Смайли
Шрифт:
Смайли колебался.
– Я за нее беспокоюсь.
– За женщину, которая отравила тебя наркотиком?
– Она сказала, что этого не делала.
– Команда в своем докладе утверждает иное. Ты уверен, что она не несет за это ответственности?
– Нет, - но я уверен, что она не знала, что должно было случиться потом.
– Как?
–
– Смайли взъерошил пальцами волосы и снова принялся вышагивать по ковру. Это помогло.
– Она не имела ни малейшего представления, что должно было с нами происходить.
– Возможно, не до какой степени.
Это остановило его на половине дороги:
– Что ты имеешь в виду?
– Команда уверена, что именно она дозировала оба напитка. При ней не было никаких документов. Был только ключ от номера в отеле. Ты не находишь, что это подозрительно? Люди всегда носят с собой удостоверение, особенно в человеческом баре. Кроме того, номер не был записан на ее имя, зато ее ключ-карта была зарегистрирована для комнаты, которую оплатила Церковь Вудса. Мы имеем с ними дело уже довольно давно. И они не являются нашими друзьями.
Он не стал отрицать, что доказательства могли показаться кому-то убийственными.
– Возможно, ее в это вовлекли силой или обманом, так или иначе. Просто заставили.
– Ты занимался с ней сексом и помнишь все подробности, так что могу предположить, что секс был интенсивным.
Смайли не нравилось, что разговор принял такой оборот:
– Ты веришь, что я могу чувствовать защитную связь с нею только из-за экстремальных физических реакций?
– Ты действительно угрожал членам команды применением силы, когда они попытались ее осмотреть. Ты также отказался исполнять прямые приказы Брасса, когда он готов был ударом привести ее в бессознательное состояние, чтобы потом транспортировать сюда. Ты по-настоящему хотел эту женщину.
– Потому что я был одурманен наркотиком.
– Ты утверждал, что в то время себя контролировал. В чем именно?
В нем уже вскипал гнев:
– Ты пришел сюда, чтобы спорить со мной?
– Нет. Я пришел с тобой поговорить, потому что я обеспокоен.
Смайли успокоился и плюхнулся на диван. Он поставил бутылку с водой на самый краешек стола.
– Садись, если планируешь здесь задержаться.
Джерико предпочел сесть в кресло напротив.
– Я не хочу ранить твои чувства, так что все это не было направлено против тебя лично. В том баре ты был единственным Видом, и именно поэтому стал их мишенью. Скажи мне, что ты это понимаешь.
– Я понимаю.
Джерико
– Я все понимаю, - повторил Смайли.
– Это могло случиться с кем угодно.
– Клыкастые сразу почувствовали бы запах наркотика в напитке.
Он стиснул руки на коленях.
– Это не твоя вина. Просто у них обоняние лучше. Это генетика.
– Почему ты об этом заговорил?
– Я думал об этом и решил, что ты отчасти можешь винить себя за то, что сделался легкой мишенью. Я пытаюсь поставить себя на твое место. Мы здесь не самые слабые Виды. Я тоже об этом думаю, иногда.
– В тебе есть ДНК гориллы. Во мне, вероятно, больше от шимпанзе.
– Они могут быть весьма порочными созданиями.
Смайли только фыркнул.
– Они такие и есть. Можем проверить. Они очень привязаны к своей территории и хорошие бойцы.
– У меня нет проблем с неадекватностью, господин главный мозгоправ.
– Отлично. Рад это слышать. У нас есть свои преимущества по сравнению с клыкастыми или кошачьими.
– Зато мы лучшие скалолазы - хотя я иногда завидую кошачьим за их способности к прыжкам.
– Не относись к этому слишком легкомысленно, - проворчал Джерико.
Смайли вздохнул:
– Мы все тут Виды. Мы семья. Я никогда не находил времени, чтобы действительно обдумать наши разногласия.
– Ты должен сделать это прямо сейчас. Мы склонны быть более эмоциональными, почти как люди. Мы быстрее привязываемся. Я буду говорить прямо, без обиняков.
– Я этого от тебя и хочу.
– Единственные женщины, с которыми ты и я занимались сексом, были собачьими или кошачьими. Они мне рассказали, что я другой, не такой как они - и бьюсь об заклад, что они то же самое говорили тебе. Нам нужно большего, чем просто секс. Речь идет о прикосновениях и чувстве особой связи, которыми мы делимся с ними во время интимных моментов. Я избегал человеческих женщин именно по этой причине. Ты, вероятно, делал то же самое.
– Я просто не встретил ни одной, которая меня бы привлекла, и при этом чувствовала бы ко мне то же самое - иначе непременно попытался бы с ней связаться.
Джерико поудобней устроился в кресле и опустил вытянутые руки перед собой:
– Наши женщины знают, когда нас от себя оттолкнуть, но люди этого не умеют. Я прочитал отчет, Смайли. Ты ухаживал за этой женщиной, и она тебе это позволила. Могу себе только представить, как это на тебя повлияло - но, вероятно, это было довольно мощно. Это, помноженное на эффект "препарата размножения", может создать проблему.