Смерти вопреки
Шрифт:
Из аэропорта "форд" поехал в сам город. Марина по-прежнему сидела за рулем "фольксвагена", Бондарович рядом с ней. Чем дольше они ездили, тем больше недоумевал Банда. Он-то думал, что машина заберет парня из аэропорта и где-то его высадит, а он, Александр, вовремя окажется в этом месте и все у парня узнает. Но Банда ошибся. Парень из микроавтобуса не вышел. "Форд" ездил по городу, останавливался в разных местах, одни люди выходили из него, другие входили, но парень не показывался.
Банде даже показалось, что он каким-то
Теперь Банда ездил за микроавтобусом только из упрямства – взявшись за дело, он просто не мог бросить его, не доведя до конца. Однако в душе он уже разуверился в успехе всей этой езды.
Постепенно Банда почувствовал, что невыносимо устал, колеся столько времени по улицам не такого уж и большого города. Он исподтишка покосился на Марину, подумав о том, насколько же тогда должна была устать она.
Однако Марина бодрилась, как могла. Почувствовав, что Бондарович смотрит на нее, она расправила плечи и улыбнулась ему широкой профессиональной улыбкой.
– Ну что? – спросил Банда. – Что будем делать? Может, захватим этот автобус? Возьмем его штурмом!
– Захватим? – переспросила Марина.
– А что тут такого?
– Но тогда мы не узнаем, куда они все-таки ехали. А точнее, откуда выехали, – рассудительно возразила Марина. – Тогда все пойдет насмарку.
"Однако она понимает все с полуслова, – не переставал удивляться своей спутнице Бондарович. – Я даже словом не обмолвился, а она уже знает, что мне не парень нужен, а его покровители, что мне нужен его маршрут – начало и конец. Да, работа за стойкой кого угодно научит проницательности".
– А если мы спутали автобус? – произнес Банда, высказав наконец свои опасения.
– Нет, – покачала головой Марина, – если бы это произошло, то кто-нибудь из нас обязательно это заметил бы. Мы ведь с автобуса глаз не спускали.
– Тоже верно, – согласился Александр, – кто-то из нас двоих обязательно заметил бы ошибку.
– Ну так вперед, – вздохнула она. – Смотри, они опять поехали.
Микроавтобус отъехал от, небольшого, но прекрасно отделанного дома, в котором, по-видимому, размещался офис какой-то фирмы, и двинулся дальше.
– Мне-то что, – пожал плечами Банда, возвращаясь к прерванному разговору, – я-то не устал. Я ведь о тебе думаю.
– А ты не думай обо мне, – отмахнулась Марина, – ты лучше о подруге своей подумай.
– О какой подруге? – удивился Банда.
– Ну о той, про которую ты и думать забыл, – засмеялась Богданова.
– Ты ее знаешь?
– У такого парня, как ты, обязательно должна быть подруга или, на худой конец, жена, – подмигнула Банде Марина, когда они в очередной раз остановились для наблюдения. – Думаю, она очень красивая.
– Ты не о том думаешь.
– Боже мой, – в сердцах воскликнула Марина, – а о чем еще может думать буфетчица, с которой ты переспал?
Она задумалась
– Я тебе кажусь страшной, вульгарной? Так вот: я по твоим глазам вижу, что с женщинами дела у тебя дрянь. Продали тебя.
"Форд" стоял без движения, за зеркальными стеклами ничего нельзя было разглядеть. Александр давно подобрался бы к нему, но водитель сидел за рулем.
– Сдай назад, а я пройдусь, посмотрю, – сказал Бондарович.
– Я, наверное, лишнее говорю? Так это от нервного возбуждения, – объяснила Марина.
– Если ты думаешь, что у меня дела дрянь, то зачем лишний раз напоминаешь об этом, – даже не пытаясь придать своей фразе оттенок вопроса, сказал Банда, открывая дверцу машины.
– Да, глупо, но я надеялась подбодрить тебя.
– Не время.
– Если он тронется с места, что мне делать?
– Подхватишь меня, и дальше в дорогу.
Женщина кивнула. Лицо ее стало серьезным.
Она почувствовала, что без Александра не может улыбаться – ее сердце сжал страх. Марина хотела спросить, что ей делать, если с ним что-нибудь случится, но благоразумно промолчала. Не стоит накликать беду, если ее еще не видно.
Бондарович вышел из машины и со скучающим видом направился к "форду". Ничего особенного в этой машине не было: плотно закрытые дверцы, зеркальные стекла, ни звука не доносилось изнутри.
Банда посмотрел на дверь дома, возле которого остановился микроавтобус. Никакой вывески не было.
Самое обыкновенное крыльцо. Бондарович остановился и, прикрывшись от ветра ладонью, прикурил.
Он стоял, широко расставив ноги, будто недавно сошел на землю с палубы корабля, и немудрено – после долгой поездки в машине его немного укачало.
Одно дело, когда за рулем ты сам, и совсем другое, когда автомобиль ведет кто-то другой.
Шофер, сидевший в "форде", мирно читал книгу, настроившись на долгое ожидание. Александр наметанным взглядом определил – в микроавтобусе установлен радиотелефон. На крыше виднелась всего одна антенна, но в кабине была установлена небольшая отдельная – для радио. Бондарович поборол в себе желание зайти в дом, – не следовало терять время и выдавать свой интерес.
"Шофер скорее всего не имеет к афере никакого отношения – уж слишком беззаботно себя ведет.
Вольнонаемный, наверное, – подумал Банда. – Если бы мне не надо было торчать здесь в качестве наблюдателя, то выбросил бы его из кабины, сам за руль, и..."
Дверь дома чуть заметно дернулась – Банда заметил это боковым зрением. Кто-то, наверное, выходил из квартиры или из офиса.
"Не стоит попадаться лишний раз на глаза. И так счастье, что нас до сих пор не засекли. Как-никак около часа по городу ездим след в след".
Марина терпеливо ждала за углом. Она страшно испугалась, когда к лобовому стеклу вдруг склонился какой-то мужчина и пристально посмотрел ей прямо в глаза. У нее мурашки побежали по коже – одна, без спутника, хоть двери и заблокированы.