Снова вместе
Шрифт:
— Рассказал? Что рассказал? Ведь между нами ничего не было. Просто иногда встречались…
— По словам Фрэнка, очень часто. Тогда-то я и почувствовал, что схожу с ума, и буквально разорил свою квартиру.
Он тяжело вздохнул.
— Честно говоря, мне вообще не хотелось жить. Я позволил волшебству исчезнуть. Приезды в Пейтон были настоящей пыткой — каждая мелочь напоминала о тебе. Я прожил в сторожке
— И я вернулась. И была в ужасе, когда узнала, что ты там. Просто не могла представить, как мы встретимся.
Он сжал ее в объятиях, осыпая страстными поцелуями. Позже, уютно прижавшись к плечу, Глэдис спросила:
— Тогда, в сторожке, почему ты…
— Просто потому, что не смог удержаться. Так давно хотел любить тебя, а ты была такая теплая, нежная… В первый раз за долгие годы мы были по-настоящему вдвоем, не так, как у меня в квартире. Я чувствовал, что волшебство вернулось, что наше прошлое снова с нами, и ты была такая же, как раньше, — невинная, уязвимая. Я просто хотел подержать тебя в объятиях, но этого оказалось мало. Мне всегда будет этого мало.
Да, этого было мало обоим. В его голосе снова звучала страсть. Глэдис казалось, что все это сон. Она заглянула в темные глаза, такие родные и любимые.
— Это не сон? — прошептала она.
— Конечно нет, — тихо отозвался он. — Наша любовь живет уже много лет. Ты заставила меня долго додать, мой ангел, и теперь нам надо многое наверстать.
Через некоторое время, лежа в его объятиях в блаженной полудреме, Глэдис вдруг подумала о Кларе.
— Это правда, что доказательства измены лежат у тебя в сейфе?
— Да у меня и сейфа-то нет, — рассмеялся Элмер. — К тому же я не стал бы хранить такие документы в офисе. Нет, хватило и угрозы.
— С самого начала за ней следили?
— Нет. Я столкнулся с ними случайно. И поскольку промолчал, Клара решила, что я ничего не заподозрил. Позднее она начала чувствовать себя неуязвимой, рассчитывая на то, что, даже зная о ее похождениях, я ничего не скажу Фрэнку, чтобы не огорчать его. Понадобилась всего пара фотографий, добыть которые оказалось нетрудно. После этого оставалось только ждать. Она позвонила мне в надежде выяснить, согласится ли Фрэнк на развод. Но ни о каких мужчинах, конечно, и речи
— Но когда я услышала, о чем вы говорите, — еще тогда, давно…
— Я ведь даже не знаю, что ты слышала, — прошептал Элмер и поцеловал ее в нос. — Но в тот вечер мы обменялись угрозами. Клара знала о моих чувствах к тебе, и это не очень-то ей нравилось. Она намекнула, что и Фрэнку это не понравится, если она все ему расскажет. Тогда я сказал, что знаю о ее романе. Но совершенно уверенная в себе, она не приняла это всерьез. Потом мы оба помалкивали, но из разных соображений. Я хотел, чтобы Фрэнк сам понял, что она из себя представляет. Но никогда не думал, что в результате потеряю тебя.
— Мне надо было кричать, топать ногами и предъявлять обвинения, — грустно проговорила Глэдис, и Элмер еще крепче обнял ее.
— Тогда ты не умела кричать и топать ногами, моя радость, — сказал он улыбаясь. — Научилась этому позже. Давай забудем обо всем. Мы снова вместе, и это главное. Может быть, и хорошо, что все произошло именно так.
— Хорошо? Когда мы оба так мучились?
— Зато ты выросла, сумела создать процветающий бизнес, полагаясь только на себя. Ты теперь взрослая женщина, а не семнадцатилетний ангелочек, к которому я боялся прикоснуться.
— Да, это верно, — призналась Глэдис.
Взгляд Элмера опять заставил ее покраснеть.
— Так простим друг друга? — нежно спросил он, и она кивнула, поудобнее устраиваясь в его объятиях и отвечая на поцелуй.
— Скоро утро, — со вздохом проговорила она.
— Да, еще один день, еще одна причина, чтобы жить теперь, когда волшебство к нам вернулось.
И Глэдис крепко обняла его, купаясь в волшебстве, которое всегда было с ними и только ждало своего часа, всем своим существом излучая любовь к человеку, который уже долго был в ее жизни и будет в ней всегда.
— Я люблю тебя, — прошептала она.
— Знаю. Ты ведь всегда меня любила. Ты просто ненадолго забыла об этом… Зато теперь это не просто слова девочки-подростка. Завтра поговорим о свадьбе.
— А сегодня будем спать…
— Позже, позже, — проговорил Элмер и прижался к ней так страстно, что она погрузилась в океан блаженства, забыв о времени.