«СМЕРШ»: операции и исполнители
Шрифт:
Не дали положительных результатов проверки по военным комендатурам, органам милиции, больницам и моргам. Среди задержанных и потерпевших от несчастных случаев Нилов не значился.
Начальник отдела, докладывавший руководителю Главка об исчезновении Нилова, возвратился в крайне подавленном состоянии. Тревога охватила всех работников отделения. Рабочий день начинался с вопроса начальника отдела: «Ну как, нашли?» — а у него — с телефонного звонка начальника Главного управления, разговор с которым еще больше взвинчивал нервы. После недели бесплодных поисков было решено объявить Нилова во всесоюзный розыск.
И «счастье», наконец, «улыбнулось». Оказалось, что Нилов, идя на вечернее свидание со своей знакомой, на одном из перекрестков был сбит автомашиной. А так как происшествие случилось во время пересменки дежурных по отделению милиции, то в журнал оно не было занесено.
Поскольку сам Нилов был в военной форме, то его сразу отправили в военный госпиталь. Однако никаких документов при нем не было, телефон работника контрразведки в его записной книжке был зашифрован, так что администрация госпиталя поставить в известность о случившемся никого не могла. Сам Нилов позвонить был не в состоянии. Излишне говорить, что оперативники-смершевцы, обнаружившие «беглеца» и обрадованные «находке», тут же из госпиталя немедленно сообщили начальнику отдела. Звонок оказался ко времени: во всесоюзный розыск Нилов объявлен не был. Травма оказалась несмертельной, и вскоре врачи позволили продолжить работу…
На сообщение о появившихся у Нилова возможностях для получения разведывательных сведений через свою новую знакомую противник реагировал незамедлительно.
24 августа 1943 года от него последовала радиограмма:
«Коту. Поддерживайте знакомство с девушкой, работающей на сортировочной станции. Сообщение было бы очень ценным, если бы пришло вовремя. Сатурн».
Проявленный германской разведкой интерес объясняется тем, что через сортировочную станцию Москва-Киевская осуществлялись военные перевозки в юго-западном направлении, где в то время развертывалось успешное наступление Красной Армии. На войска вермахта один за другим обрушивались сильные удары, и немцы отступали на всех направлениях.
Несколько позже, когда отступление от Курской дуги частей и подразделений германской армии невозможно было предотвратить, разведывательный центр радировал:
«Коту. Не падайте духом, не страшитесь мимолетных неудач. Наши операции идут по плану, если даже мы и отдаем территорию. Привет. Сатурн».
Полученное сообщение было использовано как предлог для того, чтобы продемонстрировать преданность Антонова и Нилова немцам. В ответ была послана радиограмма:
«Сатурну! Ваша последняя радиограмма нас обидела. Неужели вы думаете, что после пятнадцатимесячной работы с вами на нас могли повлиять теперешние успехи Красной Армии? Нам отступать поздно и некуда. Что бы не случилось, работать будем до конца. Кот».
В подтверждение своего заверения радист регулярно выходил в эфир, а германский разведцентр постоянно получал дезинформацию, в том числе целевую, которая обеспечивала успех осуществлявшихся советскими войсками на фронте широкомасштабных операций. Относительно некоторых из этих сообщений противник делал
«Ваши сведения хорошие, но в них недостает номеров воинских частей. Сатурн»;
«Старайтесь узнавать, с какой целью и в какие пункты следуют эшелоны с войсками. Сатурн»;
«Благодарим за сведения. С диспетчером встречайтесь чаще, чтобы данные не запаздывали. Сатурн».
До февраля 1944 года продолжался обмен радиограммами с радиоцентром. Затем «СМЕРШ» инсценировал ухудшение слышимости в связи с окончанием срока использования батарей и запросил от противника необходимую помощь. Зскоре из разведцентра «отбили» ответ:
«Коту. Помощь готовится. Сбросим с самолета. Подыщите подходящее место, но не ближе, чем в ста километрах от Москвы. Сатурн».
Такое место нашли.
В ночь на 10 марта 1944 года были в указанном районе сброшены два металлических цилиндра с батареями для радиостанции, двумястами тридцатью тысячами рублей, фиктивными документами гражданского и военного образца, цивильной одеждой и военным обмундированием. В дальнейшем, преследуя цель вызвать нового курьера, было решено легендировать перед германской разведкой тяжелую болезнь, а затем смерть Нилова. Одновременно сообщили о намерении его напарника Антонова (до этого его мало привлекали к радиоигре) осуществить вербовку сменщика диспетчера подмосковной железнодорожной станции и просили предусмотреть присылку необходимых для этого денег.
В ответ в разное время были получены две радиограммы:
«Коту-2. Начальник нашего штаба фронта посмертно наградил Нилова золотой медалью «За храбрость». Мы вполне согласны с вашим предложением использовать для получения сведений сменщика диспетчера. Сообщите, сколько денег вам понадобится, чтобы с ним договориться. Сатурн».
К тому времени появились более веские причины для вызова нового курьера, связанные с измене-киями в оформлении личных документов военнослужащих Красной Армии, о чем немцы не могли не знать.
Поэтому не стали настаивать на высылке денег и на последнюю радиограмму дали неопределенный ответ:
«Сатурну. Сколько потребуется денег, чтобы договориться со сменщиком диспетчера, сказать затрудняюсь. По его поведению видно, что деньги он любит, но конкретно разговора с ним я еще не вел, продолжаю изучать. На гражданский вариант перейти не могу из-за непригодности документов. Намерен проживать нелегально у знакомой Нилова. Прошу немедленно изготовить новые документы с учетом введенных изменений. Кот-2».
В ответ противник радировал:
«Коту-2. Предлагаем вам следующее. На старом месте сбросим документы, необходимые для перехода линии фронта под Ковелем. Спрячьте рацию у ваших знакомых. Приедете, отдохнете и с новым напарником отправитесь на работу. Отвечайте немедленно, принимаете ли вы наше предложение. Сатурн».
Учитывая, что Антонов до легендированной смерти Нилова в проводившихся по радиоигре мероприятиях непосредственно участия не принимал, вопрос о его возвращении в германский разведцентр не рассматривался.