Снежный плен 2
Шрифт:
– Я ему и завтрак! Я ему и минет! И секс! А он – бревно черствое!!!
– Ну, Билл, - я целую обидевшегося воробушка в шею, крепко прижимая его к себе.
– Да, пошел ты!
– Я так тебя люблю, я так по тебе скучал, Билли…
– С*ка ты, Трюмпер!
– С*ки тоже скучают по своим кобелям… - посмеиваюсь, удерживая его рядом, когда
– Щас как врежу, забудешь каким местом шутить надо!
– Билли… - глажу ладонью его животик. – Ну, все, успокоился?
– Отсосешь мне – успокоюсь! – стоит такой, обиделся, надулся, руки на груди сложил.
– А если настоящую новость скажу?
– Я больше на это не куплюсь! Давай-давай, вставай на колени.
– Отец по секрету сказал, что у твоей мамы будет ребенок…
– Ой, вот тебе лишь бы мне минет не делать! Выдумываешь тут!
Он вырывается из моих рук и уходит. Я могу только улыбаться тепло-тепло. Это непередаваемое счастье, когда рядом живет вот такой вот наивный комочек нервов.
– Билл, ну, иди ко мне, я сделаю… - зову.
– Тебе надо, ты и иди! – ворчун старый.
– Так неси сюда свой звездный хрен, Каулитц… Или я передумаю!
– Спишь сегодня на диване!
– А я могу и у Фреда поспать!
Несколько секунд тишины, после чего по квартире разносится быстрый топот его ножек.
– Трюмпер, я тебе уже говорил сегодня, как я тебя люблю?
– Нет, можешь сейчас сказать!
– А вот хрен тебе! – показывает фак и снова уходит.
Вздыхаю и иду за ним.
– Все, у меня нет настроения для минета, проваливай! – говорит он, сдергивая с нашей кровати простынь.
– Билл, я же правду сказал…
– Том, это нечестно! Ты обманом заставил меня это сделать! – психует.
– Будто тебе это не понравилось…
– Но дело не в этом, а в том… - он вдруг замолкает, поднимая взгляд на меня, - Что ты про маму сказал?
О, дошло.
– Она беременна, Билл…
– Ей же лет уже… Это же опасно! Да как такое вообще возможно?!
– Вот поэтому тебе не хотели что-то говорить!
– Что?
–
– Я? Аборт? Я бы ни за что… - он присел на край кровати, вроде бы до конца успокоившись. Я подошел к нему, присел рядом, тут же притягивая к себе. Билл ткнулся носом мне в плечо и засопел как ежик. Это он меня ежом называет?
– Прости, что я так сказал. Но знаешь, эта ситуация напоминает мне ту, с Кляйном и нашими родителями. У тебя с мамой нет никаких секретов, в принципе, как и у меня с моим отцом. Но тогда она тебе сказала об их отношениях, а он мне нет. И не сказал именно потому, что знал, что я буду рвать и метать, что я буду психовать, и отдыха не получится. Так и сейчас твоя мама боится, что ты начнешь нервничать…
– А ты, значит, не боишься, - перебивает, не давая закончить мысль.
– Я тебе доверяю, Билл. И я не хочу, чтобы между нами были секреты. Я знаю, что ты можешь взять себя в руки и вести себя адекватно…
– Но это так опасно, - повторяет он.
– Все будет хорошо…
Мы лежали на кровати, на которой постельное так и не было заправлено. В квартире было тихо. Где-то далеко тикали часы, а соседи сверху о чем-то спорили. Кое-где скрипели половицы. Но было тихо. Было замечательно.
– Мне спокойно… - прошептал он, утыкаясь носом в мою грудь.
– Ты знаешь, мне тоже… - я смотрел в окно, там все еще была зима. Но она уходила. И больше не пахло морозной свежестью, теперь пели птицы, а снежный плен остался далеко позади.
Кляйна больше нет. Штольц арестован за пособничество в покушении на убийство. Это именно он помог отцу найти нас. Именно он сдал план Кляйна, по которому мы все должны были умереть. Я не знаю, что может толкнуть человека на убийство себе подобного, но знаю точно, что все зависит только от человека. Мои бывшие одноклассники тоже были друзьями детства, и я невольно сравнивал их с собой и Георгом. Сделал бы Георг для меня что-то подобное? А попросил бы я его о чем-то подобном? Ведь пока Кляйн был в Швеции, именно Штольц следил за нами с Биллом и сливал информацию своему дружку. Так они и узнали об отношениях моего отца и Симоны. Они так обо всем узнали. Именно своим знанием Кляйн заставил меня поверить в свою нелепую сказку. А я поверил, просто взбесившись, когда увидел глупый поцелуй. Меня трудно кому-то понять, наверное, если бы не смазливая мордашка, я был бы отрицательным героем этой истории.
Я прижимал к себе свое сердечко, которое незаметно для меня уснуло, и думал о том, что мне несказанно повезло встретить именно его…
– Я уснул… - встрепенулся.
– Спи… - погладил я его по волосам, успокаивая.
Он зевнул и вновь уложил голову у меня на плече. Его мерное дыхание говорило том, что он снова уснул. А я так и продолжал гладить его по волосам, думая о чем-то глупом. О будущем. Я так хочу будущего с ним. Всегда хотел. Не знаю, что я вкладывал в это самое «будущее», но я только сейчас понял, что хотеть надо настоящего. Вот прямо сейчас он рядом – отлично!