Смешная девчонка

Казакова Светлана

«Не подходи к нему! – мысленно вопила я, стоило только заметить интерес какой-нибудь наглой особы к лучшему другу моего брата. – Отстань от него! Он мой!»

Но, разумеется, вслух я ничего подобного сказать не могла, только бросала в сторону девиц сердитые взгляды, а порой, когда набиралась смелости, и язвительные замечания. Душу грело то, что Ник относился ко всем одинаково ровно. Смеялся на шутки, разговаривал спокойно, провожал до дома только в общей компании, не парой. Это давало надежду. Глупую, но всё же.

Ядаже позволила себе

поверить в то, что он просто ждёт, когда я подрасту. Ведь случится же это когда-нибудь. А то, что выглядела младше своих лет, так что же... Со временем начну этим гордиться. Мне даже одна из маминых подруг как-то сказала, что я расцвету, когда мои ровесницы уже отцветут.

Но та встреча с Касьяновым и его спутницей модельного роста не оставила от этой моей веры и камня на камне.

А вот теперь Ник здесь. В нашей квартире. И я осмелела настолько, что бросила ему в лицо все эти колкие, горчащие на языке слова. Ещё и едва не ударила его. Даже ладонь зачесалась.

– Ты действительно хочешь знать, где они? – спросила я, отбрасывая за спину рассыпавшиеся по плечам волосы.

– Конечно, хочу!

В его ответе звучала уверенность, и я, набравшись храбрости, выпалила:

– Родители на даче! Бабушка умерла два года назад. А Олег...

Голос всё-таки сорвался. Я всхлипнула, закрыла лицо руками. Но затем всё же договорила:

– Он пропал. Уже полгода прошло. Яищуего, мы все ищем, хотя даже в полиции говорят, что сомневаются в... благополучному исходе.

На лице Ника отразилось ошеломление. Впрочем, чего ещё ожидать? Так вели себя все: друзья семьи, мои подруги детства, просто знакомые. Первая реакция – шок. А затем им становилось неловко находиться рядом с нами, и они постепенно отходили в сторону, не желая соприкасаться с чужим горем. Ведь знать такое о реальных людях – совсем не то же самое, что смотреть в телепередачах. Мама и отец никого за это не осуждали, а я всё ещё не могла привыкнуть к тому, как все один за другим от нас отворачивались.

– Летта... – заговорил Ник. – Как... пропал? Что ты такое говоришь?

– Он познакомился на сайте в Интернете с девушкой из другого города, - заученно ответила я – слишком часто за последнее время приходилось это повторять. – Они переписывались, а после он... поехал туда, чтобы встретиться с ней. И пропал.

– А что эта девушка? Полиция нашла её? Опрашивала?

– Да. Она сказала, что он не пришёл на встречу. Олег был на своей машине, её... тоже не нашли. В полиции думают, он мог кого-то подвезти, он же добрый. А его... с целью ограбления... – Я сделала глубокий вдох, сглатывая слёзы. – Вот... теперь ты тоже знаешь... И уйдёшь снова. Ведь уйдёшь, да?

– Летта! – Ник сгрёб меня в охапку, прижал к себе, обнимая. – Дурочка ты... Никуда я не уйду, пока в этом не разберусь. Я не оставлютебя.Теперь ни за что. И Олежку мы непременно найдём.

Глава 3.1

Глава 3.1

Безумие. Я боялся услышать ответ Летты,

но никак не ожидал, что он окажется таким. Да и кто бы на моём месте ожидал?

Я никогда не желал её брату ничего плохого, хоть и поссорились с ним. Как, впрочем, и он мне.

Вспомнился наш последний разговор. Олег горячился, отговаривал меня от моего решения, всё твердил о том, что бокс – один из самых травмоопасных видов спорта. Что в профессиональном боксе риск куда серьёзнее, чем в любительских секциях. А затем и вовсе заявил:

– Как ты не понимаешь? Это же медные трубы! Самые настоящие!

– Какие ещё трубы? – не понял я.

– Как в сказке! Огонь, вода и медные трубы! Испытание славой!

– Ты считаешь, я подался в бокс, потому что мне нужна слава? – криво усмехнулся я. Уж чего-чего, а подобного непонимания от лучшего друга никак не ждал. Учитывая, что тот и сам, кстати говоря, не так давно ездил на международные соревнования по шахматам, а это тоже означало известность в определённых кругах!

– Да тебе же не только на ринге стоять придётся, но и рожей торговать! Календари там всякие, обложки журналов, сделают из тебя глянцевую картинку для публики! Потому что, ты меня извини, но красивые боксёры не так часто встречаются!

– А ты у нас так хорошо разбираешься в мужской красоте? С каких это пор? Может, я чего-то не знаю? – подколол я, желая перевести в шутку этот утомивший меня разговор, но стало только хуже.

– Да ты на что намекаешь?! – рассвирепел собеседник.

– Ни на что я не на намекаю, охолони! – тут же осадил его я, пока тот в драку не полез. Бессмысленно же – весовая категория не та. – Только учти, что я никому не позволяю решать за меня, как мне жить и что делать. Ты своё мнение высказал – я остался при своём. Бывай.

С этими словами я вышел, удивляясь, какая муха его укусила.

Это был наш последний разговор.

Спустя некоторое время, немного успокоившись, я ждал, что Олежка сам позвонит мне и пойдёт на мировую. Но обычно спокойный шахматист оказался крепким орешком. Он даже не ответил, когда я сам ему набрал.

Азатем меня с головой затянула новая жизнь, и стало не до примирения.

Сейчас, обнимая Летту, которая, выговорившись, всхлипывала и прижималась ко мне, я проклинал собственное упрямство. Мне следовало объявиться раньше. Поговорить с Олегом. Та наша ссора была глупой. Ещё какой идиотской. Каждый может сорваться, наговорить другому обидных слов, таковажизнь. Но это не значит, что нужно разом жечь все мосты.

– Прости… – отшатнулась от меня Летта. – Я тебя напугала своей истерикой, да?

Глупыш! Она ещё в такую минуту думала обо мне. Беспокоилась о моём, чёрт бы его побрал, душевном состоянии.

– Ты истерик не видела, - сказал я. Усадил девушку на стул, шагнул к плите, выключил грозивший окончательно выкипеть суп. Сам сел напротив. – Расскажи всё толком. Сможешь?

– Да, - кивнула она.

– Какой город? Что за девушка? Полиция проверяла камеры на дороге? Поиск ведь продолжается? Или они на него уже рукой махнули?