Содержанка никуда не денется
Шрифт:
– Собирался тебе доложить, что черта с два ты меня одурачил, и теперь доложу – зря стараешься.
И укатил прочь.
Я подхватил свою легкую сумку, вернулся к автомобилю Хейзл и сказал:
– О’кей. Обождем, пока такси уедет подальше, потом снова разворачивайтесь и возвращайтесь на ту улицу.
Я уселся позади Хейзл в приземистом автомобиле того типа, где на редкость просторно ногам, так что она имела возможность продемонстрировать массу нейлона. Ноги у нее оказались
Хейзл красноречивым жестом одернула юбку, издала нервный смешок и сказала:
– Все без толку, Дональд. Я просто не в состоянии управлять этим чертовым автомобилем, не выставляясь напоказ.
– Нисколько не возражаю, – бросил я.
– Не сомневаюсь, – отрезала она. – Может, такси уже далеко отъехало?
– Нет. Пускай заберется подальше в поток, чтоб шофер не заметил, что мы опять разворачиваемся. Пускай думает, будто мы едем за ним… просто на случай, вдруг кто-нибудь станет его расспрашивать.
– Боже, до чего вы подозрительны!
– Это порой окупается, – заметил я. – Ладно. Разворачивайтесь, и назад, на восток.
Хейзл развернула машину:
– Вы знаете, куда ведет эта дорога?
– Кружит где-то поблизости от Инглвуда, – сказал я. – Езжайте вперед.
Мы поехали по дороге, добрались наконец до места, где торчало несколько зданий, потом появились еще дома, потом перекресток, потом снова пошли постройки.
– Давайте-ка проскакивайте через перекрестки, – велел я. – А я послежу за дорогами позади. – И через какое-то время спросил: – Можем поехать куда-нибудь поговорить?
– Ко мне на квартиру, – предложила она.
– Не говорите глупостей. За вашей квартирой следят, точно ястребы.
– Дональд, я так не думаю.
– Почему?
– Потому что входила и выходила и никого вокруг не было. Я несколько раз проезжала мимо автомобильных стоянок и всякий раз полностью убеждалась, что никто не следит.
– Как вы это делали?
– Точно так же, как вы. Садилась в машину и разъезжала по множеству переулков, где можно приметить любое средство передвижения, которое вынырнуло бы позади.
– И уверены, что не заметили даже тени, проезжая на сигнал светофора в тот момент, когда он должен был переключиться, или что-нибудь в этом роде?
– Нет, Дональд. Я специально изображала подсадную утку на случай, если меня кто-то преследует.
– Все равно, – заключил я, – мы не воспользуемся вашей квартирой. Куда еще можно направиться?
– А как насчет вашей квартиры?
– За ней тоже могут следить.
– У меня есть подруга. Могу звякнуть. По-моему, она нас к себе пустит.
– О’кей, – сказал я. – Поехали к телефону.
Мы свернули на бульвар. Хейзл
– Все в порядке. Подруга оставляет дверь незапертой и выделяет нам полтора часа. Наверняка больше и не понадобится.
– Возможно, – буркнул я. – Где это?
– Недалеко. Доберемся за десять минут. Она решила, что у меня интрижка с женатым мужчиной, и умирает от любопытства.
Я повернулся на сиденье и продолжал посматривать, не ползет ли кто за нами.
– Так как же? – спросила Хейзл.
– Что?
– Да или нет?
– Не понял.
– У меня интрижка с женатым мужчиной?
– Откуда мне знать?
– Ну ладно. Спрашиваю прямо. Вы женаты, Дональд?
– Нет. А что?
– Ничего.
– Да ведь вы-то замужем, – напомнил я.
Она собралась было что-то ответить, однако сдержалась.
Мы подъехали к дому ее подруги, припарковали автомобиль, поднялись в лифте на пятый этаж. Хейзл Даунер безошибочно прошагала к квартире и отворила дверь.
На грациозные движения ее длинноногой фигуры было любо-дорого поглядеть.
Квартира оказалась прелестной, по-настоящему дорогостоящей.
Я обождал, пока Хейзл усядется.
Она предпочла диван, я подошел и опустился рядом.
– Хорошо, давайте теперь выяснять правду.
– О чем?
– О деньгах.
– Но я рассказала вам о деньгах истинную правду.
– Не будьте идиоткой, – предложил я. – Я хочу знать правду подлинную. Не желаю, чтобы меня водили за нос.
– Ведь вчера мы со всем этим покончили.
– Нет, не покончили, – возразил я. – Вчера вы пудрили мне мозги дядей и всем прочим. Сейчас мне нужна реальная подноготная.
– Зачем, Дональд? Вы узнали, где деньги?
– По-моему, мне удастся их вам вернуть.
Она подалась вперед, глаза засверкали, губы приоткрылись.
– Все?
– Пятьдесят тысяч.
– Дональд, – пробормотала она, – я… Дональд, вы просто великолепны! Ужасно!
Она смотрела на меня снизу вверх, приподняв подбородок, ожидая поцелуя. Я сидел, выжидал, уставившись в окно.
– Дональд, – выдохнула она, – вы столько для меня сделали…
– Ну, отлично, – оборвал ее я. – И теперь вы тянете время, чтобы выдумать неплохую историю. Это явно единственный из знакомых вам способов тянуть время. Разумеется, вы с успехом воспользовались также временем, прошедшим со вчерашнего дня, чтобы пораскинуть мозгами.
– Правда, – со смехом призналась она.
– Что ж, давайте послушаем.
– Стэндли дал мне эти деньги.
– За что?
– Я должна представить вам смету?