Соблазн
Шрифт:
Винс сделал движение в ее сторону, но Джас красноречиво вынул из карманов крепко сжатые кулаки. Он встретился с мотоциклистом глазами и долго сверлил его пристальным взглядом, после чего Винсу пришлось пропустить дрожащую Блайт. С легким сердцем она подошла к Джасу, и он покровительственно обнял ее за плечи.
— Шон!
Блайт посмотрела через плечо, приглашая Шона последовать за собой, поскольку не хотела оставлять мальчика в компании этого омерзительного типа. Он слегка помедлил, но потом расправил плечи и пошел прочь от бывшего друга, игнорируя
— А тебе я бы посоветовал поскорее отсюда убраться! — строго проговорил Джас.
Он подождал, наблюдая, как Винс с напускным безразличием взобрался на мотоцикл, и усмехнулся, когда тот взял с места в карьер.
Шон попросил у Блайт прощения, признавшись напоследок:
— Я не знал, что он такой. Больше я к нему и близко не подойду.
Когда в коттедже Блайт закончился ремонт, она пригласила Джаса на ужин при свечах. Ей не терпелось отметить первый вечер дома, и торжественный ужин закончился ночью любви. Утром Джас принял ванну и сообщил, что хочет пробежаться на пляж и немного поплавать.
— Можно мне с тобой? — попросилась Блайт.
— Конечно, если хочешь.
Они бежали рука об руку навстречу утреннему солнцу, миновав крутой подъем прибрежного холма и песчаные россыпи пляжа. Воздух на рассвете был свеж и прохладен, но, судя по синему безоблачному небу, день обещал быть жарким.
— Я не привыкла к таким забегам, — наконец взмолилась о пощаде уставшая Блайт, валясь без сил на песок. — Правда, дедушка пытался приучить меня, а бабушка говорила, что девочке больше пристало заниматься рукоделием. Славные были времена…
Джас окинул ее завистливым взглядом и заметил:
— У тебя было счастливое детство.
Блайт смущенно посмотрела на Джаса.
— Что случилось?
Но он уставился куда-то вдаль.
— Да что с тобой, Джас? Ты сказал, что я почти ничего о тебе не знаю… Как же я могу узнать, если ты о себе не рассказываешь?
Он опустился рядом с Блайт и заставил себя посмотреть ей в глаза.
— Моя мать вышла замуж во второй раз, потому что должен был родиться я. И потом всю жизнь об этом жалела. Ее первый брак тоже не удался, а второй стал сущим кошмаром. А корнем зла был конечно же я…
— Но она, наверное, любила тебя?
Джас издал короткий хрипловатый смешок и почти грубо спросил:
— Ты не можешь представить мать, которая не любила бы свое дитя? Даже если она и любила меня, то явно где-то в глубине души, не выставляя своих чувств напоказ. Слышала бы ты, какими эпитетами она меня награждала!
— Знаешь, — осторожно заметила Блайт, — когда люди злятся, то могут Бог знает что друг другу наговорить. А потом раскаиваются. Чего только ни скажешь в сердцах!
Джас покачал головой.
— Когда мать злилась, то вытворяла вещи и похуже…
У Блайт защипало в глазах от жалости, и, задыхаясь, она прошептала:
— Неужели она тебя… била?
— Ага. Но я научился увертываться. Так что серьезных побоев мне не доставалось.
—
— Из-за того, что ненавидела меня? — Он горько усмехнулся. — Ей пришлось выйти за человека, которого она презирала, за человека, который не уважал ее и постоянно изменял. Он очень редко бывал дома, поэтому всю злость и разочарование она вымещала на мне.
— О, Джас! — Блайт обхватила его за шею.
Джас обнял ее и доверчиво потерся колючей щекой о ее висок.
— Но я выжил, я всегда переживал все несчастья. — Он поцеловал ее в губы. — Мы вроде собирались поплавать?..
Они разделись и бесстрашно ринулись в еще прохладную воду. Вскоре стало немного теплее, и Блайт принялась дразнить Джаса, брызгая на него водой, пока он не погнался за ней по берегу. Они играли и резвились, заливаясь веселым смехом, а потом, рука об руку, медленно вышли из воды и, захватив одежду, также медленно, рука в руке, покинули пляж.
Проснувшись на следующее утро в объятиях Джаса, Блайт почувствовала, как он ласково расчесывает пальцами ее длинные волосы. Она медленно подняла лицо и запечатлела на его плече нежный поцелуй.
— Уже декабрь, — заметила Блайт. — На Рождество вся наша семья соберется у родителей. Приедет моя сестра с мужем и детьми, брат с женой и малышами и конечно же Мики. — Она вопросительно глянула на Джаса и быстро чмокнула его в кончик носа. — Не хочешь присоединиться? Я бы познакомила тебя со всей семьей…
Он даже не шевельнулся, но ей показалось, будто Джас стремительно от нее отдаляется, словно его душа, покинув телесную оболочку, блуждает где-то очень далеко. Не успел он и слова сказать, как Блайт была уже твердо уверена в его вежливом, но непреклонном отказе.
— Прости, — пробормотал Джас, — но у меня другие планы.
— Ну что ж, все правильно, — отозвалась Блайт, проглотив обиду.
— Мне, вероятно, придется слетать в Веллингтон к отцу.
Вероятно! Значит, у него нет более-менее определенных планов, но он хватается за любой мало-мальски подходящий предлог, только чтобы не проводить праздники с ее семьей! Злость и обида захлестнули Блайт. Она гневно отвернулась и зарылась лицом в подушку. Неужели Джас опасается, что она хочет втянуть его в серьезные отношения?
После завтрака Блайт отправилась в оранжерею, где с рвением набросилась на прополку цветов. Неприятный разговор осадком залег на дне души. И Блайт впервые задумалась: а не совершила ли она ошибку, став любовницей Джаса Тразерна?
Родители с детства приучали ее не позволять унижать свою гордость и трезво оценивать власть плотских желаний, а их дружная семья стала своеобразным примером долгого счастливого союза. У Блайт всегда было много друзей, как девочек, так и мальчиков, а еще была твердая уверенность, что в один прекрасный день она обязательно встретит своего принца, с которым и проведет всю оставшуюся жизнь. Но был ли Джас этим принцем?