Смерть
Шрифт:
Поскольку Грейс подвергалась насилию со стороны своего покойного мужа, я знаю, что она страдает от приступов паники. Мы не часто говорим об этом, хотя мне бы очень хотелось, чтобы она доверилась мне.
Травма, которую она пережила, не сделала ее менее сильной, и именно в такие моменты я хотела бы быть больше похожей на нее.
Боже.
Что нам делать?
Я расхаживаю по спальне туда-сюда, пытаясь придумать, как нам выбраться из этой ужасной
Может, нам с Грейс стоит сбежать?
Я останавливаюсь перед окном и смотрю на задний двор, в то время как мой разум мечется от одной идеи к другой.
Я слышу движение за спиной и, думая, что это Грейс, поворачиваюсь, чтобы спросить, как прошла встреча. Я проглатываю вопрос, когда вижу Нолана, одного из наших охранников, закрывающего за собой дверь.
Что он здесь делает?
Нолан работает у нас всего три месяца, поэтому я мало что о нем знаю, кроме того, что ему чуть за тридцать.
Нахмурившись, я открываю рот, чтобы спросить его, что он делает в моей спальне, но слова снова застревают у меня в горле, когда он поднимает руку. Только тогда я замечаю пистолет в его руке, и когда он направляет оружие на меня, по моему телу пробегает волна мурашек. Мои мышцы напрягаются, а мозг мгновенно перестает работать, пока паника разливается по венам.
Боже.
Черты его лица напряжены, и мрачное выражение говорит о том, что шутить он не намерен.
— Ты будешь делать в точности то, что я скажу, — рычит он. — Если ты позовешь на помощь, я убью тебя и Грейс. Я знаю, ты не хочешь, чтобы твоя сестра умерла, так что не доставляй мне хлопот.
Я медленно качаю головой, не в силах понять, что происходит. Каким-то образом я нахожу в себе силы сказать:
— Живым тебе не уйти.
— Если ты не уйдешь со мной, я без проблем убью как можно больше людей, прежде чем покончу с собой.
Что. За. Хрень?
Дрожь страха пронзает меня, когда я начинаю понимать, что нахожусь в огромной опасности. Паника грозит ввергнуть меня в транс, в котором я не смогу ничего сделать, чтобы спасти себя.
Зачем он это делает?
Я понятия не имею, что делать и как справиться с ситуацией.
Когда я перевожу взгляд на дверь, Нолан качает головой и направляется ко мне. Дуло пистолета прижимается к моему лбу, и я могу только пискнуть, пока ужас охватывает каждый дюйм моего тела.
О Боже.
— Я серьезно, Сиара. Я, блять, убью тебя и Грейс.
Я не хочу, чтобы с Грейс что-нибудь случилось.
Дыхание становится прерывистым, когда я в ужасе смотрю на Нолана.
— Ты напишешь Грейс письмо, чтобы она не искала тебя, — приказывает он резким тоном.
— Что? — ахаю я.
Он хватает
— Возьми бумагу и ручку!
Я быстро открываю ящик и вытаскиваю свой дневник. Затем вырываю страницу, не отрывая глаз от мрачного лица Нолана.
— Напиши, что тебе нужно уехать, и пусть она не беспокоится о тебе.
Когда я подношу ручку к листу бумаги, моя рука дрожит так сильно, что я замираю.
— Пиши! — рявкает он мне прямо в ухо, и я сильно вздрагиваю, снова издавая писк. — И лучше сделай это правдоподобно, иначе Грейс умрет.
Я в отчаянии делаю глубокий вдох и, сосредоточившись, пытаюсь унять дрожь в руке, когда быстро пишу короткую записку.
Грейс,
Мне нужно уехать. Пожалуйста, не волнуйся.
Мои мысли мечутся туда-сюда, и, когда страх охватывает меня, я понимаю, что должна сделать все, что в моих силах, чтобы Грейс не пострадала.
С колотящимся сердцем я добавляю еще два предложения.
Пришло время мне стать сильной.
Я люблю тебя больше всего на свете.
Сиара.
Глядя на письмо, я не уверена, что Грейс поверит в это. Она знает, что я никогда бы ее не бросила, потому что для меня нет никого важнее ее. Она – вся моя жизнь.
Я складываю бумагу и хриплым голосом говорю:
— Они будут меня искать.
Меня дергают к кровати.
— Они тебя не найдут. — Он указывает пистолетом на покрывало. — Положи письмо.
Я бросаю его на кровать, а затем он притягивает меня к себе, и я зажмуриваю глаза, чувствуя, как меня снова охватывает волна ужаса.
В результате всей этой паники на меня накатывает волна головокружения, и я покачиваюсь на ногах.
Не впадай в транс. Он убьет тебя.
Оставайся в сознании!
— Где твой телефон? — рявкает он.
Дрожа как в лихорадке, я указываю на свой туалетный столик. Нолан снова грубо тянет меня за собой, подходя к столику. Он берет мой телефон и сует его в карман, а затем пристально смотрит на меня.
— Мы выйдем из этого дома, как ни в чем не бывало. Если ты устроишь сцену, я застрелю тебя и всех, кто встанет у меня на пути.
Я быстро киваю, дыша так быстро, что губы становятся невероятно сухими.
Нолан засовывает пистолет за пояс брюк и, крепко держа меня за руку, подталкивает к двери.
— Улыбнись, — рычит он.
Я борюсь с собой, но вымученная улыбка получается слабой и натянутой.
Я продолжаю делать глубокие вдохи, когда мы выходим из моей спальни. Каждый мускул моего тела напряжен, и я изо всех сил стараюсь сосредоточиться на этом ужасе. Сейчас не время терять сознание и впадать в еще большую панику.