Соблазн
Шрифт:
— Почему же? Мы беседуем о многих вещах, — возразил Джас. — О твоих цветах, например. О музыке…
— Это все не то! Я хочу говорить о жизни! — настаивала Блайт.
— Но я же описал тебе картину моего «счастливого» детства. — В его голосе послышалась горькая усмешка. — До тебя этого не слышал никто. Чего же тебе еще надо?
Твоей любви! — чуть не выкрикнула Блайт.
Иногда ей казалось, что Джас ее любит, хотя он ни разу не говорил ей об этом. Но ведь он вообще не многословен. Если даже он и любит ее, будет
В мире полным-полно счастливых бездетных пар. Блайт это прекрасно знала, только ей не хотелось пополнять их ряды. Тем более она была просто без ума от своих племянников. Она и представить не могла, как будет жить без своей шумной дружной семьи. Оторвать ее от родных — значило срубить молодое цветущее дерево, нарушить неписаные законы природы. Неужели Джас ждет от нее такой жертвы? Зачем он пытается изолировать ее от окружающих? Зачем хочет запереть навсегда в своем тесном мирке?
Ну и самомнение! — подумала Блайт. Как я могу быть уверена, что Джас хочет создать со мной семью, когда ему никогда не приходило в голову даже намекнуть о глубине своих чувств? Какое он имеет право обижать меня своим нежеланием возиться с детьми, которые дороги мне, но не ему?
Блайт не могла найти ответов на свои вопросы. Чего она хочет от Джаса? Ответа опять нет… Впрочем, она могла бы попросить у него всегда быть рядом, но он наверняка не выполнит просьбу.
Он притянул Блайт к себе и приподнял ее лицо, вглядываясь в тревожные глаза.
— В любом случае, — сказал он, — разговоры нам ни к чему. Могу предложить более интересное занятие.
Его поцелуй хоть и был нежным, все же имел привкус принуждения, но вскоре Блайт поймала себя на том, что отвечает со всей любовью и нежностью, на которые способна. Ласки Джаса постепенно отвлекли ее от неприятных подозрений, и Блайт стала целовать его так страстно, словно они находились в разлуке вечность.
Неохотно оторвавшись от ее ласковых губ, Джас глубоко и с облегчением вздохнул.
— Я так долго тебя не видел!
— А кто тебе мешал?
Блайт почувствовала, как он отдаляется, прежде чем Джас по-настоящему отпрянул. Она снова увидела отрешенное выражение его лица и мысленно прокляла себя за бестактность. Надо было действовать, и действовать немедленно.
— Ты боишься детей? — спросила она напрямую.
Он заморгал, делая вид, будто что-то попало ему в глаз.
— Так как же? — повторила Блайт.
— Почему ты решила, что я должен их бояться? — осторожно осведомился Джас.
— Не заметила, чтобы ты рвался с ними пообщаться. Они такие же люди, как я и ты. Ты должен радоваться, когда вокруг столько маленьких доверчивых существ.
— Радоваться?! — вскричал он. — Замолчи!
Блайт была в шоке. Задыхаясь от обиды, она нашла в себе силы ответить:
— Да как ты смеешь грубить мне?! Что я такого
— Прости, — опомнился он. — Это и впрямь было слишком грубо. Прости меня, пожалуйста.
— Да, очень грубо! Но я не понимаю, за что…
— Конечно, ты не понимаешь! — запальчиво перебил Джас и уже спокойнее продолжил: — Но ты и не можешь понять. Господи, посмотри на себя: ты же сама еще ребенок.
— Ага! Значит, я для тебя исключение. Меня, слава Богу, ты еще в силах терпеть!
— Может, мне встать на колени, чтобы ты меня простила? — безнадежно спросил Джас, которому эта ссора начала действовать на нервы. — Прости еще раз. А теперь давай поговорим на другую тему?
Он взял ее за руку и повел к пляжу. Сердитая и недовольная, Блайт плелась за ним и обиженно молчала. Они дошли до каменистого выступа в конце пляжа. Вместо того чтобы повернуть назад, Блайт вырвала свою руку и вскарабкалась на камень, поверхность которого была сравнительно ровной и шершавой.
— Смотри, там опасно! — прокричал снизу Джас.
Блайт, не ответив, подошла к самому краю, где перед ней раскинулась величественная бескрайняя водная стихия. Она молча наблюдала, как пенные волны с ревом разбиваются у ее ног. Соленые брызги намочили лицо, волосы и темными пятнами разрисовали шорты и футболку.
Блайт почувствовала, как сильные руки обхватили ее за талию и потянули вниз, после чего услышала голос Джаса над самым ухом:
— Ты подошла слишком близко. Можешь упасть.
Поздно, с горечью подумала Блайт. Я уже шагнула в бездну и пропала в водовороте любви к человеку, который принес мне огорчений больше, чем радости.
Блайт расцепила его пальцы и освободилась. Не удостоив Джаса даже взглядом, она зашагала прочь с пляжа. В горле стоял ком, и несколько горьких слезинок уже смешались с солеными брызгами на ее лице. Она решительно смахнула слезы.
Джас догнал ее и остановил, опустив тяжелую руку ей на плечо.
— Что с тобой происходит?
Блайт отчеканила, стараясь не встречаться с ним взглядом:
— Все в порядке.
Но, когда Джас хотел войти следом за ней в коттедж, Блайт холодно проронила:
— Спокойной ночи.
— Хочешь меня наказать?
Слова Джаса ее шокировали, и Блайт удивленно вскинула на него глаза.
— Конечно же нет! Просто у меня была тяжелая неделя, хочу отдохнуть.
На самом деле, ей было нужно остаться одной, чтобы хорошенько все взвесить.
Он пристально разглядывал Блайт, словно пытаясь прочитать ее мысли:
— Хорошо, — сказал он наконец, — будь по-твоему.
Джас обнял ее и робко поцеловал в губы, как будто спрашивая разрешения на дальнейшие ласки. Но Блайт оставалась холодной, опасаясь, что эмоции снова могут взять верх над здравым смыслом.
Он отступил, огорченный и подавленный.
— Ладно, увидимся завтра…