Содержанка никуда не денется
Шрифт:
– Разумеется, Дональд, – изрек он, – ты никак не мог вытащить бумагу, и засунуть в пачку пятьдесят тысяч, не повредив опечатку. Ты проделал все очень умненько и таким острым ножичком, что почти ничего не заметно. А теперь, Берта, я собираюсь вам кое-что показать, разоблачив вашего двуличного партнера.
Он снял крышку с коробки, обнажив пачку, завернутую в черную бумагу.
– Не разворачивайте черную бумагу, сержант, – предупредил я. – Там фотобумага, и на свету пропадет
Селлерс сорвал черную обертку, швырнул в мусорную корзину, сдернул еще один слой и замер, уставившись вытаращенными глазами на листы фотобумаги.
Я старался, чтобы лицо мое ничего не выражало. На Фрэнка Селлерса с Бертой, таращившихся на бумагу, любо-дорого было смотреть.
– Ну? – взвизгнула Берта. – И что тут такого чертовски смешного?
Селлерс выдернул листок бумаги, посмотрел на него, исследовал блестевшую глянцем сторону, перевернул на другую. Вытащил еще три-четыре листка и изучил каждый в отдельности.
– Будь я проклят, – пробормотал он.
Я отошел в сторону и уселся.
Сержант минуту поколебался, после чего ринулся к посылочному ящику, вывалил всю стружку на пол, перевернул ящик вверх дном, застучал по бокам, словно искал двойное дно или еще что-нибудь.
Потом поднял глаза на Берту.
– Ладно, – сдался он. – Мне следовало бы догадаться, что этот мерзавчик проделает нечто подобное.
– Что именно?
– Это все для отвода глаз, Берта, – разъяснил Селлерс. – Разве не видите? Кукла.
– Что вы желаете этим сказать?
– Он чересчур умный, чтобы таскать при себе пятьдесят тысяч, Берта, поэтому и прикинул, вдруг у нас хватит мозгов его обыскать. Намеревался переправить сюда пятьдесят кусков вместе с какой-нибудь совершенно легальной покупкой, которую там совершил. Он намного умнее, чем вы думаете. Сообразил, что я в состоянии звякнуть в офис и спросить у вас, не пришла ли из Сан-Франциско какая-нибудь посылка. Вы сообщили бы, что ее сей момент доставили, я бы вас попросил принести ее в управление или сам бы сюда пришел, чтобы вскрыть.
Вполне в стиле этого мозговитого маленького негодяя припасти нечто вроде светочувствительной бумаги, которая погибнет при вскрытии, чтобы он получил шанс надо мной посмеяться. А потом, рассудил он, мне придется из собственного кармана выплачивать стоимость новой пачки бумаги. А потом через пару дней из Сан-Франциско придет другой, безобидный с виду пакет. К тому времени все уляжется, поостынет, он просто-напросто распакует посылку, вытащит пятьдесят тысяч и утрет всем нос.
– Вы хотите сказать, он украл пятьдесят тысяч? – спросила Берта.
– Не украл, – уточнил Селлерс, – а пытается раздобыть их и заключить сделку со страховой компанией.
–
Селлерс принялся жевать раскисшую сигару.
– Хорошо, – заключила Берта. – Чего вам еще нужно?
– Я намерен забрать с собой Дональда, – объявил сержант.
Берта отрицательно помотала головой:
– Нет, Фрэнк, вы не можете так поступить.
– Почему это не могу?
– У вас нет ордера и…
– Проклятье! – взорвался Селлерс. – Ни в каком ордере я не нуждаюсь. Заберу его по подозрению в убийстве и еще в полудюжине всяких прочих вещей.
– Подумайте, Фрэнк, да как следует, – тихо проговорила Берта.
– Чего мне думать?
– В тот же миг, как вы приведете его в управление, – предрекла Берта, – вам на хвост сядут репортеры. В газетах появится подробнейшая история о том, как вы арестовали Дональда и…
– Не арестовал, – поправил Селлерс, – а привел в управление для дознания.
– Он не пошел бы, если бы вы не арестовали его, – твердила Берта. – Он, черт его побери, чересчур сообразителен для этого. И вынудит вас выставиться на публичное обозрение в тот момент, когда вы фактически еще не имеете исчерпывающих доказательств. В результате вы станете козлом отпущения, а он упорхнет, благоухая, как роза.
Селлерс несколько секунд жевал сигару, сердито зыркая на меня, бросил взгляд на Берту, хотел было что-то сказать, передумал, потянул еще несколько секунд, в конце концов медленно кивнул и вымолвил:
– Спасибо, Берта.
– Не за что, – прокомментировала Берта.
Тогда сержант обратился ко мне:
– Теперь слушай, умник. Сделай только один шаг, один-единственный, и я задам тебе жару. Швырну в тебя книжку и прихлопну насмерть.
Повернулся на каблуках и вышел из офиса.
– Дональд, – сказала Берта, – я хочу с тобой поговорить.
– Секундочку, – попросил я и направился к Элси Бранд, которая стояла в дверях моей приемной, наблюдая оттуда за происходящим.
Я тихо шепнул ей:
– Соедини меня с фотомагазином «Приятная неожиданность». Мне нужен менеджер. Когда соединят, я, может быть, буду в кабинете у Берты. Позвони мне туда, но тот тип пускай не кладет трубку, чтобы я мог вернуться и поговорить из своего кабинета.
– Вы знаете его имя? – спросила она.
Я покачал головой.
– Он японец. Просто спроси менеджера. Мне надо побеседовать с ним по телефону. Возможно, они уже закроются к тому времени. Если так, постарайся раздобыть телефон, по которому можно связаться вечером.