Соблазн
Шрифт:
Когда ее дочь сняла телефонную трубку, она показалась невероятно счастливой оттого, что услышала голос своей пропавшей матери.
— Я так рада, что ты позвонила. У меня действительно есть что тебе рассказать, нечто очень важное, но я думаю, что лучше сделать это при личной встрече. Похоже, мы не можем общаться по телефону, а мне очень трудно все объяснить.
— У меня тоже есть что рассказать тебе, дорогая. — Барбара слышит циничные нотки в низком голосе, которые помогают ей скрыть чувства, и понимает, что потеряла не все. Когда все остальное подводит вас, остается чувство юмора. — Я еду в машине. Если не попаду в аварию,
Для разнообразия они повесила трубки синхронно. Она не могла себе представить, что такого важного хотела рассказать ей дочь при личной встрече, но сама мысль о том, что дочь будет ей что-то объяснять по телефону или лично, оставляла ее равнодушной. Цинизм держал ее эмоции под контролем, подавляя рвущийся из груди крик. Возвращаясь с края света, она проезжала через растянувшийся пригород, чувствуя себя более чем иностранкой на своей собственной земле. Беженкой. Убегающей от собственной души.
Она хотела бы смеясь отмахнуться от этого, как от любого другого забавного приключения. Одна ошибка привела к другой, пока она не вернулась в то место, с которого начинала, потерпев крушение. Расчесав свой зуд почти до открытой раны, она больше не чувствовала его.
И все напрасно. Даже если ошибки сводятся к опыту за пределами спокойной жизни, которой она жила до того, как вышла за ее рамки, иллюзия свободы оказалась ловушкой. И если ты попал туда, нет пути обратно, кроме того, которым ты туда зашел. Поэтому лучше с этим примириться. Бабушка смиряется с тем, что пора стать взрослой и вести себя согласно своему возрасту. Наступило время для циника отказаться от своих эмоций и хорошо поплакать.
Или хорошо посмеяться. Последнее приключение не было смешным, но все-таки оно было более забавным, чем остаток ее жизни. Она не смеялась в течение долгого времени, и не собирается делать это сейчас. И она также не плакала в течение долгого времени.
Слезы текут медленно, размывая ее тушь, оставляя на щеках темные полосы, прежде чем ветер уносит их. Она ведет автомобиль с затуманенными глазами, готовая врезаться в проносящийся поток машин для того, чтобы потом бороться за жизнь в современной вакуумной камере и остаться беспомощным, но живым овощем. Но каков у нее выбор? Ей остается только это, в противном случае следует вернуться домой и лечь в постель. Но где ее дом? Ей следует вернуться в квартиру? Вернуться в ее новую жизнь? Окольным путем, следуя через старую. Надо вернуться в дом дочери, откуда началось ее путешествие. Вернуться к тому, чтобы быть бабушкой.
Она обнаружила дочь дома в одиночестве, готовящуюся встретить будущее в лице матери. Они сидели друг против друга в ожидании возможности разделить свои проблемы, две версии одних и тех же генов, хотя выглядели совершенно непохожими, поскольку никогда не придерживались одной и той же точки зрения на события. Никакими словами невозможно было выразить отсутствие понимания между ними. Так много произошло с тех пор, когда они в последний раз встречались лицом к лицу! С чего начать разговор? Как она может рассказать своей дочери о том, что случилось, не слишком выдавая себя, своих преступных намерений и своего отчаяния. Дочь никогда не поверит ей. Убийства не происходят в безопасных местах. Необычные события не случаются с обычными людьми. Сорвавшаяся сделка с покупкой героина не может иметь место в нормальной жизни. Во всяком случае, в пригороде.
— Я
— И это все?
Надо дождаться момента, когда дочь сможет услышать то, что Барбара должна сказать.
— Ричард больше не живет здесь. — Хейди сказала это так, как будто новость должна стать ужасным ударом для всякого, кто ее услышит.
— О! — Барбара вспомнила, что говорила так же, когда муж оставил ее. Она только удивлена, что этот мудак сбежал так скоро. Молодежь слишком прогрессивна! Они не ждут неизбежного. Они просто поступают так, как им нужно.
— Я отослала его.
— Ты имеешь в виду, что ты выгнала его отсюда?
— Не совсем так. Все так быстро изменилось. Я подумала, будет лучше, если он уедет. Я сказала ему, что просто хочу нормальной жизни.
Наглость молодежи заключается в том, что они думают, будто им известно, что они хотят, в чем нуждаются, и не сомневаются, что могут реально это получить.
— Я нуждаюсь в перемене, — продолжала Хейди, похоже, ей было известно, чего именно не хватало в ее жизни. — И не только ради себя. Но и ради маленького Ричи.
Наглость молодежи заключается и в том, что они думают, будто то, что они хотят, принесет пользу всем остальным.
— И где маленький Ричи?
— Он ушел играть в бейсбол со своим Джоком[8], — смущенно объясняет она.
— Со своим с кем?..
— С Джоком.
— Джоком?
Имя звучит как колокол. Казалось, после совместного проживания с атлетически сложенным бойфрендом Хейди вернулась к непринужденному англизированию французского языка, превращая иностранное в близкое и домашнее. Барбара выглядела озадаченной, а затем ошеломленной, когда поняла, в чем тут дело. Она с ужасом слушала, как ее дочь продолжает объяснять, что это была любовь с первого взгляда.
Сначала был запах. Молодая женщина никогда прежде не имела дела с таким мужчиной. И никогда так не трахалась. А этот запах? Что ни говори о его привлекательности, но эффект был непосредственным и незабываемым.
Возможно, сблизиться с ним было преждевременно, но они оба хотели поступить так, как будет лучше для маленького Ричи. Ей было очень трудно вырываться в город, чтобы навещать любовника, а его короткие визиты в пригород слишком беспокоили маленького Ричи, и без того уже обескураженного внезапным исчезновением отца, он даже стал мочить штанишки чаще, чем обычно. Устойчивые отношения в семье — то, в чем ребенок больше всего нуждается. Вскоре, как только развод будет получен, она планирует прогуляться по центральному проходу в церкви с новым мужчиной. Запах будет преследовать ее на всем пути.
Барбара, безмолвная, как никогда прежде, открыла рот, но не смогла выдавить из себя ни звука. А она еще думала, что у нее есть о чем рассказать!
Хейди внимательно смотрела на мать, с интересом ожидая, что та скажет. Должны же последовать комментарии.
Барбара собрала всю иронию, на которую была способна.
— Жак играет в бейсбол? Я думала, он художник, а не… не джок. Не тот человек, чтобы играть в американский бейсбол.
— Джок говорит, что он всегда хотел жить согласно американской мечте. Когда он познакомился со мной и с маленьким Ричи, он понял, кому принадлежит его сердце. Джок так хорошо себя ведет с маленьким Ричи!