Сокровища
Шрифт:
— И это называется дождь? — недовольно спросил Павлик. — Всего-то… раз, два… и обчёлся? Две капли всего!
— Зато крупные, — заступилась Яночка за местный дождь. — Гляди, каждая размером с мой кулак!
— Но он уже кончился! Что за дождь — и полминуты не шёл?
— И тем не менее очень важный, — заверил детей папа. — Вот увидите — поможет.
Дождь и в самом деле продолжался всего несколько минут, его крупные капли падали на расстоянии одна от другой в полметра, и сразу же высыхали, оставляя после себя кучки рыжеватой грязи. Той самой пыли, которую нёс сирокко и которая теперь, с помощью воды, падала
— Завтра мы отправимся погулять, — твёрдо заявил Павлик.
— Не возражаю, — разрешила мама, — теперь я и без вас найду магазины. А папа посоветовал:
— На прогулку лучше всего отправляться с самого утра, к полудню станет очень жарко, тогда лучше сидеть дома. И захватите с собой воду, но на людях не пейте. Сейчас последние дни рамадана, люди особенно нервные…
Отец внимательно оглядел детей и продолжал:
— Правда, запреты рамадана не относятся к детям моложе четырнадцати, я специально спрашивал, но, во-первых, как правило, арабские дети мельче вас, вы и на четырнадцать потянете, а во-вторых, я не видел за время рамадана ни одного арабского ребёнка, чтобы он что-то ел или пил, во всяком случае, при людях.
Пани Кристина резонно заметила:
— Мне кажется, есть и пить на глазах людей, страдающих от жажды и голода, просто невоспитанно. Независимо от религиозных запретов…
— Да что вы привязались! — не выдержал Павлик. — Не будем мы есть и пить публично. Захватим с собой что-нибудь перекусить и попить, спрячемся в укромное место и там поедим и попьём. Что мы, не понимаем?
— И вообще не беспокойтесь о нас, — поддержала брата Яночка. — Мы все понимаем. И уже самое время хоть немножко познакомиться с Алжиром.
— Не пить, не есть, не дышать, — ворчал Павлик на следующий день в полдевятого утра. — Что ещё? Не ковырять в носу, не моргать! Так и помереть недолго. Долго они ещё будут тащиться за нами? Ещё немного — и помру от жажды.
— Если потащатся на ту сторону горы, плевать нам на них, — решила Яночка. — Там уже не публичное место, могут смотреть нам в зубы на собственную ответственность.
— А если примутся бросать камни, я тоже брошу! Не хуже них умею.
Гора, на которую показала Яночка, поначалу совсем не входила в число запланированных ими объектов экскурсии, но так уж получилось. Не всегда получается, как задумаешь… Целью экскурсии, разумеется, была заветная каменоломня, и хотя они шли в том направлении, которое наметили во время поездки с отцом, оказались совсем в другом месте. Прошли уже столько, что по всем расчётам каменоломне положено уже остаться позади. А им так и не встретилось ничего похожего на неё.
В путь дети отправились в семь часов утра, и поначалу все шло хорошо. Свернули в нужном направлении, преодолели одну гору, склоны которой покрывали поля редкого ячменя, преодолели долинку и поднялись на вторую гору, где паслись коровы. И начиная с этого места путь продолжали уже в большой компании. Сначала к ним присоединились несколько подростков из пастухов. Поднялись вместе с ними на гребень горы и наткнулись тут на жалкую деревушку. Под ярким голубым небом, под сияющим солнцем деревушка, чьи полуразрушенные домики не отличались по колеру от высохшей земли, на которой стояли,
Деревня обратила на них внимание, видимо, двое светловолосых детей и чудесная рыжая собака были редким явлением в этих местах. И взрослые, и дети окружили прибывших плотным кольцом и молча пялились на них. Возможно, при других обстоятельствах общительные брат с сестрой без труда установили бы приятельские отношения с местным населением, но сейчас надо было торопиться, чтобы к полудню вернуться домой, а они и без того уже устали и совсем изжарились. Поэтому не говоря ни слова, Яночка с Павликом прибавили шагу и, быстро пройдя деревню, стали спускаться с горы. Солнце сильно пригревало, очень хотелось пить. И есть — из дому они вышли натощак, торопясь отправиться в путь пораньше.
Взрослые жители деревни скоро отстали, но дети неотступно держались сзади на почтительном расстоянии, делая невозможным отдых. Спустились в долинку, поднялись на следующую горку, и тут наконец арабские дети оставили их в покое. Совсем обессиленные спустились Яночка с Павликом на какой-то засушливый луг и уселись на большом камне в тени дерева.
— Наконец-то! — вздохнула Яночка, отирая пот с лица. — Оглянись, никого не видно?
— Ни одной живой души. Оторвались от противника. Есть хочется зверски!
— Считай, мы в лесу и имеем право есть и пить.
Странный был это лес, всего несколько жалких деревьев, одни отволы без листьев, а вместо травки — камни, но все-таки природа, а не публичное место.
— Хабру первому, — сказала Яночка и вынула из сумки пластмассовую мисочку.
Павлик налил в неё воду из плотного пластмассового пакета. Хабр жадно вылакал её и вернулся к своему занятию. Вот кто совсем не устал и в полной мере радовался экскурсии! С громадным интересом и явным наслаждением обнюхивал пёс все, что попадалось по пути, и все доставляло ему прямо-таки счастье. Ведь столько вокруг новых, интересных запахов, не обезображенных воздействием человеческой цивилизации!
С наслаждением дети напились воды и съели по бутерброду. Подкрепившись и передохнув, принялись с любопытством изучать окрестности. Слева от них осталась гора с деревушкой, прямо перед ними возвышалась огромная лысая, каменистая гора, за которой находился Тиарет.
— И зачем мы дали такого кругаля? — сам себе удивлялся Павлик. — Куда теперь пойдём? Вон, направо, какая-то дорога.
— Через мостик? — спросила Яночка.
— Это не мостик, — поглядев в бинокль, сказал Павлик. — Это большой камень, а под ним дыра в скале, вроде как пещера.
— Камень и пещера? — оживилась сестра и отобрала у брата бинокль. — На всякий случай надо посмотреть. Учти, камень, прикрывающий вход в пещеру, может быть подозрительным!
Павлик отобрал бинокль обратно, внимательно рассмотрел подозрительный камень и вздохнул.
— Ну, не знаю… Если ты намерена осматривать все камни… Да ведь Алжир весь состоит из камней!
— Но этот обязательно осмотрим!
На подозрительном камне Хабр выследил ящерку. Да не одну! Целая стайка резвилась в солнечных лучах и пряталась в расщелинах. Больше ничего интересного в подозрительном камне не обнаружили и пошли дальше.