Снова вместе
Шрифт:
— У меня тоже. Действительно, мне было тебя немного жаль, но не более того. Большего ты не заслуживаешь.
— Черт побери, сегодня я не могу на тебя сердиться, — пробормотал Элмер. — Ну ничего, будет и на моей улице праздник. В один прекрасный день ты будешь умолять меня забыть все, что ты мне наговорила.
— И не надейся! — вспыхнула Глэдис. — Ты не доживешь до этого дня! И вообще я не искала встречи с тобой. Если бы отец не уговорил меня пожить дома, мы никогда бы больше не встретились.
— Кто знает, — снова улыбнулся Элмер. — В последнее время слишком
— Но ты… ты не собирался… Нет, это невозможно!
— Конечно, могу остаться дома и наслаждаться ароматом твоих духов, но… скорее всего он уже выветрился. Поэтому еду в Пейтон. Слишком долго я отказывал себе в самом главном, больше не собираюсь этого делать.
Элмер повернулся и вышел, оставив Глэдис в полном замешательстве. Что он имел в виду? Что опять задумал? Неужели эта парочка опять разработала какой-то план? Как бы то ни было, она-то знала про Париж. Глэдис задумалась. Клара очень давно не появлялась дома и возвращаться в ближайшее время явно не собиралась. Это тоже не предвещало ничего хорошего. Потом Глэдис вспомнила, каким разбитым выглядел отец неделю назад. Неужели он все-таки что-то узнал? Это ужасно!
Нужно попасть домой раньше Элмера! Если что-то произойдет, надо быть рядом и как-то смягчить удар. Быстро швырнув вещи в сумку, Глэдис помчалась вниз по лестнице, забыв чек на письменном столе. Единственное, что важно сейчас, — это быть рядом с отцом и при необходимости защитить его.
Дорога домой показалась мучительно долгой. Въезжая в ворота усадьбы, Глэдис увидела Элмера, вынимающего вещи из багажника своего «мерседеса» около сторожки. Времени было в обрез. Всю дорогу она с ужасом думала о том, что может произойти, и так накрутила себя, что теперь не выдержала.
— Будь осторожен! — закричала она, выскочив из машины. — Если ты хочешь все рассказать отцу, то не советую делать это сегодня. Ты долго ждал, потерпи еще немного! Он сейчас ужасно устал, плохо себя чувствует, не расстраивай его!
Элмер обернулся и посмотрел удивленно. Потом подошел, схватил ее за плечи и встряхнул.
— Кажется, я уже говорил, что когда-нибудь убью тебя! — прорычал он. — Или выбью дурь из твоей головы! Наверное, лучше покончить с тобой раз и навсегда! Пошли! — Он потянул ее в сторону сторожки. — Пора наконец всыпать тебе по первое число! Хотя это нужно было сделать еще несколько лет назад!
Глэдис бешено отбивалась.
— Послушай же! — кричала она. — Я ни в чем тебя не обвиняю! Просто отец сейчас в плохом состоянии, и, если с ним что-нибудь случится, я тебе этого не прощу!
— Не сомневаюсь. — Элмер отпустил ее и прищурился. — А что с Фрэнком?
— Не знаю, но волнуюсь за него. Сам увидишь, раз приехал. Он не желает видеть врачей, но я уверена, что он не совсем здоров.
— Ладно, я буду хорошим мальчиком. Если хочешь, чтобы все было в порядке, постарайся вести себя как можно спокойнее. Понимаю, это нелегко, — добавил он ехидно, — за последнее время ты совсем отвыкла шевелить мозгами. Пришла пора
— Я не дикая кошка… — начала Глэдис, но Элмер уже отвернулся и пошел к сторожке.
— Конечно, очень удобно не вспоминать о том, что мешает, — бросил он через плечо. — Я вот так не могу, к сожалению. Слишком хорошая память.
Глэдис поспешила назад к машине. Отъехав, увидела в зеркале, что Элмер смотрит ей вслед с довольной улыбкой. Черт с ним, наплевать, пусть последнее слово осталось за ним, убеждала она себя. Главное, чтобы отцу было хорошо. Он будет рад видеть Элмера, и она тоже должна доставить ему удовольствие своим хорошим настроением. Что же, в случае надобности можно притвориться, и не хуже Элмера.
Вечером, готовясь лечь в постель, Глэдис раздумывала о том, что все ее тревоги, вполне вероятно, были напрасными. Главный враг, настроенный дружелюбно и приветливо, оставил издевательский тон давнего знакомца, и это было приятно. Даже когда отец не смотрел на них, он все равно приветливо улыбался. Как и ожидалось, его возвращение очень порадовало отца. Но, как ни странно, Элмер ни словом не обмолвился о той работе, которую Глэдис проделала в его квартире. За обедом обсуждались результаты его поездки в Португалию, и стало понятно, что он действительно был там. Впрочем, времени было более чем достаточно, чтобы успеть съездить еще кое-куда.
Глэдис бросилась на кровать и накрыла голову подушкой. Элмер так легко и очаровательно вел себя за ужином, что его власть над ней стала еще сильнее, чем в детстве. Она злилась за свою неспособность противостоять этой власти, но, засыпая, чему-то улыбалась.
Наутро досада вернулась, и она поняла, что не сможет остаться на весь день. Вчера Элмер упомянул, что планирует провести в Пейтоне уик-энд. И когда она спустилась в столовую, он уже был там. Отец тоже сидел за столом, и Глэдис напомнила себе, что должна выглядеть счастливой.
— Мне нужно съездить в Бостон, — сказала она.
Лицо отца разочарованно вытянулось.
— Правда, очень нужно, — начала оправдываться Глэдис. — Вчера привезли новые картины, и совершенно непонятно, как их размещать.
— Постараемся обойтись без тебя, — сказал отец. — Надеюсь, к ужину вернешься?
— Не знаю, — пробормотала Глэдис, стараясь не смотреть на Элмера, сидевшего с самодовольной улыбкой. — Мы собирались с Марком сегодня вместе пообедать, так что лучше на меня не рассчитывать.
Элмер перестал улыбаться. Все-таки хоть немного удалось сбить с него спесь. Впрочем это не доставило особого удовлетворения на самом деле не было желания ни ехать в галерею, ни встречаться с Марком. Хотелось остаться дома, побыть с отцом. Да и за Элмером следовало бы присмотреть. Нельзя допустить чтобы он обо всем рассказал отцу.
По мере приближения к Бостону Глэдис все больше злилась. В создавшемся положении не было ничего хорошего, оно могло завести в новый тупик. Ведь давно было известно что это за человек — Элмер Полинг. И как бы ни хотелось верить ему, факты говорили сами за себя.