Собор без крестов - 2

Шитов Владимир Кузьмич

Что и говорить, девушка была хороша и соблазнитель­на. Она восхищала Юргенда, что обостряло его желание стать обладателем этого тела и утереть нос тем мужчинам, которые увидели девушку раньше него, но так и не сумели покорить ее.

«Видать, девка строгих правил и умеет за себя посто­ять, если не подпустила к себе никого и даже не позволила никому присесть за свой столик. Наверное, мне трудновато будет с ней сговориться? — подумал он рассудительно. — Тем приятней окажется победа нал ней.»

Опрокинув остатки

напитка из бокала себе в рот, Юр­генд решительно направился к столу девушки:

— Извините меня, мисс, за беспокойство, вы не позво­лите мне присесть за ваш столик? — галантно поинтересо­вался он.

— Не позволю, — закуривая сигарету, закинув ногу на ногу и показывая ему соблазнительное круглое колено, ка­тегорично отказала она.

— Вы кого-то ждете?

— Это вас не касается.

— Ну, зачем же, мисс, вы грубите мне, я ведь просто хочу понять, чем вызван ваш отказ в удовлетворении моей просьбы.

— Никого я не жду. Я пришла в бар просто отдохнуть, а вот такие господа, как вы, мне не дают расслабиться, .раз­рядиться.

— Я вам не собираюсь мешать отдыхать. Просто в баре все столики заняты, и мне негде присесть, чтобы тоже от­дохнуть. Если вы мне позволите присесть за ваш столик, то я не буду вас беспокоить своей персоной. Каждый из нас уйдет в себя.

Оценивающе посмотрев на Юргенда, девушка, по­думав, снизошла:

— Я уже устала всем мужчинам, желающим присесть за мой столик, говорить «нет». Если вы возьмете эту мис­сию на себя, то, так и быть, я соглашусь свой стол поделить с вами пополам, — обворожительно улыбнувшись, поста­вила она условие.

— Я согласен отгонять от нашего стола всех желающих подсесть к нему, но какова мне будет плата за оказываемую услугу? _п

— О какой плате вы ведете речь? Вы на что намекаете? Я разрешила вам присесть за мой столик, а вы начинаете мне говорить какие-то глупости. — состроив обиженную гримасу и раскрыв большие озера голубых глаз, возмути­лась она.

— За все, что я делаю, я всегда получаю плату. За то, что я буду всем говорить за вас «нет», вы заплатите мне ва­шей улыбкой. Этого для меня будет достаточно.

— Ну, если речь идет только об улыбке, то ею я соглас­на расплатиться за ваш «каторжный» труд, — рассмеявшись, согласилась она.

— Не одной улыбкой, а несколькими, — решил уточ­нить Юргенд, с удовольствием отмечая, что девушка пос­тепенно начинает сдавать сбои позиции, а это всего лишь начало его штурма.

— Пускай будет по вашему, -к поправляя ладонями копну белых прямых волос и отправляя их за спину, сказа­ла она.

Заключив мирное соглашение, Потсбернер произнес:

— Меня зовут Юргендом. Если не секрет, вы не скаже­те, как вас зовут?

— Дейзи!

— Какая все же на земле царит несправедливость... —начал говорить Юргенд, но до конца развить мысль не ус­пел, так как пришлось переключить

внимание на подошед­шего к нему официанта и сделать заказ. После того, как официант ушел, Юргенд заметил, что забыл, о чем он до его прихода говорил с девушкой.

Дейзи поняла это и напомнила:

— Вы что-то говорили о несправедливости на земле?

— У женщин столько красивых и сочных имен, сколь­ко в них прелести, ассоциаций. Взять ваше имя! Оно про­изошло от названия цветка маргаритки. Мое же имя — все­го лишь одно из многочисленных вариантов имени «Геор­гий». Ну что из того, какая уж тут связь с природой, расти­тельным миром?..

Юргенд умел поддерживать с девушками беседу, мог быть нескучным, ненавязчивым, интересным собеседни­ком.

Пока официант выполнял его заказ, к столу Дейзи дважды успели подойти желающие побеседовать. Один па­рень имел намерение присесть к ним за столик. Другой пы­тался пригласить девушку на танец, но каждому из них Юргенд говорил:

— Извините меня, молодой человек, но я по просьбе этой девушке за нее говорю вам «НЕТ!». Я верно выразил вашу мысль, мисс Дейзи?

— Даже очень. Я бы более точно сформулировать не смогла.

Юргенд не боялся говорить кавалерам Дейзи «нет», потому что был не только высокого роста, плотного телос­ложения, но и выглядел, как человек, который в случае не­обходимости сможет постоять за себя. Тем более в баре в это время находилось много его знакомых. К их помощи и поддержке он мог обратиться в трудные для себя минуты, что, в свою очередь, тоже добавляло ему храбрости и уве­ренности в себе при разговоре со своими соперниками.

После того, как официант принес и расставил на столе заказанные блюда, желающих разделить с ними стол не ста­ло, так как он был полностью занят приборами.

Увидев такое обилие продуктов и спиртного, предна­значенных для одного человека, Дейзи не вытерпела и, взметнула ладошки к груди, сцепив там их в замок, с удив­лением произнесла:

— Зачем вы так много разных блюд заказали себе на ужин?

— Я долго находился в командировке, проголодался, поэтому не прочь буду хорошо перекусить. К тому же я очень прошу вас разделить со мной этот скромный ужин.

Что оставалось делать «скромной» девушке, которой Ричард Простон поручил увлечь Юргенда собой? Только выполнять приказ: потянуть время и предоставить возмож­ность главарю преступной «семьи» подготовить группу за­хвата намеченной жертвы. Поэтому Дейзи «позволила» Юргенду себя уговорить разделить с ним трапезу.

Она уже не помнила, сколько раз в своей жизни ей уда­валось вот таким примитивным способом завлекать муж­чин в устроенные для них ловушки. Она удивлялась их на­ивности, глупости. Ослепленные своими желаниями эти самовлюбленные самцы лезут напролом в уготованные для них западни, ничего не видя и не соображая.