Смерть

Херд Мишель

Я могла потерять его сегодня.

Мой подбородок дрожит, и, конечно же, мужчина это замечает. Он обнимает меня, прижимая к своей груди, и я бормочу:

— Не намочи повязку.

— К черту повязку.

Я запрокидываю голову, и наши взгляды встречаются.

— Я не могу потерять тебя. — Слеза скатывается по моей щеке. — Без тебя меня нет.

Он прижимает ладони к моим щекам, выражение его лица становится абсолютно серьезным, когда он говорит:

— Ты меня не потеряешь. — Он наклоняется и целует

мои дрожащие губы. — Я занимаюсь этим уже более двадцати лет, и сегодня меня впервые ранили.

— Просто будь осторожнее. Пожалуйста.

Сантьяго кивает.

— Обещаю. Хорошо? — Когда я киваю, он спрашивает: — Так, у нас все в порядке?

— Да.

Когда он снова опускает голову, я приподнимаюсь на цыпочки и целую его со всей любовью, которую испытываю к нему.

Глава 32

Сантьяго

Я сижу на краю кровати и смотрю на одно-единственное слово, высвечивающееся на маленьком экране. Мне уже почти сорок и я боялся, что никогда этого не увижу.

Беременна.

— Малыш? — шепчет Сиара, присаживаясь рядом со мной. — Ты в порядке?

Слезы застилают мне глаза, и я прерывисто вздыхаю. Затем встаю с кровати и опускаюсь на колени перед женщиной, на которой сегодня женюсь.

Она плохо себя чувствовала, и сегодня утром мы сделали тест на беременность. Я знал, что шансы были высоки, но не верил, что это действительно произойдет.

Я открываю рот, но не могу вымолвить ни слова, поэтому просто обнимаю ее и прижимаюсь лицом к ее животу.

Она проводит пальцами по моим волосам и терпеливо ждет, пока я перевариваю невероятную новость о том, что скоро стану отцом.

Спустя долгие минуты первая мысль, которая приходит мне в голову, – это имя для ребенка.

— Если это мальчик, можем ли мы назвать его Адан? В честь моего отца?

— Да, — шепчет она, ее голос наполнен любовью. — А если это будет девочка, мы можем назвать ее в честь твоей матери.

Я поднимаю голову и смотрю на нее.

— Джульетта.

Я не произносил их имен более двух десятилетий.

Думая о Сиаре, я спрашиваю:

— Ты не против этих имен?

Она кивает, нежно проводя пальцами по моему лицу.

— Они мне нравятся. — Внезапно ее лицо морщится, и она всхлипывает. — Я беременна.

Я вскакиваю с пола, сажусь на кровать и притягиваю ее к себе на колени.

— Эй, все в порядке.

Она качает головой.

— Я-я так с-счастлива.

Спасибо, блять.

Я обнимаю ее так нежно, как только могу, не желая причинить боль нашему малышу.

— Я буду менять подгузники. Буду вставать посреди ночи. Я...

Она громко смеется.

— Ты такой милый.

Только когда дело касается ее.

Сиара вытирает

слезы со щек, а затем слезает с моих коленей.

— Тебе нужно уйти, чтобы я могла закончить сборы, иначе я опоздаю на нашу свадьбу.

Улыбаясь от уха до уха, я встаю. Затем целую ее в лоб и говорю:

— Я ждал тебя больше года. Что такое еще десять минут?

— Я рада, что ты думаешь, будто это займет всего десять минут, — смеется она.

Раздается стук в дверь, и я кричу:

— Войдите.

Дверь открывается, и в комнату заглядывает Грейс. Затем она видит заплаканное лицо Сиары и бросается к сестре.

— Оу. Тебя кто-то расстроил?

— Нет, я беременна, — отвечает Сиара.

— О Боже мой, — выдыхает Грейс. — Ты серьезно?

Сиара указывает на кровать, где я оставил палочку, и Грейс смотрит на нее. Затем на ее лице расцветает улыбка, и она хватает Сиару, радостно воскликнув.

— Мы забеременели одновременно, — всхлипывает Грейс, и, восприняв это как намек на то, что мне пора уходить, я выхожу из комнаты и закрываю за собой дверь.

Я спускаюсь вниз и вижу Доминика и Педро, которые сидят в полной тишине. Ни один из них не любит много болтать, так что я не удивлен.

Заметив меня, они встают, и Доминик спрашивает:

— Готов к своему знаменательному дню?

Я улыбаюсь им.

— У меня потрясающие новости.

Уголок рта Педро приподнимается, потому что именно он принес нам тест на беременность из клиники.

— Да?

Кивнув, я говорю:

— Да, блять. Сиара беременна.

Педро подбегает ко мне первым, обнимает меня и шепчет:

— Я так чертовски рад за тебя. — Когда он отстраняется, в его глазах блестят непролитые слезы, и меня мгновенно охватывает буря эмоций.

— Если ты заплачешь, то и я заплачу, — бормочу я.

Доминик подходит, чтобы пожать мне руку.

— Поздравляю. Наслаждайся последними девятью месяцами сна.

Педро указывает на меня большим пальцем.

— В отличие от нас, этому ублюдку нужно всего четыре часа сна.

Доминик качает головой.

— Я должен был догадаться об этом, когда он сказал, что они поженятся на рассвете. — Он проверяет время, затем снова качает головой и смотрит на меня. — Неужели ты не можешь делать что-нибудь по-нормальному?

— Я? — Усмехаюсь я. — Нет, блять. Жизнь была бы скучной.

— Давай-ка подготовим тебя, — говорит Педро, жестом приглашая меня идти.

Мы направляемся в гостевую спальню на первом этаже, и, увидев мой наряд, Доминик спрашивает:

— Никакого костюма?

Я качаю головой и начинаю переодеваться в черные хлопчатобумажные брюки и рубашку с золотой вышивкой.

Мы с Сиарой вместе выбрали наряды. Я буду одет в черное, а она – в белые брюки с кружевным топом и шифоновым шлейфом, завязывающимся на талии.