Солнце и гром
Шрифт:
– Супер, – только и сказал Джеймс, пытаясь переварить услышанное. – Блестяще прям. До девятнадцати лет я, оказывается, не знал о себе ничего.
– Оставьте нас! – гневно обратилась Сильвия к гостям. – Не видите? Нам нужно поговорить!
– Хорошо, – великан неторопливо двинулся к выходу из кухни. – Дадим вам час на объяснения.
– Ты достойный сын своего отца, – заявил Бертольдо, крепко ухватив Джеймса за локоть. – Я уже это вижу.
Сказав это, он тоже удалился.
Как только входная дверь хлопнула в глубине дома, Джеймс сел за стол
– Ничего не объясняй. Я понимаю, почему ты мне ничего не рассказывала, – он умолк, напряженно глядя прямо перед собой. – Ни один нормальный взрослый не захочет рассказывать такое ребенку. А для тебя я и сейчас ребенок.
– Ты всегда был чудным, – сказала Сильвия со слезами на глазах. – Такой отчужденный и такой добрый.
– Добрый только к тем, кого я люблю, – сказал Джеймс с усмешкой. – И все-таки ты знала, что они появятся рано или поздно.
– Да. Они должны были забрать тебя через два года, после твоего совершеннолетия. Я думала, что за это время успею рассказать тебе обо всем. Но твой дед серьезно заболел. Возможно, двух лет он не проживет. Поэтому они приехали раньше.
– Что им от меня нужно?
Сильвия долго молчала, прежде чем ответить:
– Марко хочет, чтобы ты стал наследником его бизнеса. И главой семьи.
Джеймс недоверчиво усмехнулся:
– Это не мое. И потом: разве в мафии так принято? У них ведь обычно главой ставят того, кто достоин, а не наследника по крови.
– В том-то и дело, – Сильвия тяжело вздохнула. – В роду Кармелло недостойных еще не было.
– Я не поеду, – решительно заявил Джеймс. – Мы с тобой здесь останемся. Я хочу получить диплом, и тебя я одну не оставлю.
– Я тебя тоже не оставлю, дитя, – Сильвия с усталой улыбкой покачала головой. – Родного сына я бы так не любила. Если тебе придется уехать, я поеду с тобой. Я им тебя в обиду не дам.
– Мы не уедем. Они не смогут меня заставить.
Сильвия снова испустила тяжкий вздох, ясно выразивший сомнение в услышанном заявлении. От Джеймса этот вздох, конечно, не укрылся, и все же он твердо верил, что сможет настоять на своем. Во всяком случае, верил пока.
ГЛАВА 2
Первый же удар отбросил Джеймса в сторону, будто кулек с воздухом. Чертов Детина (именно так парень мысленно окрестил Аньелло Даунтелли, второго мафиози, приехавшего по его душу) умел быть убедительным и умел демонстрировать это быстро и наглядно.
Джеймс игнорировал желания семьи Кармелло целых пять дней, и терпение Аньелло, в конце концов, иссякло. Сильвии в это время не было дома, а Джеймс по наивности открыл дверь настырному гостю, который до этого момента вел себя относительно адекватно. На этот раз Аньелло пришел один, без Бертольдо, и предложил Джеймсу переговорить во дворе за домом, что и привело к печальному положению последнего.
Где-то полминуты Джеймс был уверен, что его грудная кость, треснув посередине, врезалась прямиком в позвоночник,
– Совести у тебя нет! – с потешным выражением учительского осуждения возгласил Даунтелли (это выражение смотрелось особенно комично на его грубом тяжелом лице, буквально вопившем об истинном роде его деятельности). – Твой дед ждет тебя, а тебе и дела нет!
– У нас разные точки зрения, – спокойно сказал Джеймс. – Ты знаешь моего деда и считаешь его великим. А я его не знаю. Пять дней назад я даже не знал, что он вообще существует. Поэтому для меня он чужой. И, как ты и сказал, мне нет до него дела.
– Он пошел на это ради твоей защиты! Все семьи знают, что Кармелло передают место главы по наследству! Многие пытались узнать твое местоположение с известной целью, но твой дед сделал все, чтобы никто к тебе и близко не подобрался!
– Хорошо. Поблагодари его за меня, когда увидишь.
С этими словами Джеймс развернулся и неспешно двинулся в обход дома.
– Ну ладно! – Аньелло заставил себя успокоиться. – Если не согласишься, нам придется надавить на тебя через Сильвию.
Джеймс остановился, медленно повернулся обратно:
– Ты не посмеешь.
– Ты ведь знаешь, кто я. Посмею.
– Не наглей, старик. Ты не представляешь, что я могу с тобой сделать.
– Не имею привычки бояться детей. Поверь, я не хочу трогать Сильвию. Она славная женщина, хоть и характер у нее скверный. Но вредить ей каким-либо образом у меня нет ни малейшего желания. Так, может, ты не будешь заставлять меня?
Джеймс в эту минуту выглядел очень странно: он походил на хищника, застывшего перед атакой, а лицо его было настолько холодным, злым и полным ненависти, что Аньелло невольно задумался, а не перегнул ли он палку в своих, по правде говоря, лживых запугиваниях.
– Свинья! – выплюнул, наконец, юноша, после чего, не прибавив больше ни слова, ушел в направлении входной двери.
Аньелло же был так потрясен его яростным выпадом, что даже не подумал как-то наказать его за оскорбление. Хотя он по всем видимым признакам был сильнее Джеймса, ему даже на секунду пришло в голову, что это он, пожалуй, еще легко отделался.
– С чего ты вдруг решил передумать? – спросила Сильвия, помогая Джеймсу укладывать чемодан.
– Стоит все-таки познакомиться с дедом. А то еще проклянет перед смертью. Не хотелось бы.
– Как будто я поверю, что тебя может напугать такая ерунда. Признавайся, надавили они на тебя, да?
– Нет, – сказал Джеймс, запихивая в боковой отдел чемодана наиболее ценные из своих книг и инструментов. – Сам так решил.
– Даже в университете уже все уладил?
– Да, на заочном отделении было целых шесть свободных мест. Перевели без проблем.