Смайли
Шрифт:
Это ее удивило:
– И что все это значит?
– Моя прямая обязанность - заботиться о тебе.
Ее поразила ужасная мысль - и она перестала к нему прикасаться.
– ... что все это значит?
– Моя прямая обязанность - заботиться о тебе.
Ее поразила ужасная мысль - и она перестала к нему прикасаться.
–
– Нет, - он нахмурился.
– В том, что нас отравили наркотиком, не было твоей вины. Их целью был ты, но Грегори и его безумная паства сотворили это с нами обоими.
– Я в курсе.
Она невольно отступила на шаг, и чуть не споткнулась о свои брошенные впопыхах туфли. Она выпрямилась, прежде чем Смайли успел протянуть руку и помочь ей, и высоко подняв руки, от него отмахнулась. Ей больно было думать, что он мог проводить с нею время только из какого-то непонятного чувства долга.
Их взгляды скрестились:
– Но я тебе хотя бы нравлюсь, или это все - просто чувство вины?
Губы у него прикрылись - он явно был удивлен ее вопросом.
– Нет, серьезно. Просто скажи мне правду.
Он слегка придвинулся к ней:
– Я тебя хочу. Ни о какой вине речи не идет. Мы уже соединены обязательствами.
– Теми, которые были сфабрикованы благодаря тому, что мы вместе прошли через травматическое событие?
– Гораздо большими, чем это. С тобой я чувствую себя совсем иначе.
Боль в душе немного ее отпустила.
– Я не хочу, чтобы ты был здесь просто потому, что считаешь, будто ты мне что-то должен.
– Я просто хочу быть с тобой.
– Он нахмурился.
– Меня влекло к тебе задолго до того, как нас одурманили препаратом. И влечет до сих пор.
Тяжесть в груди уже ослабла:
– О'кей.
Смайли обхватил пальцами изгиб ее бедер, привлекая ее к себе:
– Как ты вообще могла сомневаться в том, что меня к тебе тянет?
– Я не знаю.
– Ты что-то знаешь - иначе не сказала бы ничего подобного. Посмотри на меня.
Этого она уже не могла спокойно терпеть, такими глазами он смотрел на нее в этот миг - как будто она ранила его лучшие чувства. Он мгновенно заставил ее пожалеть о своем горячечном предположении:
– Мой послужной список с мужчинами не так уж велик.
– Ты сладкая, Вэнни. Ты заставляешь меня смеяться, и почему-то делаешь немного сумасшедшим.
– Я знаю - это немного раздражает, что я не слишком общительна...
–
– Ты сам только что сказал, я свожу тебя с ума.
Он улыбнулся - и боль в его взгляде совсем исчезла:
– Все потому, что я страшно боюсь случайно сказать или сделать что-то такое, от чего тебе сразу захочется сбежать. Я этого не хочу. У нас совсем разная жизнь, происхождение и опыт за плечами - и я боюсь, что эти различия сделают так, что ты захочешь меня оставить. А мне нужно, чтобы ты осталась со мной.
– В самом деле?
– Похоже, что так.
– Одной рукой он отпустил ее бедро и обхватил ладонью лицо, потихоньку склоняя к ней голову - пока его рот не замешкался в нескольких дюймах от ее губ:
– А еще - я никогда бы не назвал то, что мы с тобой пережили, "травматическим." Это свело нас вместе. Я не могу об этом сожалеть.
– Я тоже, - призналась она.
Он погладил ее по щеке:
– Позволь мне уложить тебя в постель. Я хочу тебе доказать, насколько сильно я все чувствую. Я не очень хорош на словах, зато могу все тебе показать.
– Кончиками пальцев он нежно провел по ее щеке и шейке:
– Скажи - да.
Она чуть не поддалась искушению:
– Ты понимаешь, что для меня необычно - сломя голову бросаться с кем-то в сексуальные отношения?
– Понимаю. Но те, что у нас с тобой - особенные.
Ей очень хотелось в это верить.
– Я даже не знаю, чего ты от меня ожидаешь или хочешь. Возможо, просто секса?
– Ей было необходимо высказать вслух свою озабоченность:
– Я не хочу, чтобы кто-то меня использовал. Но именно так я буду чувствовать себя позже, если ты просто возьмешь - и уйдешь. Я не занимаюсь случайным сексом.
Смайли тихо застонал:
– Я бы тебя напугал, если бы ты узнала, насколько серьезны мои чувства.
– Это просто такой прием? Линия поведения?
Его брови изумленно взлетели, и взгляд выразил растерянность:
– Что это значит?
– Обычно мужчины говорят то, что по их мнению, хочет услышать от них женщина, чтобы затащить ее к себе в постель. Это совсем ничего не значит.
– Я совсем не похож на ваших мужчин, Вэнни. Я бы не стал тебе лгать. Нашим женщинам вряд ли понравится, если я им скажу, что питаю к кому-то из них глубокие чувства. Они предпочитают мужчин, которые умеют держать эмоциональную дистанцию. Я не хочу такого с тобой. Я бы не стал делиться своими чувствами с той, кому бы пришлось говорить только то, что ей хочется от меня услышать. Я бы попросту их скрывал.