Снеговик
Шрифт:
Может, наплевать на спор, проиграть ко всем чертям, взять, да жениться! Чего теряю? Я бы искать никого не стал, не Наташка, конечно, ну и пусть! Более похожую не найти…
— Дз-ззз-нь! — Инесса спасла от дурных идей, спасибо и на этом.
Отправляю искусительную деву в ванную, приводить себя в порядок, а сам встречаю секретаршу. Нельзя, чтобы они пересеклись раньше времени, сначала инструктаж…
— Здравствуй, Ар… — так и знал, еле успел заткнуть!
— Айсмен, меня зовут Айсмен, — делаю страшные глаза.
— Айс- мен? — идеальные геометрически
— Кошка поцарапала… — не про Анну же Степановну рассказывать!
— А-а, — спохватывается, подаёт пакет, — вот всё, что необходимо, собрала…
— Благодарю, — наконец-то мои бритвенные и прочие принадлежности прибыли, не привык долго в полевых условиях существовать, да и нормальной одежды не хватает.
Скорей тащу, заторможенную от удивления Инессу в комнату, подальше от ванной. Больше, чем уверен, Марина прислушивается, а вода в раковину колотится для вида, слишком ровный звук, без всплесков.
— Про меня ничего не говоришь, молчишь, как партизанка на допросе, поняла? — спрашиваю строго.
— Кому молчишь? Что ты делаешь в этой норе, Аркаш? — Инесса, как оглохла, меня не слушает.
— Оденешь её, как себя на выход, покупай всё от верхнего до нижнего, вот карта, лимит не ограничен. Потом салон, у неё абонемент есть, всё по полной программе… Часам к семи вечера вернёшь!
— Её? Кого её?! — у секретарши глаза всё круглей.
— Хозяйку квартиры. Сейчас познакомлю.
— Зачем тебе эта тётка? — перебивает, — родня?
— Не важно, ты должна сделать из неё красавицу, чтоб глаз не оторвать! Ясно?
— Нет! Не ясно! — в голосе истеричные нотки, — нашёл страшную бабу и спал с ней? Собрался жениться? Она тебя опоила, что ли?!
— Наоборот, — пытаюсь второпях объяснить, — если она станет красавицей, я свободен, если не станет, тогда придётся под венец!
— Пил? Сколько? Что за бред ты несёшь, Аркаша?
— Не бред, — шепчу, чувствую, Марина сейчас выйдет уже, — мужское слово.
— Опять спор? — догадалась и сразу расслабляется, — ну, если таковы условия, будет тебе красавица, не сомневайся!
— Про меня молчок! — напоминаю, — она ничего не должна узнать!
— Будь спок, шеф, — улыбается, а сама уже опять натягивает холодную маску на идеальное лицо…
Выпроводил, наконец-то. Полюбовался из окна, чтобы точно уехали. Инесса непривычная к не чищенным улицам, чуть не сделала шпагат или ещё, какую фигуру. Но Марина умудрилась её поймать, молодец! Секретарша, хоть и с претензиями, но мне ещё пригодится…
Как уехали, скорей достаю зарядку из пакета, а то мобильник уже на последней полоске висит. Набираю Артурчика,
— Здравствуй, дорогой! Помнишь параметры дивчины, которую намедни прихорашивал?
— Помню, — отзывается, — у меня профессиональное.
— Знаю, друг, не ошибся в тебе. Добудь на неё бальное платье, сам понимаешь, какое ей пойдет, учить не собираюсь. Новое, естественно. И мне полный прикид: фрак, прочие причиндалы и туфли
— Будет сделано, шеф, — рапортует почти по-военному.
— Ок, у тебя часа четыре времени, поторопись.
Потом звоню Завадскому. Есть у нас такой меценат — любитель, каждый год устраивает костюмированные балы, в этот раз тема «Летучая мышь» — очень кстати. Звал меня, я обещал подумать, чтобы не обидеть, но конечно, не собирался. Но теперь соглашусь.
Если не ошибаюсь, там весь сюжет построен на вранье, да ещё и в масках все разгуливают. Думаю — это в жилу, если Марина поймёт подтекст мероприятия, будет интересно увидеть её реакцию и даже немного страшновато, но мне нравится будоражить себя подобными эмоциями, сразу появляется азарт и волнение. Так всё обрыдло, ничего не трогает, а в такие моменты чувствую, что живу. Да и думаю, за маленькую шалость со снеговиком она меня простит… Я знаю, как сделать, чтобы простила!
Завадский рад, ещё и машину, с соответствующим мероприятию водителем, обещал, только сильно удивился, когда я адрес назвал, откуда нас забирать. Но человек воспитанный, тактичный, лишних вопросов задавать не стал.
С Витькой поболтали. Ему уже наскучило меня дожидаться, говорит,
— Сворачивай деятельность, Аркаш, слишком затянулась игра.
А я ему в ответ,
— Игра только начинается, брат, потерпи… А лучше, выйди-ка часикам к семи вечера во двор, прогуляйся туда-сюда, думаю, сможешь лицезреть, что получилось из нашей чудачки.
— И выйду, и посмотрю! — хорохорится друг…
Артур всё выполнил, как велено и в срок уложился. Уверил, что платье будет впору, ему видней, ни разу ещё не ошибался. У него глаз — алмаз.
Глава 37
Не удержался, залез к ней в писанину, там никаких паролей, читай, не хочу.
Нормальный любовный роман, писан от женского лица, сюжет тривиален, да и попробуй напиши, что-то новое, когда все сюжеты уже придуманы. Хочешь не хочешь, а как не исхитряйся, получается, то «Золушка», то «Красавица и Чудовище», даже, если называется «Аленький цветочек», то «Ромео и Джульетта». И так по любому современному роману пройдись, если заглянуть в суть, всегда найдётся более древний аналог, естественно с колоритом времени, о котором писано.
Однако, даже на такой стократно возделанной ниве, Марина умудрилась отыскать новые свежие всходы: много интересных поворотов, динамичный сюжет и красивая описательная часть, да и слог, что уж греха таить, хорош.
Но дело не в этом! Полёт! Вот он свежий ветер, ясный чистый взгляд, тот самый порыв, которого мне больше не дано поймать! В книге есть жизнь, она бьётся и согревает, я почувствовал! И, каюсь, позавидовал!
Нашёл за что зацепиться, но по-честному! Где чувственность, где красивые интимные сцены? Это ж неотъемлемая часть жанра! А главный герой! Он робот или манекен? Его послали, он пошёл — что за ерунда?!