Слуги богини
Шрифт:
– Так он не был нагом?!
– Сид он был, – покачала головой Гаррини. – Ну так вот… а бабушка просто рванула с кладбища, но доползла только до ближайшей низко висящей ветви. Как итог – сотрясение мозга и даже временная амнезия.
– А я знаю, что дальше было, – хмыкнул Кеша и, откашлявшись, патетично произнес: – И уже после они встретились в цветущем весеннем больничном саду… Он – с костылями, а она – с забинтованной головой!
– Примерно так, – кивнула Гани.
После разговор как-то сам собой стих, потому что впереди
– А нас пустят? – тихо спросила я, нервно стискивая отвороты куртки.
– А почему нет? – подмигнул мне папа. – Мы мирно идем навестить свою почившую родню. Кстати, тоже очень мирную! В умертвия не превращались, призраками не становились. Идеальные покойники! Никакого беспокойства смотрителям кладбища!
Ага, а стало быть то, что мы, вполне живые, ночью топаем на кладбище навестить почившую родню, – это в порядке вещей. Притом топаем с рюкзаками и попугаем. Видать, первое – для застолья, а второе… для развлечения.
Мы миновали ограду и пошли по главной аллее погоста, с которой крайне не рекомендовалось сворачивать. За тонкой, невидимой пленкой магии бродили странные тени и летали привидения. Вернее, судя, например, во-о-он по той даме в старинных одеждах и джентльмену рядом с ней, призраки совершали променад! И никак иначе!
Мы дошли до фамильного склепа, и тут Гаррини меня снова удивила. Она деликатно постучала в каменную плиту, именуемую тут дверью, и только после этого нажала на рычаг, приводящий в действие систему «сим-сим, откройся».
«Сим-сим» была одной из самых простых систем безопасности и обычно применялась как раз для изоляции склепов, складов и тому подобных пунктов… длительного хранения, скажем так. «Дверь», противно скрипнув, плавно отъехала в сторону, открывая темный провал, откуда тянуло холодом и запахом масел и тлена.
Гани застыла на краю спуска и несколько раз хлопнула в ладоши, от чего камень стен стал сначала едва заметно, а после все ярче искриться. И вот уже можно было разглядеть ступени. Нага, а следом за ней и отец, с едва слышным шелестом скользнули вниз. Я подивилась тому, как они ловко слетают по ступенькам, и направилась за ними.
Когда мы наконец оказались в просторном помещении, в нишах которого стояли красивые резные саркофаги, то я благоговейно замерла. Ровно до того момента, пока не услышала злой дребезжащий старушечий голос:
– Ты чем моего валета покрыл?
– Тузом крести, как и в прошлый раз! – возмутился ей не более молодой, но явно мужской.
– Туз крести ушел в отбой еще в начале игры!
Я повернулась и крадущимся шагом пошла вперед, потому что голоса доносились из-за угла… как раз где-то там должен быть жертвенный алтарь. Священное место, по сути. Именно там приносились кровавые дары как местным покойникам, так и богу мертвых Мору.
И вот именно там и резались в карты два призрака сомнительной наружности.
– Да у тебя маразм,
– Шулер!
Оказавшаяся рядом Гаррини окинула эту картинку возмущенным взглядом и выдохнула:
– Что вы тут делаете?! Леди Мириам!
Призрак старушки, обвившей прозрачный хвост вокруг жертвенника, повернулся к Гани и улыбнулся:
– О, правнучка… Здравствуй, дорогая! А что ты тут делаешь?
– Я бы хотела узнать у вас то же самое! Что вы тут в таком виде делаете?! И как… Я только сказала дочери, что наши покойники – самые достойные личности на местном кладбище! А вы?!
– А мы в преферанс играем-с, – хихикнул дедок рядом с бабушкой и резво растаял в воздухе.
– Ну вот, – проводила его грустным взглядом леди Мириам. – Мужчины… Как сложная ситуация, так они бросают даже штаны – и в окно!
Она с профессиональным мастерством перетасовала карты. Карты, кстати, тоже были призрачные. Очень интересно! Раньше привидения заставали потомков за нелицеприятными занятиями, а теперь потомки – их! Круговорот виноватых в природе!
– А по поводу спокойствия… ну так я никуда не выхожу! – возмутилась дама. – Так, с соседом временами в карты играем, на интерес.
Я подавила желание спросить, на какой именно интерес могут играть призраки.
– Кстати, внученька… – покосился на Гаррини призрак. – А я вас не пущу… мне тут скучно одной!
– Гани, так где вход? – напомнил о цели нашего визита папа.
– Под саркофагом леди Мириам, – вздохнула мамочка, выразительно покосившись на вышеупомянутую. – Но… есть проблема.
Что-то мне подсказывает, что она аукнется нам нервами.
– Какая? – загробным голосом спросил Нурикеш, который, видать, разделял мои эмоции.
– При бодрствующем хранителе, которым мой дедушка сделал свою мать, – кивок на Мириам, – открыть нам дорогу может только она.
– Вот же ж… – почти прорычал попугай, со злостью глядя на кудрявую нагу. – А сходить пораньше и все узнать не судьба было?!
– Потому что еще день назад все было тихо и мирно!
– Я была на свидании, – томно пояснила нам леди Мириам.
Тем временем Кеша решил вспомнить о манерах.
– О, прекрасная леди… – вкрадчиво начал попугай, слетев с моего плеча на каменную плиту, на которой расположилась призрачная нага. – Сегодня чудесная ночь, и я благодарен судьбе за встречу с вами.
– Какой джентльмен, – одарила птичку заинтересованным взглядом Мириам. – И непростой такой…
– Очень непростой, – с намеком подтвердил Кешенька и продолжил: – Но что-то я отвлекся, о луноликая… Наверное, вам скучно в этой провинции? Разве тут отыщутся те, кто сможет по достоинству оценить ваши красоту, грацию и незаурядный ум? Нет конечно!
– Тут вы правы, – загрустила леди. – Я уже всех местных в карты по десять раз обыграла. Вот только Тарраш остался, но и то, когда вы его вспугнули, он уже проигрывал. Скучно…