяным. Отец почтительно поклонился ей, поцеловал руку, и повернулся к ученикам.
— Ее величество, королева Аделин Казимирова!
Мы дружно сделали реверанс.
— А также ее высочество, принцесса Касия Беатрис и его высочество, принц Конрад Казимиров!
Надменная принцесса явилась в диадеме Ясногоровых, словно заявляя, что Матвей принадлежит только ей. Принц не показывал эмоций, словно не замечая, как все девушки в зале прикипели к нему жадными взглядами.
Попечители по очереди выразили свое почтение высокопоставленной семье, мы же с Ярославой одинаково настороженно следили за их появлением. Что им нужно? Почему они прибыли в Академию именно сейчас, за несколько дней до нашего отбытия на север?
— Сегодня состоится торжественный ужин в честь королевы Аделин! — произнес Артемий перед тем, как ее величество покинула зал.
— Благодарю за столь теплый прием!
Аделин улыбнулась краешками губ, и бросила взгляд на учеников. Все драконицы затаили дыхание, надеясь, что королева их приметит, но ее глаза безошибочно нашли нас с Ярославой, и от этого мне стало не по себе.
— Она глянула в нашу сторону! — радостно прошептала Черноречная.
Оставалось только изобразить наивное смущение, хотя на самом деле я ощутила тревогу. В голубых глазах королевы отразилась ненависть, словно мы обе были ей поперек горла, но ладно еще Ярослава, у них с Беломорскими сложились своеобразные отношения, зато я — дочь Артемия, лучшего друга крола, Аделин должна была отнестись ко мне помягче…
—
Немного позже к нам подошла Аглая, и позвала в кабинет Круторогова.
— Вы познакомитесь с королевской семьей лично!
— К огромному сожалению, я уже с ними знакома, — ответила Ярослава.
— Не нужно так говорить, сударыня! — мягко упрекнула Аглая. — Скорее, нельзя заставлять их ждать!
Мы дошли быстро, нам открыли дверь, и я впервые увидела вблизи Казимировых. Королева была красивой женщиной, все в ней должно было восхищать, но ее взгляд по-прежнему замораживал неприязнью, и она меня скорее пугала. Касия Казимирова сидела рядом с Матвеем, держа его за руку, и упрямо не смотрела в нашу сторону. Господин Ясногоров скоро должен будет покинуть Академию, так как экзамены он уже сдал, и дожидался только выдачи диплома. Сейчас его лицо выражало странную отстраненность, будто он только и жаждал поскорее убраться отсюда.
Зато вниманием нас не обделил Конрад Казимиров: сначала принц впился в лицо Ярославы, потом перевел взгляд на меня, и больше всего на свете мне хотелось чудесным образом перенестись куда угодно, хоть на самый отдаленный безлюдный остров, лишь бы он перестал смотреть.
— Ваше величество, позвольте представить вам мою дочь — Туану Круторогову!
— Ах, Артемий, она такая красавица! — с улыбкой произнесла королева. — Я очень рада за тебя, ты заслужил это счастье!
Отец просиял от комплимента, и представил мне Казимирову. Я присела в безупречном поклоне, и постаралась сделать самое дружелюбное выражение лица, на которое была способна. Она подошла ближе, перехватывая мой подбородок холодными пальцами.
— Удивительно, как она похожа на свою покойную бабушку! — мягко произнесла Аделин, погладив меня по щеке.
Артемий вознесся на новый уровень блаженства, я же захотела вымыть лицо после ее прикосновений.
— Это правда, моя мать — Миловида Круторогова — славилась своей красотой, и я очень рад, что Туана похожа в этом на нее!
Королева еще раз мазнула по мне взглядом, и повернулась к Ярославе.
— С сударыней Беломорской вы уже знакомы, — отозвался отец.
— Конечно, — с холодной улыбкой ответила Аделин, отвечая на поклон. — Этой зимой сударыня провела свой первый сезон в столице. Жаль, что ваше пребывание было омрачено гибелью брата.
— Благодарю за сочувствие, ваше величество! — манеры Ярославы как всегда были великолепны.
— Однако жизнь продолжается, и вас должна утешить предстоящая свадьба с господином Эксетером Дартмуром.
— Наша помолвка — неиссякаемый источник поддержки для меня.
— В таком случае примите мои поздравления! И вы, сударыня Туана! Вся столица гудела, когда стало известно о вашей помолвке.
Потом мне представили Касию, которая смерила меня уничижительным взглядом. Вот и она, невеста Матвея, соперница, у которой я едва не увела жениха. Как же я ей завидовала, как мечтала оказаться на ее месте, чтобы выйти замуж за Ясногорова, а теперь мне совершенно не было до них никакого дела, все мысли раз за разом возвращались к Ярогневу. Как же так вышло? Неужели я на самом деле не любила Матвея? Но ведь еще недавно казалось, мое сердце не выдержит расставания, я едва владела собой, когда просила его отпустить меня! Куда все это делось?