Сокрушитель
Шрифт:
— Раньше у меня здесь камушек был, — со сдержанной грустью сообщил Сократыч. — На манер столика. Теперь таких маленьких уже не встретишь. Изящный, знаете, в форме уха…
Василию тут же вспомнился очень похожий камушек в лаборатории Пузырька.
— Сократыч, а ты пьешь?
— Господь с вами, Василий. Капли в рот не беру. Так… Значит, променял на тюбики… Василий вздохнул.
— Ну-с… — сказал дедок, бодро потирая ладошки. — Так что вы хотели выяснить, молодые люди?
Не дожидаясь вопроса, выбрал капсулу,
— Да насчет тарелок, — сказал Ромка.
— Отлично! — воскликнул Сократыч, швыряя шкурку от капсулы на пол. — Блюдца — эт-то что-то удивительное! О блюдцах можно говорить хоть всю ночь. Только не рассчитывайте на истину в последней инстанции. Я тоже, знаете ли, не Господь Бог… Так что именно вас интересует?
— Когда они обычно прилетают? — Спросил Василий.
Перед тем как ответить, Сократыч успел расправиться еще с одной капсулой. Оголодал, видать, старичок.
— Ночью, — сказал он, чуть ли не с вызовом уставив на Василия аккуратную седенькую бородку. — Только ночью. Случая еще не было, чтобы блюдце опустилось днем. Почему — не спрашивайте. Объяснить не берусь.
— А может, хозяева как раз днем спят, а ночью шуруют? Как кошки, — предположил Ромка, вспомнив почему-то тлеющие в сумерках глаза пушистых человекоподобных зверьков.
Раздумав надкусить очередной тюбик, Сократыч пристально взглянул на юношу.
— Простите, Рома, а с чего вы вообще взяли, что блюдца — это дело рук хозяев? — осведомился он. — Рук, щупалец, псевдоподий…
— Ну ни фига себе! — поразился Ромка. — Как это — с чего?
Сократыч улыбнулся, кивнул благосклонно и занялся капсулой.
— Так вот, молодой человек, — сказал он, отшвырнув очередную оболочку. — По моему разумению (а вы возражайте, если я не прав!), летающие блюдца никакого отношения к цивилизации хозяев не имеют. Это совершенно иная технология. Вспомните: в блюдцах есть люки!
— А люки-то тут при чем? — не выдержал Василий.
— А при том, что хозяева, как вы уже, наверное, заметили, ничего не знают ни о дверях, ни об окнах. Видели вы здесь хоть одну дверь? Или окно?
— Видели, — сказал Ромка. — В «конуре».
— Вот именно! — Сократыч поднял хрупкий сухой палец, и все озадаченно на этот палец посмотрели. — Хозяева даже не смогли скопировать как следует обычную хрущевку! Идея дыры в стене должна казаться им нелепостью. А уж идея закрывающейся дыры — так просто выше их разумения.
— А как же они так обходятся — без дверей? — недоуменно спросил Василий.
— А вот так… — Сократыч плавным жестом обвел помещение, по которому лениво перекатывались радужные волны света, и, воспользовавшись общим замешательством, расправился с еще одним тюбиком.
— Это первое, — любезно сообщил он, утирая усы. — Второе, Материалы. Я, конечно, не химик и не могу точно определить, из чего сделаны стены
И дедок Сократыч победно оглядел собеседников.
— Ничего не понимаю, — чистосердечно признался Василий.
— Да чего же тут не понять? — удивился Сократыч. — Блюдца — это одна цивилизация, а хозяева — совсем другая. Ну, представьте себе, скажем, что вы на английском воздушном лайнере прибыли во Францию…
Представить себе этого Василий не мог, но в целом мысль уловил.
— Так это что же? — мрачно промолвил он и задумчиво поскреб ногтями трехдневную щетину на широком волевом подбородке. — Выходит, хозяева наняли этих… которые на тарелках… чтобы они нас сюда забрасывали?
— Совершенно не обязательно, — бодро возразил заморивший червячка дедок Сократыч. — Во-первых, это еще нужно выяснить, кто кого нанимал и вообще есть ли у них понятие найма. Ну, это разговор долгий… А во-вторых, с чего вы решили, что вас кто-то сюда специально забрасывал? По-моему, никто никого насильно в люк не запихивал — сами залезли.
— А что же они тогда с Земли вывозят? — сильно помрачнев, с подозрением спросил Василий.
— Да все что угодно! Кстати; вывозят или завозят? Тоже бы неплохо уточнить… А людей они могут прихватывать чисто случайно. Ну вот, скажем, зачерпнули вы ведром воду — а там еще и лягушка…
— Слушай, дед, я от тебя торчу! — решительно врубился в разговор Ромка. — А чего ж они тогда «конуру» построили? Каждую ночь камушки подкидывают, жрать дают!
Дедок Сократыч так и расплылся от удовольствия. Оба вопроса, надо полагать, были ему на руку, а к бесцеремонному обращению он уже привык давно.
— Если хозяева достаточно гуманны, то что, скажите, им с нами еще оставалось делать? Вот, допустим, вы, Рома, обнаружили, что к вам домой пробрался бездомный щенок… Ведь вполне возможно, что вы построите ему конуру, накормите…
— Ага, щенок! — перебил Ромка. — А если щенок везде гадит и мебель грызет?
— В самую точку! — в полном восторге вскричал Сократыч. — Добавьте еще, что он отказывается спать в конуре и перебирается жить… Ну, скажем, в тумбочку с чистым бельем!
— Ну и выгнать обратно на улицу!
— Здравая мысль, — одобрил дедок. — И все же хозяева нас обратно не гонят. Следовательно… — Он замолчал, выжидательно глядя с младенчески счастливой улыбкой то на Василия, то на Ромку.
— Ну? — не выдержал Василий. — Что следовательно-то?
— Следовательно, хозяевам выгодно, чтобы щенок грыз мебель и спал в бельевой тумбочке, — ясно выговорил Сократыч.
— Дед, по-моему, у тебя глюки, — искренне сказал Ромка.
Но дедок Сократыч его не услышал. У него было лицо человека, внезапно вспомнившего про невыключенный утюг.