Софья - королева данов

Майская Мира

[2] Венеды(вандалы, венеты, венды)- трудно сказать предками какого народа они были ( но точно это славяне), возможные варианты их расселения это территория между рекой Вистула (Висла) и эстиями (эстами). Венеды использовали щиты, передвигались пешком, ставили дома, что слабо коррелировало с образом жизни сарматов, предпочитавших постоянно «быть на коне» и воспринимавшими повозки в качестве «дома». Тоесть это жители Карпат и прикарпатья. Птоломей Клавдий назвал Балтийское море Венедским заливом Сарматского океана, аКарпаты – Венедскими горами. На Пейтингеровой карте (редакция I - V века н.

э.), венеды локализуются дважды. Впервые (как Venadi) - с севера Карпат, позднее (как Venedi) - в низовьях Дуная.Второй вариантчто это жители Прибалтики итретийэто жители причерноморских степей( славяне) ичетвертыйсамый на мой взгляд мало невероятный они родсвенны с племенем русичей вятичами.

ГЛАВА 23 ТЯЖЁЛОЕ ВРЕМЯ

ГЛАВА 23 ТЯЖЁЛОЕ ВРЕМЯ

Дания, Ютландия. Осень 1155 - зима 1156 года.

Обручалась уже другая Софья, будущая королева.

Во время обручения, рядом со мной стоял Свен, тот самый которого оставил для этого Владимир. Мне было настолько тяжело, что мои руки и ноги тряслись и я плохо запомнила тот момент. В голове была лишь мысль о том, что больше не быть мне с любимым Вальдемаром.

– Бедная хозяйка, ты же радоваться должна, что станешь женой своего дана, - голос Эрны доходил до меня будто издали.

– Эрна отведи меня к себе, у меня нет сил, - я склонила голову ей на плечо, сил плакать не было совсем.

Дальше полетели тягостные дни, я уже была не я.

Будто надломилось, что-то во мне.

Будто не прекращая болело, что-то внутри.

Магнус заметил моё состояние, подходил и подолгу стоял рядом, я молча показывала ему сесть на скамью стоявшую во дворе. Мы сидели молча, и я была благодарна ему, за то что он ни о чём не спрашивает меня.

Прошла дождливая осень, невесёлое для меня Рождество, вступил в свои права 1156 год. Размышляя я думала о том, что он принесёт мне, какие перипетии жизни меня ждут.

Как оказалось начало года выдалось радостным, в Швеции, в её столице состоялась пышная свадьба моего брата Кнуда и моей сводной сестры Хелен. Брату шёл двадцать шестой год[1], Хелен исполнилось шестнадцать.

Сверкер не поскупился, известие о шумном свадебном пире разнеслось по всему побережью. О свадьбе одного из датских королей и шведской принцессе говорили в Дании и Норвегии.

Мне хотелось увидеться и с братом и с Хелен, навестить мать и отчима, но меня не приглашали, да и вновь преодолеть пройденную тяжёлую дорогу мне не хотелось, я осталась в Ютландии.

Маркуса отправляла, в Сигтуну, навестить своих родных и принести мне весть из бывшего дома, но он отказался, твердо ответив, что не оставит меня.

Так пролетело лето, будущий муж не спешил меня забирать в свой дом. До меня дошли вести, что они вновь вместе с братом Кнудом, воюют на границе с напавшими врагами. Может и к лучшему, встречи с Владимиром я и боялась, и не хотела.

Пришедшая зима принесла страшные известия в Ютландию.

На Рождество этого же года Сверкер I был убит слугой. Я не знала, что предшествовало этому убийству, но не была удивлена, зная о его жестокости

к слугам. Шведы тоже не были шокированы произошедшим, знать признала власть за Карлом, сын Сверкера, наследовал за отцом.

Когда брат Кнуд услышал об свершившемся, он отправился в Швецию, чтобы утешить Рихезу, нашу мать. Чуть позже до меня дошла весть, что мать направилась в Польшу к отцу своему. А брат собирается привезти меня к Владимиру, чтобы выдать замуж. Пришло время, ведь наша помолвка уже длилась почти два года.

Когда пришло это известие, я уже больше ни на что не надеялась. Мысль о побеге в Менск, под защиту отца, прочно засела во мне. Мне оставалось только поговорить с Магнусом и фелагом. Но я ни на минуту не сомневалась, что они меня поддержат. Опасалась только, что Эрна откажется, но я надеялась, что она пойдет за Магнусом, в которого я не сомневалась она влюблена.

Ютландцев мужчин в поселении было не так уж и много, воины ушли с Владимиром, осталась маленькая кучка тех, кто мог встать на защиту родичей. Если вдруг они попытаются нас задержать, мой фелаг сможет им противостоять. Я надеялась сбежать, а там в Менске поступить так, как велит отец.

Прикажет в монастырь, значит монастырь.

Будь, что будет.

Быть с Вальдемаром я не могла, это значило бы предать.

Быть с Владимиром было выше моих сил...

Окончательно убедившись , что только побег в Менск спасет меня, я заговорила с другом.

– Магнус, я хочу сбежать, к отцу и братьям.

Друг смотрел на меня и ловил мой неуверенный взгляд.

– Софья ты уверенна?

– Да-да-да!
– закричала я, потому что сама боялась своего решения.

Никогда прежде я не слышала о женщине ослушавшейся решения родителей или братьев старших. Своим решением я сделала шаг к непослушанию, а потому к неминуемому наказанию. Опозорившуюся девицу могли самое меньшее отправить в монастырь или что страшнее забить насмерть камнями.

Я уже изготовилась ко всему.

– Ты поможешь?
– вновь обратилась я к Магнусу.

– Я всегда на твоей стороне Софья. Скажи, что мне сделать и я сделаю.

Мы ещё несколько дней обсуждали план побега, но вскоре пришло известие, что мой брат Кнуд вошёл уже в Ютландию и нам пришлось ускорится с выходом из поселения. Опасаясь, что нас нагонят люди брата моего, мы следующим же утром, тайно покинули поселение.

Мой фелаг поддержал меня, они назвались моими людьми, и принесли мне присягу на первом же привале. Каждый из них понимал, что может потерять возможность вернуться на родину, в Швецию. Понимали они, что с этого момента они становятся врагами двум датским королям, Кнуду и Владимиру.

Я упорно настаивала на возвращении в Менск, Магнус советовал укрыться на время в землях венедов. Там считал он, датские короли побоятся меня искать.

Я соглашалась с ним, что там меня сложнее найти, но вероятность моего пленения венедами была слишком велика. Что они могут со мной сделать, даже думать не хотелось, самой безопасное для меня, это стать заложником, за которого будут требовать выкуп. Выкуп тот может быть в виде датской земли, что уступят за меня два короля.

А потому я выбрала путь в Менск, А для этого мне нужны были драккары, чтобы по морю и потом по реке Ладоге добраться до северных русских земель.