Смена статуса
Шрифт:
На вопли боли, сбежались все.
– Что ты творишь?!!
– уже даже не с осуждением, но со страхом выпалил Куруш, наблюдая за катающимися по окровавленной траве ребятами.
– У них...
– побледнев до комплекту, начал Сеня и запнулся.
– Мне бабушка рассказывала. Это... первые симптомы Бешенства.
– Чёрт! Дьявол!!!
– выпалил Джай, но самообладания не потерял. Сбросив злость в словах он немедленно приступил к раздаче новых заданий.
– Ты, ты, ты и ты! Немедленно срезать полотно крыльев Сокола! Знаете как? Замечательно! Вперёд!
– Ты и
– Да.
– Хором ответили опрашиваемые.
– Бегом!
Парни сорвались с места и бросились к своим ношам, что валялись возле тропы. Благо они не оказались под монстром и под потоками вытекающей из него крови.
– Всем! Пакуем то, что добыли и... мотаем отсюда, пока всех не накрыло!
– Тебе!
– вдруг тормознул Куруш Сеню, потянувшемуся было, за двумя клыками, что успел вырубить и передними зубами Сокола.
– Брось эти зубы! Они подберут.
И ткнул в Алису, Вира и Сиба.
– Ты будешь у нас огневой поддержкой. И ты же проводник.
Сеня шумно втянул воздух, но согласился с тем, что Джай прав. По большому счёту, он должен быть свободен от тяжёлой поклажи и обладать достаточной маневренностью, чтобы отбить вероятное нападение хищников. Ведь с приближением Дебрей эта вероятность становилась всё больше.
«Джай точно станет хорошим командиром» - мелькнула мысль. Очень уж решительно он начал командовать когда реально возникла критическая ситуация. Да, была ещё гнусная мыслишка «потопорщить перья», «задрать хвост», «показать зубы» - типа «не ты тут главный». Но это уже от мелкого возраста и не доросших мозгов. Здравомыслие диктует как раз молча согласиться. Сеня бы сам, на его месте, сделал также. К тому же, формально, по ещё школе, Джай и есть командир этого отделения.
Сеня молча отошёл подальше от челюсти Сокола и от его туши. Огляделся. Всё оставалось по-прежнему — тихо и никакого зверья не видно. Посмотрел через Силу. Результат тот же. Только над Дебрями «туман» Силы сильно мешает.
Да, и здесь уже серьёзно чувствуется их «дыхание» — бурьян, несмотря на сушь, заметно гуще и выше того, что был за отрогом, в соседней долине, откуда и шли.
Алиса, пока он занимался осмотром окрестностей, а остальные были заняты другими делами, наверное из жадности, мало того, что напихала в свой мешок все зубы, что добыли ранее, но разошлась и мощным кастом отчекрыжила переднюю часть нижней челюсти Сокола. Так ещё успела выломать оба нижних клыка и теперь пыталась их засунуть в откровенно маленькую заплечную сумку.
Пока она была занята проблемой малой ёмкости своего рюкзачка, от разделанных крыльев Сокола, прибежали Сиб и Вир. Претензия к Алисе у них была естественной — загребла несусветно много. Алиса немедленно на них окрысилась, будто они у неё последнее отбирают.
– Алиса!
– окликнул её Сеня.
– Отдай им все зубы что подобрала.
– Почему?!!
– немедленно подпрыгнула та от обиды.
– Я и за вас, принц, стараюсь!
– Я знаю.
– Вальяжно отмахнулся Сеня.
– Но ты возле меня нужнее. И чтобы без перегруза.
– Чего?!
– растерялась недогадливая.
– Ты! В огневую поддержку!
– рявкнул Сеня.
Алиса заметалась, не зная куда бежать. Пришлось уточнять. Ведь Алиса будучи очень инопланетной девочкой, в Советской Армии не служила. А Сеня неосознанно, по старой, памяти службы сержантом, применил один из расхожих армейских приколов.
– Рядом со мной и только! Для отражения нападения всякой хищной живности.
Больше вопросов не возникло. Вир и Сиб, пользуясь прямым указанием, мало того, что забрали все наковырянные зубы, но и ещё что-то из её груза. За что удостоились возмущённых писков. Но на это, два суровых барбоса просто кивнули на Сеню. К дисциплине их хорошо приучили. И к субординации.
Со стороны Джая — кивок.
Вскоре вся группа, спешно распихав ништяки по заплечным сумкам, подхватив уже находящихся в беспамятстве болезных, двинула дальше. Срезанные кожистые крылья, скатали в здоровенный рулон, который тащили отдельно. Сначала Сеня не понял зачем так спешно срезали эти крылья, бросив всё остальное. По стоимости, например, зубы Сокола были не в пример дороже. Но после сообразил, что брезент занят больными. А что-то сверху натянуть в дебрях, более чем стоит. И вот эти большие лоскуты весьма пригодятся для обустройства бивака.
С отрога, на перевал через главный хребет, дорога спускалась серпантином. И размах этого серпантина был километровый. Если бы шли на конях, - и чёрт с ним. Намотали бы все виражи. Так безопасней и для коней, и для всадников. Но сейчас группа была безлошадной и пришлось, в цейтноте, переться напрямик — по не пологим, мягко говоря, травянистым склонам.
Да, выходило быстрее, но опаснее и тяжелее. Ведь тащить пришлось пострадавших. На руках. Выбиваясь из сил. И Дебри, хоть и помогали как-то своей Силой, но далеко не в таких объёмах, как хотелось бы.
С таким грузом, несмотря на увеличивающееся их воздействие, скорость передвижения упала вчетверо.
Деревья на перевале, по мере приближения к ним, постепенно «вырастали». В начале — спички. А после — к концу дня — чтобы увидеть вершины, надо было хорошо задрать голову. И то не всегда помогало — мешали огромные ветви нижнего яруса.
Вблизи Леса дорога вообще потерялась и пришлось изрядно попетлять выискивая путь. Было много завалов из сравнительно недавно, - очевидно в последнюю Бурю, - наломанных ветвей и деревьев. Края Дебрей, как утверждали Охотники, везде и всегда страдали во время Бури. Сеня припомнил, что когда он вышел из Дебрей в компании Бриссы, Тина и Ю, тоже нарвались на завалы. Прямо перед разломанной заимкой.
– Долго ещё?
– спросил вконец измотанный Куруш, слишком часто подменявший уставших носильщиков у пострадавших.
– Ещё полкилометра. Туда.
– ответил Сеня, напряжённо осматривая окрестности.
Лес в сумерках страшил. Очень. Прошлый раз он шёл под защитой очень опытных товарищей. А сейчас... Ведь он не знал и десятой доли всех опасностей, что таили Дебри. Не зря при расставании Тин Лисан сказал, чтобы он учился и не вздумал сам в них ходить. Что успел передать Сене лишь малую часть знаний об опасностях, что они таят.