Смерть молчит

Лебрюн Мишель

– "Трубу я держал в правой руке, ключи в левой. Шел за Шазелем... то есть за тем незнакомцем, потом... потом убил его. Потом привалил тело к баллюстраде. Двумя руками. Точно, в этот момент и обронил ключи. Не соображал, что делаю... По этим ключам могут меня найти. На брелоке выгравировано мое имя. Их нужно разыскать."

Нет, он не мог. Не в состоянии был покинуть свое безопасное убежище. Мысль, что придется вернуться туда, где лежал убитый им человек, была непереносима. Он бы умер на месте. Его найдут? Какая разница, его уже не будет на свете.

– "Но

не могу же я всю ночь оставаться в машине! Должны быть запасные ключи. Но где? В портфеле, разумеется!"

Нашел ключи, завел мотор и тронулся в направлении Трокадеро, мечтая о сладком избавлении, которое принесет ему смерть. Проезжая развязку на Елисейских полях, услышал донесенный ветром бой часов. Один удар. На миг притормозил, чтобы проверить часы. Половина первого. Тронувшись дальше, остановил машину напротив своего дома. Когда открыл дверцу, из дома вышла оживленно переговаривавшаяся группа людей. Пошел навстречу, не узнавая Фехтеров и шведки, даже когда оказался лицом к лицу.

– Привет, Франсуа!
– воскликнул Эмиль, протягивая руку.

– Куда вы пропали?
– спросила Бриджит.

– Пришлось играть в бридж без вас, - заметила Улла, снова в декольтированном туалете.

Франсуа окинул их ошалевшим взглядом. Потерянный, расстроенный, встревоженный неожиданной встречей, кое-как выдавил:

– Я? Пришлось остаться поработать... Вы были у нас?

Эмиль, прыснув со смеху, похлопал его по плечу.

– Работал? Ну и шутник! Небось, пошел по бабам, а? Но ничего, не бойся, Джульетте мы не скажем.

Бриджит добавила укоризненно:

– Мы много раз звонили вам в агенство, и днем, и вечером! Так что не надо нам голову морочить!

– Звонили мне? Так Джульетта была с вами?

– А вы думали где? Я ей звонила сразу после обеда, чтоб вас обоих пригласить на ужин. Договорились с Джульеттой, что около пяти за ней заеду прямо в агенство. И я приехала как раз в тот момент, когда Джульетта выходила из студии с вашим шефом. Естественно, старик стал распрашивать про Уллу и пробовал тоже напроситься в гости, но Джульетта тут же его осадила. И правильно сделала. Я забрала Джульетту, совсем забыв предупредить вас. Потом звонили, звонили-все впустую, поймать вас было невозможно. Тогда сели ужинать без вас. Короче, только что проводили Джульетту, и предупреждаю, она на вас зла!

– "Как бы там ни было, как все забавно вышло! Как не кататься по земле от смеха? Подумать только, я убил кого-то, решив, что Джульетта провела вечер с Шазелем! А она в это время играла в бридж! И тот 4CV, что видел я у дома Шазеля, не был машиной моей жены, и человек, которого я убил, не был Шазелем! Короче говоря, судьба жестоко посмеялась надо мною!"

Он зашагал в сторону дома, не удостоив словом сбитых с толку Фехтеров, уже не слыша их слов:

– Что за воспитание? Хам!

Франсуа ещё спал беспробудным сном, когда раздался звонок. Было только восемь, и на миг ему показалось, что все события последней ночи были только кошмарным сном. Но очень быстро он вернулся в кошмарную действительность.

– "Что

же мне делать? Пойти с повинной или покончить с собой? Нет, не хочу! Так что же, я чудовище? Нет! Но я хочу жить, жить с Джульеттой и быть счастливым, если это ещё возможно!

У него жутко болела голова. С трудом поднявшись, принял холодный душ и сразу почувствовал себя лучше. С ненавистью уставился на свою вчерашнюю одежду, в беспорядке разбросанную по всей комнате. Когда поднял пиджак, оттуда выпала пачка, перевязанная шнурком.

Франсуа присел на край постели, вертя пакет во все стороны.

– "Нет, это не сон. Я убил человека и ограбил его. И у меня его бумажник."

В кармане он нашел бумажник жертвы. Колебался, не решаясь его открыть, словно боясь, что обнаружит там привет с того света. Но в бумажнике оказалось только несколько банкнотов, всего около десяти тысяч франков, какие-то просроченные купоны тотализатора, билеты государственной лотереи и клочок смятой бумаги. Никаких следов, говоривших хоть что-то о личности владельца. Франсуа, все более озабоченный, разровнял скомканный клочок бумаги. На нем был виден написанный карандашом адрес: улица Дамремон, 44. Адрес Виктора Шазеля. И все.

Оставался пакет продолговатой формы, толщиной сантиметра полтора, обернутый в коричневую бумагу. Франсуа развязал шнурок, развернул обертку и ошеломленно уставился на банкноты.

Там было десять пачек, в каждой десять банкнотов по десять тысяч франков. Миллион.

Пальцы его непроизвольно разжались. Видел, как содержимое пакета падает на пол и рассыпается, как карты в пасьянсе. Миллион...

– Франсуа, ты готов?
– крикнула Джульетта из своей комнаты. Опоздаешь!

Собрав деньги, он сложил их вдвое, сделав пакет намного меньше, и вместе с бумажником своей анонимной жертвы сунул в карман.

– "Мог это быть вор? Или взломщик? Он явно боялся, что может попасться, отсюда отсутствие каких-бы то ни было документов. Но когда я шел за ним, он ни разу не обернулся... Сделай он это, я увидел бы его лицо и никогда...

– Завтрак готов!
– крикнула Жанна.

Франсуа поправил прическу и вошел в столовую. Дядюшка Август, в пижаме, накладывал конфитюр на огромный ломоть хлеба. При виде входящего мужа племянницы промямлил что-то в знак приветствия. Франсуа, наклонившись, поцеловал старика в лоб. Такая необычная ласка безумно обрадовала старца.

Появилась Джульетта в легком неглиже. С волосами, собранными в конский хвост, выглядела она прелестно. В руке держала развернутый номер"Фигаро".

– Привет, Франсуа. Доброе утро, дядюшка.

Поцеловав Франсуа, села на свое обычное место, поставив перед собой стакан с соком. Глядя в газету, заметила:

– Я вчера после обеда беседовала с Шазелем и потому не смогла зайти к тебе. Какой ты неловкий, Франсуа! Смотри, всю меня забрызгал!

Франсуа, извинившись, поднял упавшую ложечку и спрятал лицо за чашкой кофе. Под столом нервно тер колено о колено. Джульетта перевернула лист.