Снежная девочка
Шрифт:
– Хоть вам так и не кажется, это важные звонки. Но… да какая разница. Я найду выход. Но знаете, о чем я жалею?
Оба молча замерли.
– Я думала, вы не такие, как все, но не знаю, почему меня это так расстраивает. В этом проклятом городе все не те, кем кажутся.
Не дожидаясь ответа, она вышла из кафе. Посмотрела на внушительное здание «Пресс» и увидела, что мелкий дождь намочил землю и наполнил улицы разноцветными зонтиками. Она перебежала дорогу, лавируя между гудящими такси, которые с визгом тормозили в нескольких сантиметрах от нее, и вошла в здание. Ее волосы и куртка промокли.
Подойдя к столу, она поняла, что у нее нет другого выбора. Набрав номер агента Миллера, она подождала,
– Мисс Триггс, это вы? – раздался голос на другом конце провода.
– Мне нужна ваша помощь, а вам – моя.
Глава 50
Даже в грешнике кто-то внимательный способен найти проблеск любви.
В течение нескольких недель Уилл был подавлен и почти не разговаривал после возвращения с работы. Сразу после прихода он садился пить в одно из кресел в гостиной, пока Айрис и девочка играли с кукольным домиком или щекотали друг друга на диване. Всякий раз, когда жена задавала ему вопрос, мужчина лишь фыркал, а когда она упрекала его в том, что он слишком много пьет, вставал, не обращая на нее внимания, и наливал себе еще. Внутри Уилл чувствовал, что ничего не складывается. Его брак был провалом, его отцовство – фикцией. Если раньше ему казалось, что все будет хорошо, то теперь он перебирал в памяти все случаи, которые говорили об обратном: они не могут пойти в парк, чтобы Кира поиграла с другими детьми, они боятся, что ребенок серьезно заболеет и им не останется ничего другого, как отвезти ее в больницу, они молятся, чтобы никто никогда ее не увидел.
В те ночи, когда Уилл сидел на диване перед выключенным телевизором, пока его не одолевал алкоголь, он вспоминал, как они с Айрис переехали в Клифтон, в этот самый дом в округе Пассаик, штат Нью-Джерси. Это было деревянное сооружение площадью едва ли девяносто квадратных метров на участке в двести пятьдесят квадратных метров, выкрашенное в белый цвет, с двускатной крышей. Здесь было немноголюдно и довольно дешево, потому что дом находился всего в ста метрах от электрической подстанции, и, хотя соседи были не самыми приятными людьми, они решили, что это идеальное место для семейного гнездышка. Уилл вспоминал, как он, двадцатипятилетний, вошел в этот дом с Айрис на руках после свадьбы в часовне в их родном Гарфилде, всего в нескольких милях отсюда. Оба выросли в неблагополучных семьях и объединились в попытке спасти друг друга. Отец Уилла повесился в ванной, когда тот был еще ребенком, мать умерла от передозировки, когда ему было пятнадцать. Семья, в которой он рос дальше, пыталась понять его, но он отвергал их попытки и, достигнув совершеннолетия, ушел из дома. Устроившись в автомастерскую, он некоторое время жил в студии, пока судьба не свела его с Айрис, кудрявой блондинкой, у которой сломался мопед. Они влюбились, как влюбляются только глупцы. Но в их характерах было так много трещин, что они смогли скрепиться по ошибке. Айрис, как и Уилл, выросла на попечении безразличной матери и без отца, которого сменила вереница бранящихся мужчин, чьи имена она даже не пыталась запомнить: так быстро они исчезали. В конце концов она начала работать в закусочной и на свои первые сбережения купила тот самый подержанный мопед, который навсегда связал ее с Уиллом.
Роман развивался стремительнее, чем они предполагали: Айрис забеременела, едва ей исполнилось девятнадцать. Однажды днем, когда золотистое солнце освещало доски мостика, переброшенного через пруд Дэнертс, в беседке Уилл встал на одно колено. Они поженились, не сказав никому ни слова, и только коллега Уилла по мастерской пришел в здание суда в качестве свидетеля. На
Это был первый ребенок, которого они потеряли, но он пробудил в них потребность, о которой они раньше не знали. Они хотели стать родителями. Они так любили того малыша, которому уже было выбрано имя, что жить в этих четырех стенах без детей казалось уже немыслимым. Но шли годы, и печаль поселилась в этом доме в виде выкидышей и все более неподъемных медицинских счетов.
Однажды вечером, услышав смех девочки, которой Айрис рассказывала сказку о ведьмах и ворах, Уилл ушел из дома.
Его отсутствие встревожило Айрис. Она несколько раз бродила вокруг дома, заглядывая на задний двор, на случай если увидит его возвращение издалека. Так и не дождавшись, Айрис легла спать, надеясь, что муж скоро вернется. По вечерам Уилл обычно выносил мусор или делал какие-то мелкие дела по дому. Возможно, он уехал на заправку, чтобы не тратить время завтра, или решил заглянуть в круглосуточный супермаркет, но в таких случаях он всегда предупреждал заранее. В этот раз Уилл сел в машину и поехал на юг, ничего не объясняя. Просто подошел к ней, пока она рассказывала Миле какую-то историю, поцеловал в макушку и молча уехал.
Около двух часов ночи перед домом зажглись огни, и Айрис, которая так и не сомкнула глаз, быстро встала, чтобы убедиться, что Уилл благополучно вернулся. Она волновалась за него. После происшествия с соседом он изменился. Он стал замкнутым и почти не разговаривал с ней. Иногда она спрашивала, все ли в порядке, но ответом ей служило тоскливое ворчание.
Она вбежала в гостиную и ждала, когда откроется дверь, чтобы спросить, как он, но тут раздался стук в дверь и незнакомый мужской голос позвал:
– Миссис Ноукс?
Айрис застыла. Она не понимала, что происходит и кому она понадобилась. Включив телевизор, она нажала на девятый канал, куда передавалась запись с камеры у входа. Два полицейских в форме смотрели на дверь.
«Что ты наделал, Уилл!» – подумала она. В голове пронесся вихрь мыслей. Он признался? Его задержали? Женщина была на грани обморока. Подойдя к шкафу, где хранилось ружье, она сняла замок. Затем заперла спальню Милы, убедившись, что та по-прежнему крепко спит.
В дверь снова постучали, и она побежала открывать, притворившись заспанной и застегивая на ходу халат.
– Да?
– Вы миссис Ноукс?
– Да… – сказала она хриплым голосом, прищурив глаза. – Что-то случилось?
Полицейские переглянулись, решая, кому сообщать новости. Один из них, брюнет в мятой форме, ответил:
– Видите ли… такое дело… в общем…
– В общем, что? Что случилось?
– Ваш муж… он скончался.
Айрис в ужасе прижала руки ко рту.
– Поезд сбил его машину на переезде через Блумфилд-авеню. Он умер на месте.
– Этого не может быть, – выдохнула Айрис.
Глава 51
Весь мир словно катился под откос, и с этим никто не мог ничего поделать.
Смерть деда стала для мамы шоком. Она заплакала, когда узнала, что его сердце не выдержало, а врачи прибыли слишком поздно. Он был ее отцом и мерзавцем в придачу, но смерть, вопреки всему, часто вызывает самое искреннее прощение.