Смертельно влюблён
Шрифт:
— А что не так, Полин? Я сделал что-то не так в твоих глазах? Объясни, а то я что-то не пойму, в чём проблема.
— Ты всё понимаешь, не притворяйся, — её голос стал звучать громче, но так робко и пугливо, что хотелось сознаться ей во всех содеянных грехах.
— Да, Полин, да, я всё понимаю, а ты почему не можешь понять, что я не хочу тебя видеть, окружённую толпой парней!?
— Я же ничего не сделала...
— А разве я что-то не так сделал?
— Да, ты говорил с Ксандрой.
— А ты говорила со своими одноклассниками.
—
— Я тебя никуда не выпущу. Мы сейчас едем ко мне домой, а потом уже разбираемся, кто что и зачем сделал.
— Я не поеду с тобой никуда. Выпусти меня из машины.
— Полин, малыш, услышь меня сейчас, пожалуйста. Ты. Никуда. Не выйдешь. Без меня. — произнёс я, выделяя каждое слово. — Сиди, цветочек, и думай над своим поведением.
— Над твоим поведением... — прошептала Полин себе под нос и отвернулась от меня к окну.
— Думай, котёнок, о чём хочешь. Мне плевать. Но из этой машины ты без меня не выйдешь.
Когда мы оказались в моей квартире, ситуация ничем не изменилась. Полин всё ещё сердилась на меня, а я на неё. Только я не сердился. Я был в бешенстве. Эмоции остыли, но картинка того, что моя маленькая девочка окружена парнями постоянно стояла у меня в голове. И с каждым новым разом, как я это представлял, их было всё больше и больше. Я жалею, что не вышел и не вправил ей мозги на глазах у всех, чтобы к ней больше никто и никогда не подходил!
Полин просто сидела на диване и ничего не говорила.
— Так и будешь молчать? — спросил я и встал напротив неё.
— Ты целовал её. — Она подняла на меня свои большие кукольные глаза, которые вот-вот готовы были пустить слёзы.
— Я целовал её руку, а не её, во-первых. А, во-вторых, откуда я знаю, может, тебе в школе тоже кто-то что-то целовал? Твои одноклассники, например. Я ведь не в силах это проверить.
— Ты специально всё перекручиваешь!
— То есть это я плохой!? Я всё перекручиваю, а ты идёшь с какими-то долбанными гномами, и я на это должен нормально реагировать? Может, мне тобою ещё поделиться с друзьями, Полин?! Ничего же плохого, да?! Разделим тебя между всеми! Всё в порядке грёбанных вещей, не более! Да, малышка?
В порыве неописуемой ярости я отошёл от неё, чтобы не позволить себе совсем выйти из под контроля.
У меня давно не было таких явных неконтролируемых вспышек гнева. Если долгое время я держал себя в руках даже на работе, на которую уходит кучу нервов, то сейчас я просто не представляю, что со мной происходит. Почему я смотрю на неё и хочу стереть руки в кровь о стены, только чтобы она оставалась со мной?
Я налил полный стакан коньяка и сразу же выпил половину. Тело оперлось о стенку, а глаза уставились на сидящую, расстроенную и встревоженную Полин. Мне приносило удовольствие мысль о том, что она невинна. Прекрасна и невинна. И я оказался её первым мужчиной. Как душевно, так будет и физически. Пусть не сейчас,
Я залпом выпил коньяк, что остался в стакане и со злости, которая всё больше и больше разгоралась с каждой секундой её молчания, запустил его в пол.
Не думая даже о том, что будет после этого всего, я подошёл к ней.
— Тебе нравится, что я сейчас в бешенстве? — спросил я, присаживаясь рядом с ней на корточки. — Ответь! Нравится тебе это!?
Полин покачала головой из стороны в сторону, затем отвернулась от меня и сильно прижалась лицом к дивану.
— Почему ты от меня отворачиваешься? Я тебе противен таким? Ты больше не любишь меня?
Она тихо всхлипывала и сильнее прижималась к спинке дивана, чтобы только ничего этого не было слышно. Только в этот момент я начал осознавать, что наделал. Как испугал её. Вёл себя по-хамски.
— Зачем ты заставляешь меня быть таким? Разве я виноват, что ревную тебя? Тебе хочется, чтобы мне было плевать на тебя? Ты таких отношений желаешь со мной?
— Нет. — Полин медленно развернулась ко мне. —Я не знала, что тебе будет так неприятно это. Я ничего плохого не хотела. — Она закрыла лицо ладонями и расплакалась, насколько ей хватало слёз.
— Поплачь, — проговорил я, садясь рядом с ней и заключая в свои объятия. — Я не хотел, чтобы ты видела меня таким.
— Почему ты так грубо разговаривал со мной? Мне не нужен никто, кроме тебя. Я думала, что тоже нужна тебе.
— Нужна, конечно нужна, цветочек, — я шептал ей на ухо, убирая налипшие волосы с мокрых глаз. — Поэтому я был так зол. Я никого не хочу видеть рядом с тобой, кроме себя. Прими это. Если хочешь со мной серьезных отношений.
— Хочу. Прости, что заставила злиться тебя. Но то, что ты поцеловал руку...
— Хватит говорить об этом, Полин! — не дав ей закончить предложение, рыкнул я. — Она для меня никто, что бы я там ни сделал, услышала? А теперь ты должна понять ещё кое-что, маленькая моя. Я твой мужчина, и если ты будешь ставить меня в такие ситуации, как сегодня, то я либо буду кричать на тебя, либо бить каждого, кто крутится вокруг тебя. И если кто-то снимет побои, то меня посадят в тюрьму за избиение малолетних, поэтому, моя маленькая принцесса, не заставляй меня никогда ревновать, молю тебя.
Мы сидели так ещё очень долго. Полин потихоньку успокаивалась вместе со мной.
— Ты отвезёшь меня домой? — спросила Полин и отхлебнула немного чая из огромной кружки.
— Здесь твой дом, — я уже начал её подготавливать к будущему переезду ко мне. — Здесь всё твоё. И я твой.
— Я хочу поехать домой сегодня, — смущённо улыбаясь, потребовала Полин, но оставить её здесь для меня не было проблемой никогда.
— Я бы рад отвезти тебя домой, малыш, но боюсь, что алкоголь ещё не выветрился. Я себе не прощу никогда, если с тобой что-то случится только из-за того, что я полупьяный сел за руль.