Собор
Шрифт:
– А еще я бы хотел повидаться с Джоном Хики.
Ответом ему было молчание. Бурк отпил большой глоток пива и поставил кружку на стойку.
– Благодарю вас, джентльмены. Мне пора в «Грин дерби». Пока! – Он повернулся и направился к выходу из бара. В зеркале на стене Бурк увидел, что двое мужчин, разговаривавших с барменом, смотрят ему вслед.
Он повторял эту или какую-то подобную галиматью в каждом баре и надеялся, что где-нибудь ему должно повезти. Он переходил от виски к крепкому портеру, от него к горячему кофе, а в одном из баров купил
Бурк ускорил шаг. Времени почти не оставалось. Он взглянул на часы: уже начало пятого, а в полпятого ему надлежало быть в зоопарке. Бурк остановился у телефонной будки.
– Лэнгли? Мне нужно пять сотен для Фергюсона.
– Позже. Ты ведь не ради этого звонишь.
Бурк закурил сигарету.
– Ты что-нибудь знаешь о майоре Бартоломео Мартине?
Лэнгли долго молчал, а затем проговорил:
– А-а, ты имеешь в виду парня из британской разведки. Оставь его в покое.
– Почему?
– Потому что я так сказал. – Лэнгли замолчал на несколько секунд. – Это очень сложно… ЦРУ…
– Как-нибудь расскажешь мне об этом. А что еще мне нужно знать?
– В ФБР решили все же разобраться с нами, – начал Лэнгли. – Они узнали о партии оружия, закупленной в Нью-Джерси. Дюжина винтовок М-16, несколько снайперских винтовок, пистолеты и пластиковые бомбы. А также полдюжины гранатометов американского производства.
– Есть еще что-нибудь поконкретнее?
– Только то, что покупатели говорили с ирландским акцентом, но не договаривались о перевозке всего приобретенного в Ирландию, как делалось обычно.
– Это ничего хорошего не предвещает.
– Я хочу знать: чего они ждут?
Бурк покачал головой:
– Не знаю. Парад закончился около часа назад. По типу оружия можно догадаться о характере намечаемой операции.
– Мартин считает, что они нанесут удар у английского банка в районе Уолл-Стрит. Полицейский комиссар направляет туда детективов и патрульных полицейских, – добавил Лэнгли.
– Почему они должны тащиться через весь город к английскому банку? Им нужно… что-то такое, что находится именно здесь.
– Может быть… – Лэнгли на минуту задумался. – Здесь многое не ясно, как ты считаешь?
– Слишком много получается мишеней. Слишком много точек следует охранять. Нападающие всегда находятся в более выгодном положении.
– Я припомню все это, когда предстану перед комиссаром.
Бурк взглянул на часы и добавил напоследок:
– У меня назначена встреча с Фергюсоном. Это моя последняя надежда.
Он повесил телефонную трубку, вышел на Третью авеню и остановил такси.
Бурк прошел в зоопарк через открытые ворота около бывшего арсенала. При дневном
Часы показывали четыре тридцать. На башне с часами вдруг задвигались медные обезьянки и стали ударять молоточками по колоколу, воспроизводя мелодию «Макнамара бенд».
Бурк нашел Фергюсона на веранде ресторана за маленьким столиком. Тот прятал лицо за газетой «Нью-Йорк таймс». На столе стояли две дымящиеся чашки с чаем. Бурк опустился на стул напротив Фергюсона и взял одну из чашек.
Фергюсон медленно опустил газету и сказал:
– По слухам, затевается ограбление крупного английского банка в районе Уолл-Стрит.
– Откуда ты это узнал?
Фергюсон ничего не ответил.
Бурк посмотрел в сторону зоопарка, внимательно оглядывая людей, сидящих на скамейках, затем повернулся к Фергюсону и смерил его взглядом. Тот молчал.
– Майор Мартин, – начал Бурк, – известный агент-провокатор. Чего он добивается, я еще не знаю. Но, думаю, ему известно больше, чем он рассказывает. – Бурк загасил сигарету. – Ну ладно, забудь, что сказал тебе Мартин. Расскажи лучше, что ты сам об этом думаешь. Время – это…
Фергюсон поднял воротник теплой полушинели, чтобы защититься от внезапно налетевшего порыва ветра.
– О времени я знаю все. Оно очень относительно, как тебе известно. Если тебе станут сверлить колени электрической дрелью, вместо того чтобы прострелить их, вот тогда время будет тянуться очень медленно. Если ты пытаешься найти кое-что в потемках, оно идет быстро. Если бы ты пришел минут на десять раньше, то у тебя было бы время кое-что сделать.
– О чем это ты?
Фергюсон склонился над столом.
– Я только что был в соборе. Джон Хики, который не посещал храма с тех пор, как ограбил собор святого Патрика в Дублине, дрыхнул на церковной скамье в первом ряду. Старик теперь отпустил бороду, но я его узнаю в любом обличье.
– Продолжай…
– Четырехчасовая месса скоро закончится, и тысячи людей потянутся из собора. Большинство жителей кончают работу тоже в пять.
– Да, наступает час пик.
– Высокопоставленные гости и ветераны ИРА сейчас участвуют в шествии, они одеты в гражданскую одежду, и в основном даже в своих колоннах люди не знают друг друга. Так что среди них сможет затесаться кто угодно.
– Продолжай – я слушаю, однако надо что-то предпринимать.
– Я даю тебе информацию, а как поступить – решай сам…
– Давай дальше.
– Ладно. Полиция устала. Некоторые подразделения манкируют своими обязанностями. В толпе назревает беспокойство, много пьяных…
– Да, я внимательно слушаю.
– События неумолимо движутся к завершению. Надвигается буря, которая вот-вот грянет.
– Без политических метафор, пожалуйста!
– Финн Мак-Камейл – это Брайен Флинн. До ухода Морин Мелон из ИРА она и Брайен Флинн были любовниками.