Смерть

Фантом

Шианхут держался, пытаясь пережить пытку, но с каждым новым ударом даже самые тихие стоны становились ещё тише. Он затухал, и Жнец прекрасно это видел. Костяной воин продолжал терзать человека, нанося удар за ударом, разогнавшись уже до совершенно невообразимой скорости, как вдруг...

Из кокона вырвалось щупальце, покрытое мерзкой слизью, и, извиваясь, схватилось за плащ Жнеца. По ушам резанул дикий визг. Вестник Смерти истошно орал, цепляясь за своё извращённое подобие нежизни, а щупальце тянуло его к кокону, не давая возможности нанести столь желанный последний удар.

— Достаточно... — послышался булькающий голос.

Глава XIV. Кровь

Скелет, болтающийся

в чьей-то крови, почти незаметно дёрнул рукой.

— Достаточно. — донёсся из кокона сухой голос.

Белая костлявая рука, кажущаяся в крови почему-то чёрной, протянула ладонь к своеобразному «шву» своего вместилища. Небольшие косточки за доли секунды удлинились, прорезая плоть. Она мерзко чавкнула, расходясь в стороны вслед за движением заляпанного кровью костяного пальца. С громким шлепком внушительный кусок, отрезавший скелета от окружающего мира, упал на землю. Внутренняя поверхность кокона пульсировала, напоминая человеческое сердце.

Стукнулись о каменный пол ноги, а затем затряслись, пытаясь удержать выходящее из кокона тело. Ну, не совсем тело — скелет, кости которого еле заметно светились красным цветом, а на них самих то и дело выступали небольшие кровавые жилки, перекачивающие Материю. Над абсолютно белым черепом подрагивало полупрозрачное пламя, идеально подходящее по цвету к алым огонькам, горящим в пустых глазницах, по краям которых вместо ресниц расползались крошечные трещинки.

Сейчас вся эта «красота», подчиняясь воле мага Крови, понемногу пряталась за нарастающими мышцами и кожей, по чуть-чуть превращая скелет человека в настоящего человека, пусть и с некоторыми допущениями — четырьмя руками, неким подобием хвоста, растущим из середины спины. Дополняло образ отсутствие нижней челюсти и усыпанная клыками остальная часть рта. Причём, судя по всему, разговаривать с ними Лорд не считал необходимым, предпочитая мысленно транслировать информацию.

— Зачем... зачем вы сюда пришли? — проскрежетал в голове Астерота вопрос, и красные огоньки уставились на Тёмного. Оглянувшись на своих соратников, которых Лорд также попеременно оглядывал, маг понял, что вопрос был адресован не ему одному. Видимо, не получив ни от кого ответа, огоньки-глаза остановились на Микторате.

— Ты... некромант... — человеческое лицо с огоньками вместо глаз повернулось к Микторату. — а ведь я тебя знаю... знал... — за несколько секунд голова мага дополнилась нижней челюстью, экономя энергию. — Вот... так разговаривать гораздо удобнее. — Ещё дорастающие мышцы щёк расплылись в ухмылке. — Где я мог тебя видеть? Кажется, это было давно, очень... давно... О, я вижу... — Огоньки полыхнули и закачались, будто на сильном ветру. Пламя же, окутавшее сначала череп, а теперь кожу головы новоявленного «человека», наоборот, успокоилось. Маг Крови будто бы сканировал некроманта, считывая его прошлое и ища что-то, известное только ему. Одновременно с поисками Кровавый комментировал то, что он видел, но как-то обрывисто. — Но зачем?.. Зачем ты ушёл туда, где нет твоих братьев и сестёр, туда, где... О... Вот где мы с тобой пересеклись... и кто бы знал тогда, что через — сколько? Сотню, две, три? Может быть, четыре? — лет мы с тобой будем стоять вот тут, посреди останков моих слуг, и ты будешь жаждать меня убить? Можешь даже не пытаться скрыть свои желания, я вижу тебя насквозь. Да и к чему...

— Нет, это, конечно, до ужаса драматично, но, может, мы всё-таки сделаем то, за чем пришли? — спросил Астерот, пытаясь незаметно отрезать себе ещё немного чёрного облака и попутно забирая внимание Лорда на себя, отвлекая его от замешкавшегося Миктората. Но в этот раз получилось ещё хуже — почти прозрачное лезвие, призванное оторвать кусок облака, прошло по касательной, из-за чего магу досталась жалкая стружка и крошки Материи. Тихо рыкнув, Астерот поднял бровь, ожидая ответа от Лорда.

— Действительно... — казалось, итак алые огни раскраснелись ещё сильнее, а сам Астерот даже

будто бы услышал журчание крови и стук мёртвого сердца. Пульсация была замедленной, явно искусственной, подделанной Кровавым. Голос немёртвого колдуна стал в несколько раз громче и резче, и, казалось, заполнял собой всё пространство портального зала. — Хватит общения, довольно слов! Покажите мне, чего стоят ваши жалкие жизни, и быть может...

Договорить Лорд не успел. Тело мага Крови свело судорогой, на губах забелела пена, все четыре рук схватились какая за грудь, видимо, подражая человеческим рефлексам, какая за спину, а верхние две вообще обхватили голову, как будто она могла упасть. Хвост несколько раз дёрнулся, а потом с треском замер, чтобы через секунду разломиться посередине. Не успел Астерот понять, что начал творить с собой Лорд, как отросток из его спины закончил свою трансформацию, поблёскивая парой острых кольев на концах.

Следующие начали меняться руки и ноги. Конечности резко согнулись, а потом так же быстро разогнулись, с хрустом увеличиваясь в размерах. На ладонях выросло по несколько дополнительных пальцев, а с голени н каждой ноге свешивался загнутый шип. Локти вывернулись наружу, щёлкая пастями, раскрывшимися на них. Позвоночник прорезал в некоторых местах кожу, выпуская наружу костяные иглы, которые, хрустя и пощёлкивая суставами, поворачивались в разные стороны, пытаясь проткнуть зазевавшуюся жертву. Нижняя челюсть попросту отвалилась, а мелкие зубки, которыми было усеяно горло колдуна, выросли, несколько штук выстрелили в землю, стукнулись и отскочили, промелькнув в нескольких сантимертах от Шианхута, всё ещё лежащего на земле в луже собственной крови.

Микторат закатил белёсые глаза и выпустил в Лорда небольшую синюю молнию. Стремительно летящий магический снаряд был сбит почти молниеносным движением одной из рук. Кровавый поднял голову и уставился абсолютно пустыми глазными яблоками на Астерота. По спине Тёмного мага пробежался табун мурашек, а на лбу выступил пот. От этого взгляда появлялось ощущение чего-то страшного, прямо сейчас надвигающегося на него, чтобы сожрать, поглотить, измельчить, стереть в порошок, а потом собрать вновь в единое целое, но уже на пользу Кровавому. Ноги мага словно приросли к земле, он не мог пошевелить руками, как и отвести взгляд с гипнотизирующих его белых овалов.

Тихий звон вырвал его из забытья. Отведя взгляд, Астерот вдруг понял, что всё это время Лорд активно сражался с его соратниками, а он, вместо того, чтобы как-то помочь, стоял и боролся с насланным на него заклятьем. Пошевелив немного онемевшими пальцами, маг высвободил Тьму и сформировал из неё десяток ударных снарядов, попутно оглядев сражающихся. Между Микторатом и Лордом завязалась магическая дуэль, на исход которой пыталась повлиять Лира. Микторат плёл заклинания быстро, используя в основном простые конструкции, а его противник, за счёт четырёх рук, мог за то же время сотворить гораздо более сильное заклятье, поэтому между ними то и дело летали десятки магических снарядов Миктората или один, но зато увесистый, накачанный Материей, удар Лорда. В схватку двух волшебников пытались вмешаться зачарованные стрелы, но зачастую они попросту отскакивали от укрепившейся плоти Лорда, лишь изредка умудряясь его поцарапать.

И тут, подгадав момент между атаками, в игру вступил Астерот. С тихим свистом в спину Лорда вонзились чёрные иглы, проделав в плоти несколько почти сквозных отверстий. Однако Кровавый даже не посчитал необходимым как-либо реагировать на это. Извивающиеся кости обвязывались вокруг концентрированной Тьмы и выдирали её, не давая Астероту дополнительного шанса навредить магу Крови. Сам же он в это время отправил Микторату очередную магическую оплеуху, встреченную россыпью небольших голубоватых сфер. Они вклинивались во вражеское заклинание и подтачивали его структуру, меняя его на ходу. Так что до некроманта долетела лишь небольшая ударная волна, заставившая его лишь немного пошатнуться.