Смятение сердца

Фетцер Эми

— Это бессовестно — загнать меня в угол и воспользоваться этим. Я начинаю думать, что вы — интриган, мистер Мак-Кракен.

— Наконец-то мое истинное лицо начинает вырисовываться во всей красе.

— И вам не стыдно держать меня заложницей? Нисколечко не стыдно?

Хантер медленно окинул взглядом ее жалкую, промокшую фигурку. Он знал, что за роскошная женщина скрывается под этим тряпьем.

— Ты уже знаешь, что у меня нет совести. Могу только добавить: и стыда тоже.

— Нет, это уму непостижимо… — начала Сэйбл, но тут на нее налетел торопящийся куда-то солдат.

Даже не замедлив шага, он спихнул

ее с тротуара. Хантер бросился ему вслед, но Сэйбл ухватила его за рукав и удержала. Обернувшись, он увидел, что она кутается в одеяло. В узкую щелку выглядывали встревоженные глаза.

Хантер впал в нелегкое раздумье. С одной стороны, Сэйбл была в относительной безопасности: благодаря остаткам краски на ее коже и общему презрению к индейцам никто не мог заподозрить в ней белую женщину. С другой стороны, она была мишенью для всяческих оскорблений, предметом вожделения для любого пьяного солдата. Вот если бы дать ей револьвер… Но это может привести к стычке, к перестрелке — и тогда на них ополчится весь форт.

Особенно горько Хантер сетовал на то, что не знает всей правды и не подготовлен к возможным неприятностям. Но он не винил Сэйбл за недоверие. После всего того, что он успел наговорить, откровенность с ее стороны была последним, на что он мог рассчитывать.

— Я уверен — ты справишься, Фиалковые Глаза. Ты только кажешься хрупкой, а на деле не уступишь многим мужчинам.

Он заметил, что похвала вызвала легкую краску на ее бледных щеках. Оставлять ее в одиночестве ему очень не хотелось, но разговор с полковником нельзя было отложить на потом.

— Как насчет того, чтобы самой отобрать продовольствие для будущего пикника?

— Конечно! — улыбнулась она и с готовностью зашлепала по лужам — очевидно, к лавке.

Странно, подумал Хантер, нахмурившись. Сэйбл шла так уверенно, словно ходила этой дорогой не один раз.

Глава 19

Тревис Моффет!

С ума сойти. Что, если он помнит ее с прошлого года?

Сэйбл передвигала ноги усилием воли, уверенная, что Хантер смотрит вслед, но в душе у нее бушевала буря тревоги. Что с того, что она прожила в форте Макферсон всего два месяца (как раз до дня похищения Лэйн)? Что с того, что гарнизонную лавку она посещала только в те дни, когда не могла ездить верхом или умирала со скуки? Торговцы — народ памятливый.

Она помедлила, не решаясь войти внутрь, потом склонила пониже голову и решительно толкнула тяжелую дверь. В лавке было тепло, но Сэйбл только плотнее закуталась в промокшее одеяло.

Рокот голосов умолк, наступила полная тишина.

Не решаясь поднять взгляда и даже не зная, много ли в лавке народу, она проскользнула к прилавку между бочонками, ящиками, стопками одеял, пирамидами железных чайников и вешалками с готовой одеждой. Съежившись и чувствуя исходящий от себя запах сырости, она ждала, пока ее заметит кругленький полнокровный хозяин лавки. Наконец он закончил обслуживать покупательницу и повернулся к ней (как, впрочем, и каждый посетитель лавки):

— Чем могу вам помочь?

Это было потрясающе — слышать так близко знакомый голос! Сэйбл робко вскинула ресницы. Голубые глаза Тревиса Моффета, полные доброты, смотрели прямо ей в лицо. Он явно не узнавал ее, и Сэйбл немного успокоилась.

— Мистер Хантер Мак-Кракен приказал

мне закупить для него припасы, — пролепетала она.

— Так Хантер здесь! — обрадовался Моффет и посмотрел на дверь, словно ожидая гостя в любую минуту. — А я-то оплакивал его смерть!

— Боюсь, не только вы считали его мертвым, сэр.

— Что ж, перейдем к делу. — Торговец улыбнулся, показав солидную брешь в зубах.

Он уже слышал разговоры об индианке, слоняющейся по форту, и теперь не без любопытства разглядывал предмет общего возмущения. Даже то немногое, что не было прикрыто мокрым одеялом, говорило о скрывающейся под обносками красоте. Это не удивило Моффета: насколько он знал Мак-Кракена, тот разбирался в женщинах.

— Мне кажется, лучше будет составить список… — прошептала Сэйбл, чувствуя, что ее изучают.

Торговец кивнул, извлек из-за уха огрызок химического карандаша, а из-под прилавка — листок бумаги. Сузив в раздумье глаза, он пожевал губами, послюнявил грифель и уставился на бумагу.

— Может быть, я сама?

— Что? — воскликнул Моффет, шевеля кустистыми бровями. — Э-э… конечно, конечно.

Так она не только полукровка, но и женщина с образованием, думал он, наблюдая за тем, как на листок ложатся строчки аккуратного почерка. И где только Хантер откопал ее? Подавляющее большинство индейцев необразованны… во всяком случае, по стандартам белых людей. Очень необычная скво. А эти ее глаза… что-то в них знакомое. Есть от чего зашевелить извилинами!

Между тем Сэйбл углубилась в составление списка, время от времени оглядываясь: вдруг на глаза попадется что-нибудь полезное. В какой-то момент она заметила группу женщин, сгрудившихся возле полок с консервированными овощами. Одетые в жесткие чепчики и блеклые платья простого фасона, они разглядывали ее с раскрытыми ртами. То одна, то другая отпускала замечание, прикрывая рот рукой. Их дешевые наряды вызвали у Сэйбл чувство острой зависти. Она не обманывалась насчет предмета их беседы. Судя по тому, как они тыкали пальцами в ее сторону, было понятно, какой ей приклеили ярлык. Не удержавшись, она метнула кумушкам уничтожающий взгляд и снова склонилась над списком.

Вот они, милосердные христианские души, мысленно возмущалась она. В этом была горькая ирония, глубоко уязвившая ее сердце: год назад она охотно примкнула бы к их кружку в подобной ситуации. Сознание этого мучило и угнетало Сэйбл.

Кончик носа зачесался. Она потерла его и смущенно уставилась на грязь на руке. Что-то очень неаппетитно пахло поблизости. Сэйбл принюхалась и с ужасом поняла, что пахнет от нее самой. Нервно подвинув список через прилавок, она отступила от Моффета подальше.

— Все, что здесь перечислено, у нас имеется, и даже разных сортов. Почему бы вам не осмотреться и не выбрать то, что больше подойдет?

— Выберите сами, сэр.

— Тревис, мы все ждем не дождемся, когда ты выпроводишь краснозадую суку! — прорычал мужской голос за спиной Сэйбл. — Иначе лично я впредь не куплю у тебя и ржавого гвоздя.

— Это будет трудновато, Карл, учитывая, что на сотню миль вокруг нет ни одной лавки, кроме моей, — отрезал Моффет, меряя неизвестного ледяным взглядом. — Или ты хочешь покупать у старого Джека Морроу, по его ломовым ценам? Нет? Я так и думал. А теперь вали отсюда и не возвращайся, пока не научишься вести себя прилично.