Снежный плен 2
Шрифт:
Братик, поправляйся!!!
Оленюшка, тоже лечись там!!!
Крендель, а тебе уже никакое лечение не поможет, на всю голову больной :рррр Аахахахах :D
Не болейте никто ;)
Автор вышел из комы, спасибо всем спасающим :)
И да, скоро будет деда :р
Ёжик, ёжик, где же ты?
Ёжик, милый, приходи,
Я замерз от пустоты.
Ты мой дом, колючий холмик.
Ты мой сон, приятный Томмик.
Ёжик-ёжик, расскажи,
как сбываются мечты?
Ёжик мой, я весь с тобой.
Мой родной, любимый Том.
Давай не будем огорчаться,
Злиться, драться, расставаться.
Ёжик, милый, дорогой,
С тобой навечно, ты ведь мой.
8 глава.
Avt ©
Том смотрел на спящего парня, и до сих пор как-то скептически относился ко всему происходящему. Вроде бы они помирились, и теперь Трюмпер больше не посмеет делать больно любимому. Но с другой стороны... Оставалась некая недосказанность. Ясно, что Том действовал сегодня на эмоциях. Не к месту появившаяся совесть, и вина за все случившееся, да еще и порванный зад Каулитца... Том сдался нежности и отключил разум.
Теперь, глядя на неспокойное выражение лица, он понимал, что им все равно нужно серьезно обо всем поговорить. Нет, Том не сомневается, что принял правильное решение. Он верит, что его мальчик верен ему и любит только его. Но остались другие вопросы... все-таки тот единственный поцелуй случился неспроста. И для чего Кляйн заварил всю эту кашу? Эту ложь?
На сердце было неспокойно.
Спать Трюмпер не мог, поэтому встал с кровати и ушел на кухню, где разобравшийся с Кляйном Георг, все-таки принялся за готовку ужина. Том присел на стул, укладывая локти на стол, упираясь в них подбородком. Он смотрел за окно, где виднелся размытый метелью закат. Дни тут летят невероятно быстро, но на самом деле – плевать, главное, что с Биллом помирились...
Со стороны дивана раздался сдавленный полустон. Том оглянулся на лежащего и подыхающего от боли Кляйна. Георг
– Билл спит?- Георг появился неоткуда, заставляя Тома вздрогнуть.
– Спит.- Как-то нехотя пробурчал Трюмпер, утыкаясь лицом в собственные руки.
– Сейчас картошка сварится и надо будет покушать самим, а потом ты покормишь Билла, а я...- он молча кивнул на Кляйна.
– Сильно я его?
– Шрамы останутся на всю жизнь. Порезы не глубокие, несколько дней, и спадет первый отек, тогда лицо примет более нормальный вид.
– Слушай,- Том вдруг задался вопросом,- а откуда ты все это знаешь? Ну, лекарствами Билла пичкаешь, перевязки делаешь... и так, столько медицинской херни знаешь...
Георг почесал затылок, удивленно уставившись на друга:
– Трюмпер, вот ты мне скажи, когда мы с тобой встречались... нет не так... хотя бы раз, после воссоединения с Каулитцем в выпускном классе, ты меня слушал?
– Конечно слушал...- немного с обидой выдал Том.
– Придурок, я на медицинском факультете учусь! Чего, ты думаешь, я не могу часто домой попадать?!
– Аааа... точно-точно...- виновато улыбнулся,- ты что-то говорил об этом...
– Говорил?- возмущение,- да я тебе все уши прожужжал еще до выпускного о том, что подал документы, о том, что меня приняли. А после выпускного, в каждую нашу встречу рассказывал о своей учебе.
– Эм...- Том напряг память.- Наверно... да...- он не помнил ни единого слова Листинга. И Георг это понял.
– Трюмпер, ты скотина! Ты мне все уши о своем брюнете прожужжал, а сам? Сука, ни разу меня не слушал, да?
– А типа я виноват в том, что я тогда постоянно думал о заднице Каулитца!!!
– Ну, ты и свинья!!!
– Ну, а что? Ты видел его упругую попку? Нет? Вот и молчи! А я ее не только видел...- Том прикрыл глаза, вспоминая о прелестях друга.
– Идиот!- Хриплый голос и подзатыльник. На колени Тома осторожно приземляется Билл, забираясь на него с ногами и тут же утыкаясь в шею любимого.
Георг ухмыльнулся неожиданному появлению Каулитца и мысленно порадовался за улучшающееся самочувствие парня.
Билл, тем временем, прикрыл глаза и расслаблено дышал, чувствуя, что снова проваливается в сон.
– Родной...- Том обнимал его, обвивая руками его колени,- как ты...
– Не уходи... дышать трудно...
– Что?- он не совсем понял.
– Я не могу дышать, если ты не дышишь рядом...