Слуги Ареса
Шрифт:
Фред хотел было закричать, но Степанов, отрицательно покачав головой, чуть ослабил нажим. Пристально глядя в лицо гея, по которому крупными каплями текли слезы и пот, он повторил вопрос:
– Кто выполнил заказ на Дмитровке?
Фред шумно задышал сквозь стиснутые зубы. Подождав несколько секунд, капитан чуть шевельнул большим пальцем. Фред дернулся, как от удара током, и тонко вскрикнул.
– Ну?
– поторопил капитан.
– Знаешь, что тебе... будет... за это?
– Слова давались Фреду с трудом, чувствовалось, что его тело напряглось, превратилось в один сплошной гудящий нерв.
– Не твоя забота,
– Я жду!
Он снова пошевелил пальцем и с отвращением заметил, как из прокушенной губы гея поползла темная струйка крови.
– Ну!
– Люди Сильвера! Он брал заказ!
– не выдержал наконец Фред. Отпусти-и-и...
– Кто заказчик?
– Ты что-о-о? Откуда же я знаю?
Здесь Фред, пожалуй, не врал. Капитан разжал захват, и гей, подхватив посиневшую опухшую кисть левой рукой, принялся остервенело дуть на нее и даже пару раз провел по коже длинным розовым языком.
– Прощай, красавец.
– Степанов хлопнул Фреда по плечу.
– Желаю успехов... в твоей нелегкой трудовой жизни.
Фред поднял мертвенно-бледное лицо. В его темных глазах плеснулась такая ненависть, что капитана передернуло. Оставив подвывающего гея за серой дверью, он вернулся в бар.
Около стойки стоял новый посетитель, в котором Степанов узнал известного биржевика и депутата. Сей представительный господин и бармен встретили капитана одинаково вопросительными взглядами.
– Фред свободен, - бросил им Степанов.
– Хотя, боюсь, он не в настроении.
С этими словами капитан покинул гостеприимный "Голубой медведь".
Коротая вечер перед телевизором наедине с бутылкой молдавского "Мерло", Степанов склонен был оценить итог сегодняшнего дня как успешный. Конечно, существовала вероятность, что Фред выдал ложную информацию, но, во-первых, это быстро можно было проверить, а во-вторых, гей наверняка понимал, что в случае вранья его ждет повторная встреча с капитаном, следовательно, вероятность обмана была незначительной. Перспектива дальнейших действий вырисовывалась вполне ясная, если бы не одно "но". И "но" это заключалось в том, что во время сегодняшнего визита к Алферову Степанов заметил на столе генерала ту самую книжку. Предположить, что генерал, проводящий на службе чуть ли не двадцать четыре часа в сутки, убивает время за чтением детектива, было бы нелепо, а потому...
"А потому вполне возможно, что Фред заблуждается вполне добросовестно, - подумал Степанов.
– И бригада Сильвера здесь ни при чем. Неужели ктото из наших? Но зачем, черт возьми, зачем?"
VI. ПЕРВЫЙ ФРАГМЕНТ
На следующий день по возвращении из Черноголовки полковник Елизаров вызвал к себе Ямпольского.
– Ну что, Витя, есть новости?
– Стрельба вчера была в Отрадном. Директор филиала "Славянский кредит" и его охранник - в решето.
– Кто?
– Коптевские скорее всего.
– Майор неопределенно пожал плечами.
– Дело, между прочим, хотят на нас сбросить. Выворачиваться как-то надо, товарищ полковник.
– А!
– Елизаров равнодушно махнул рукой.
– Одним больше, одним меньше все равно не разгрести. Ты вот что, Витя, расслабься, пиджачок сними. Снимай, снимай. Садись, ножки вытяни. Я кофейку пока сварганю, а ты книжечку почитай. Вот здесь почитай, вот, вот, предпоследнюю главу.
Майор посмотрел
– Вы это серьезно?
– Что, Витя, думаешь - крыша поехала у старика? Не, ты не беспокойся, работает еще бестолковкато, работает. Ты читай, читай, там немного - в десять минут уложишься.
Ямпольский нехотя взглянул на пеструю обложку, вслух прочел название:
– "Слуги Ареса". Кто такой Арес?
– Читай, говорю. Потом обсудим.
Полковник достал из стола большую красную банку с дешевым крепким кофе "Глобо", воткнул в розетку шнур старенького чайника. Ямпольский со вздохом открыл книжку на заложенной странице и стал читать...
...Такой билет вы не купите в кассе аэропорта, и в туристическом агенстве заказать его тоже не удастся. Он очень похож на обычный, этот билет, - и форма и цвет не отличаются от стандартных бланков внутренних авиалиний. Вот только номера рейса на нем нет, и время вылета не указано, и дата. И фамилия пассажира отсутствует, и пункт назначения не сообщается. Всю эту информацию заменяет одна строчка "Рейс "Камбала "". И далее шестизначный номер.
Эта строчка мало что скажет постороннему человеку, если он случайно заглянет в ваши документы. Но все обладатели странного билета подробно проинструктированы, что следует делать в случае возникновения повышенного интереса к их персонам со стороны неизвестного лица. И это самое лицо ждут весьма серьезные неприятности, если выяснится, что двигало им не просто праздное любопытство.
У всех пассажиров этого рейса есть еще один примечательный документ. Совсем невзрачный листок белой бумаги с очень советским названием "Справка". И в этой справке - фамилия и цепочка каких-то литер и цифр. И очень простенькая печать. Даже лотерейный билет выглядит более внушительно, чем эта невзрачная бумажка, но ее реальная цена велика. Наличие этой справки означает, что ее обладатель не имеет судимости, что его близкие и дальние родственники, а также близкие и дальние родственники его родственников не проживают за пределами страны и не являются лицами определенной национальности. И много, много еще чего означает эта справка, но главное - известное ведомство допускает, что этот человек может работать с документами, имеющими гриф "совершенно секретно", а в ряде случаев и "особо важно".
А счастливое сочетание такой справки и билета на рейс "Камбала" говорит о том, что владелец этих документов имеет отношение к созданию оружия, причем такого оружия, по сравнению с которым все забавные измышления многочисленных в нашем столетии авторов фантастических романов - просто детские волшебные сказки.
Глубокой ночью "ТУ-154" поднимется с полосы одного из столичных аэропортов и направится на юго-восток. Спустя несколько часов за иллюминаторами станет совсем светло и те из пассажиров, которым почему-то не спится, смогут рассмотреть угрюмый пейзаж под крылом лайнера - пустыню Бет-ПакДала, тоскливое, мрачное место. Впрочем, если полет происходит ранней весной, зимой или поздней осенью и пустыня покрыта снегом, то картину заметно оживляют угольно-черные концентрические кольца - следы стартов. В центре такого кольца - шахта, а в шахте - "изделие", приготовленное для испытаний. Таких колец много можно насчитать в мертвой солончаковой пустыне.