Смертельная удача
Шрифт:
— Вы видите у меня кольцо?
— Нет, — произносит Джойс, — но Джоанна говорит, что не все носят кольца. И я не делала поспешных выводов.
— А Джоанна носит кольцо? — спрашивает Холли.
— Да, — отвечает Джойс.
— Еще бы, — говорит Холли. — Ну вот пусть и носит.
Ибрагим с трудом припоминает, когда последний раз кто-то сумел устоять перед обаянием Джойс.
— А детей у вас нет, Холли? — спрашивает Рон.
— Закон не обязывает их иметь, — отвечает она.
— Да я это не в упрек, — оправдывается
— Может, вы пока просто не встретили подходящего человека? — спрашивает Ибрагим.
— Возможно, — отвечает Холли и поворачивается к Элизабет: — Мне сказали, что вы сможете помочь найти Ника.
— Да, если вы поможете нам, — говорит Элизабет. — Ник рассказывал, что вы занимаетесь холодным хранением, а я, если честно, не до конца понимаю, что это такое. В моей работе «холодным хранением» называли хранение трупов до момента, когда возвращать их на родину станет политически целесообразно, но, полагаю, ваша работа в другом?
Холли на секунду отрывается от своего тарта с брокколи.
— В другом, — кивает она. — Мы работаем с компаниями и физическими лицами и обеспечиваем безопасность их компьютеров и файлов. Всего, что они хотят сохранить в тайне.
— Ага, — кивает Ибрагим, — так я и думал. Онлайн-безопасность, файрволы, облачные хранилища. Я об этом читал.
— Мы занимаемся совсем другим, — возражает Холли.
— Да-да, — отвечает Ибрагим. — Так я и думал, совсем другим. С разницей в триста шестьдесят градусов.
— Что вы имеете в виду под «совсем другим»? — спрашивает Элизабет.
— Мы все привыкли к онлайн-системам защиты, — объясняет Холли. — Финансовые данные, корпоративные тайны, криптосделки. Все защищено файрволами.
— Криптосделки — это биткоин, — поясняет Джойс, жуя пастуший пирог. — Вы только Джоанне не говорите, но я на биткоине потеряла четырнадцать тысяч фунтов.
— Мы с Джоанной толком не знакомы, — отвечает Холли. — Я же сказала.
— О, она очень милая девушка, — замечает Ибрагим.
Холли не обращает на него внимания и продолжает развивать мысль:
— Но если какой-то компании требуется абсолютная безопасность, если они хотят не бояться хакеров…
— Речь о компьютерных хакерах. — Ибрагим кивает со знающим видом.
— …тогда компании и физические лица прибегают к холодному хранению. Их секреты не хранятся в компьютерах, подсоединенных к сети. Они обращаются в компании вроде нашей и хранят документы на нашем складе. Как правило, на жестких дисках. Мы запираем их на ключ. В прямом смысле.
— И в чем преимущество такого хранения? — спрашивает Рон.
— От грабителей защититься легче, чем от хакеров, — объясняет Холли. — Даже если вам кажется, что файрвол надежно защищает информацию, всегда найдется русский, бразильский или дубайский хакер, который будет знать, как получить к ней доступ. Но если информация хранится в запертом сейфе неизвестно где и неизвестно
— И если кто-то захочет украсть секретную информацию, придется делать это по старинке? Взламывая сейф? — спрашивает Рон.
— Именно, — кивает Холли. — Это и есть холодное хранение. А мы придумали такую систему, что взломать ее просто невозможно.
— Очень полезная информация, Холли, — произносит Ибрагим. — Я, собственно, догадывался, что все устроено именно так.
— У меня выдался тяжелый денек, понимаете? — говорит Холли. — Сначала я узнаю, что мой партнер пропал и, возможно, мертв. Потом мне сообщают, что мама Джоанны и ее друзья смогут найти Ника.
— Мы можем попытаться его найти, — отвечает Элизабет. — Ник думал, что его хотят убить Дэйви Ноукс или лорд Таунз. По-вашему, это возможно?
Холли отводит взгляд, снова смотрит на Элизабет и кивает:
— Очень возможно. Оба знали.
— Знали о чем? — спрашивает Элизабет. — Собственно, этой части головоломки нам и не хватает.
Приносят десерты и еще одну бутылку вина. Ибрагим наполняет бокалы.
— Точно не будете вино, Холли? — спрашивает он.
Холли накрывает бокал ладонью:
— Я за рулем.
Ибрагим кивает: мол, очень разумно.
— Все началось из-за одного сейфа, — рассказывает Холли. — Крепость — комната в подвале, вдоль стен тянутся сейфы размером с обувную коробку. Один сейф арендовали мы с Ником под личные нужды.
— И что в нем? — спрашивает Джойс, с аппетитом уминая ягодный десерт. — Бриллианты?
— У тебя на уме одни бриллианты, Джойс, — говорит Элизабет.
— Один из наших первых заказов, — поясняет Холли, — был для одной компании…
— Какой компании? — спрашивает Элизабет.
— Мы никогда не спрашиваем, — отвечает Холли. — Это одно из наших конкурентных преимуществ. Мы хранили для этой компании разные данные, они платили двадцать тысяч в год, а потом поинтересовались, возьмем ли мы оплату в биткоинах. Мы с Ником обсудили, подумали, что нам обоим это интересно, и решили: почему нет? В Крепости двести сейфов, почему бы не рискнуть и не взять оплату биткоинами всего за один?
— Когда это было? — спрашивает Элизабет.
— Кажется, в две тысячи одиннадцатом, — отвечает Холли. — В общем, тогда за двадцать тысяч фунтов можно было купить примерно пять тысяч биткоинов. Иногда мы интересовались, что происходит с биткоином, но потом как-то об этом забыли и перестали сотрудничать с этой компанией…
— Владельцы компании сели в тюрьму? — спрашивает Элизабет.
— Возможно, — отвечает Холли. — В общем, они перестали нуждаться в наших услугах. А нам остались пять тысяч биткоинов — точнее, просто цифры на клочке бумаги, подтверждающие, что эти биткоины принадлежат нам. Эта бумажка хранилась где-то в папке.