Слуги богини

Черчень Александра

Сияние светлячка то выбивало из известняка тусклые желтоватые искры, играющие на камне, то сверкало на влажных участках, которые иногда тянулись на десятки метров, то терялось в темноте наростов лишайника. С потолка иногда капала вода.

Когда на пути стали попадаться трещины в полу, я лишь нахмурилась, но когда они переросли в маленькие провалы, откровенно забеспокоилась.

Откуда тут настолько явная деформация породы?! Не было же землетрясений или сдвигов в нашем районе со времен того, как это капище заброшено!

Не было!

– У меня одного стойкое предчувствие грядущих неприятностей, в простонародье метко именуемых «западло»? – задумчиво вопрос попугай.

– Да нет, – вздохнула я и, подчиняясь порыву, подняла руку, погладив птицу по крылу. – Ты не одинок.

– В твоем плане какой масштаб указан? – Самой умной оказалась Мышисса. – Хоть поймем, сколько идти. А то по расстоянию ориентироваться…

– Там не обозначено, – тоскливо вздохнула я. – Там вообще много чего нет. Например, всех тех поворотов, которые мы видели недавно.

– А нас в тот склеп спустили? – задал риторический вопрос Нурикеш. – Может, они кладбища перепутали? Или прабабушку…

– Эти ходы заброшены очень давно, – проговорила Мышисса. – И да, после того как капище оставили, не было никаких катаклизмов. А вот во время…

– Ты что-то знаешь? – проницательно взглянул на брауни феникс.

– Нет, я рассуждаю, – покосилась на него девушка. – Хватит искать двойное дно в каждой фразе, пернатый.

Нурикеш промолчал, и мы пошли дальше. И вскоре оказались на месте. Там, где раньше был Западный Луч.

Я замерла у края обрыва, неверяще глядя вперед и вниз, на глыбы камня, неровности потолка, который едва ли не «гармошкой» сложил облицовку, и мне было странно, что она все еще не отвалилась. Лучше бы это произошло, и тогда бы у нашей компании было меньше шансов схлопотать каменюкой по голове.

Часть Луча просто опустилась вниз метров на пять и теперь лежала в руинах.

– Смертнички, – свистящим шепотом повторил сказанное привидением Нурикеш. – Она знала!

Я решила не давать волю языку и просившимся на него эпитетам. Встряхнула светлячок и шепнула короткое заклинание, отчего шарик стал невесомым и медленно воспарил под своды пещеры.

– Ну, все не так плохо, – взглянула я вниз. – Тут весьма удобная «дорожка», спуститься можно без проблем, а потом уже пологий подъем, и, кажется, там тоже все благополучно.

После короткого обсуждения решили, что я полезу первая. Ко мне слетит Кешка, а Мышь пройдет по «изнанке». Смысл рисковать всем, если в этом нет необходимости?

Слава создателю, спуск и правда был не очень сложным, да и я не человечка, а наполовину нага, то есть гибкость и силу никто не отменял.

Этот отрезок мы миновали благополучно, за исключением того, что я поцарапала ладонь об острую грань мрамора и теперь шла с перевязанной рукой.

– Кр-р-ровь, – недовольно ворчал Нурикеш. –

Это плохо.

– Тут никого нет, – покачала я головой. – Да и идти нам всего несколько часов осталось. Это не подземные дворцы темных сидов.

– Лесные сиды тоже не только на деревьях живут, – хмыкнула Мышка, но я заметила обеспокоенный взгляд, который она кинула на перебинтованную ладонь.

Что-то тут нечисто… явно.

– А ну-ка, рассказывайте! – Я даже остановилась и руки на груди скрестила. – Я тут, конечно, по идее самая младшая и необразованная, но только из-за недостатка информации!

– Дело в том, что раньше слугами становились, только если проходили испытание. То есть если ты претендуешь на то, чтобы стать слугой богини, то следуешь совершенно по другой дороге. А мы идем по той, что предназначена для паломников, а не соискателей, – медленно начал Нурикеш. – И поверь, это вовсе не прогулка по каменному коридору. Да и тут мне что-то очень-очень не нравится. Перья дыбом встают.

– Тогда почему мы топаем тут?!

– Да потому что неизвестно, где другой вход! И вообще, может, нам и не придется проходить все испытания.

– Ага, – потерла я виски. – А ты откуда все знаешь?

– Рассказывали.

Допытываться я не стала, лишь осторожно двинулась вперед, машинально отмечая торчащие из стен стрелы. Странно… очень странно. Но кроме стрел тут еще были почти незаметные за давностью времени иглы, а также просто широкие лезвия, застывшие словно в середине замаха.

Это же…

– Это активированные механические ловушки, – прошелестела Мышка, с испугом глядя во тьму коридора.

Вывод даже озвучивать не нужно. Если активированы механические, то и все остальные тоже. Магические и пространственные.

И если механика уже не опасна, а магия могла и рассеяться за все это время, то пространственные по-прежнему представляют угрозу.

– Мышисса, ты их почуешь? – первым сориентировался Кеша.

– Разве что некоторые, и то – на уровне интуиции, – покачала головой брауни. – Тут работали высшие фейри. Что я по сравнению с ними?

– Ларш! – выругался попугай. – Так, Лалидари, двигаемся крайне медленно, впереди – мы с твоей подружкой, а ты за нами. Все ясно?

– Да, – кивнула я и, сняв с плеча птицу, передала ее Мышке.

– Я сам, – было дернулся феникс.

– Прекрати! – рыкнула брауни, гневно сверкнув глазами. – Сейчас не до твоей неприязни, пташка нежная! Вот выберемся, и продолжай дальше на меня презрительно коситься, а сейчас сиди и не чирикай!

– Как ты со мной разговариваешь? – очень тихим и очень страшным голосом уточнил Нурикеш.

Мне почему-то стало жутко, несмотря на то, что это сказал попугай, причем сказал даже не мне.

– Без конфликтов, – решилась вмешаться я.

– Сейчас подеремся, и потом никаких конфликтов! – пообещал Кеша.