Случай Растиньяка
Шрифт:
– Фамилии знаешь?
– Ахмед Ахмедов…
– А Мустафа Мустафин? – опять перехватил инициативу Герман.
– Нет… Мустафа Вахаев.
Герман не подал виду, но внутренне весь подобрался, сделал стойку, как охотничий пес.
– Ну а дальше? Что ты телишься? Рассказывай, как дело было.
– Они пришли… Я в казино проиграл…
– Пять миллионов? – иронически осведомился Герман.
– Нет, но они меня… на счетчик поставили.
– Дальше?
– Ну, они пришли и сказали, что счет дошел до пяти миллионов и что если я не отдам… И забрали сына.
–
– Да. Дали номер счета, – добровольно выдал информацию Алик, – на него надо четыре лимона положить. А пятый – наличными.
– А ну покажи номер счета, – потребовал Герман.
Алик порылся в бумажнике и вынул сложенный вчетверо листок. Герман взял его. Это была компьютерная распечатка. Номерной счет на Каймановых островах. Взгляд Германа заострился, он быстро оглядел комнату.
– Ладно, сядь пока.
Алик сел, а Герман вынул из секретера какое-то небольшое устройство и обошел с ним всю комнату. Потом включил другое устройство, подсоединенное к компьютеру, а заодно и сам компьютер.
– Что это? – спросила Катя.
– Это? Это генератор белого шума. Глушилка, проще говоря. Чтобы нас не подслушали. А вот эта штука, – он указал на приборчик у себя в руке, – проверяет помещение на наличие «жучков». – Он обмахнул заодно и Алика, потом вышел из комнаты и проверил коридор. – Чисто. Я, в общем-то, не сомневался, я такие проверки провожу часто, но… береженого бог бережет. А теперь, – Герман снова сел, – мы немного потолкуем. Я расскажу тебе, как дело было, а ты кивай, – разрешил он Алику. – Если я в чем-то ошибусь, ты меня поправишь. Лады?
Алик поспешно кивнул. Огромный Герман с глазами цвета арктического льда и улыбкой ротвейлера доводил его до смертного страха.
– Итак, – начал Герман, – приходила к тебе женщина и предложила сделку. Тебе достается лимон наличными, ей – все остальное. Нет, не четыре лимона, гораздо больше, но тебе об этом знать не обязательно. Верно излагаю?
И опять Алик кивнул.
– Куда сына увезли? – быстро спросил Герман.
– Не знаю, – так же быстро ответил Алик.
И тут Катя бросилась на него. Молча и так стремительно, что Герман еле успел ее перехватить.
– Тихо, тихо, – уговаривал он, стараясь удержать ее на месте и не сделать больно. – Не надо портить портрет клиенту… до поры до времени, – добавил он шепотом.
– Чтоб ты сдох, гад, – с ненавистью бросила Катя мужу. – Ты же все знал… с самого начала… Где он, говори! Где мой сын?
– Я не знаю! – Алик корчился на стуле и даже ноги поджимал от страха. – Знаю то, что мне сказали. Мне дали номер счета – я сказал…
– Ты звонил им по мобильному, – продолжала Катя. – Отбери у него мобильный, – повернулась она к Герману, – там звонок сохранился.
– А вот это – правильный ход, – кивнул Герман. Он быстро и ловко обыскал Алика, нашел мобильник… – Не бойся, отдам. Нужна мне твоя трубка, как зайцу – стоп-сигнал, – добавил он, вспомнив одну из шуток Дани Ямпольского. – Так, а вот и последний звонок… Правда, мы не знаем, не звонил ли он кому-нибудь, пока сидел один в машине. – Герман подошел к столу, проверил компьютер. – Придется еще
– Но я же не виноват! – дернулся Алик. – Меня заставили!
– Руки выкручивали? – сочувственно спросил Герман. – Может, гениталии током прижигали? М-м-м? А может, просто скажешь, где сын? Без этих бенцев?
– Я не знаю, – упрямо повторил Алик. – Надо четыре лимона перевести на счет и один наличными представить, тогда я должен позвонить, а они скажут, куда ехать.
– Ладно, проверим, – туманно пообещал Герман. – О! «Детка» загрузилась.
Он мгновенно нашел нужную программу, ввел номер телефона, выуженный из мобильника Алика, а сам взял собственный мобильник и кому-то позвонил.
Катя с тоской посмотрела в окно. На дворе уже совсем стемнело. Где там Санька?
– Жека? – заговорил Герман в телефон. – Дело есть. Да, прямо сегодня. Надо одного пацана из засады вынуть. Сможешь? Подключай Журавля. Я перезвоню, будь на связи. Залей пока полный бак. – Он дал отбой и тут же набрал другой номер. – Никита, привет. Мне нужна твоя помощь. Нет, прямо сейчас. Речь о киднепинге. Помнишь Катю Лобанову? В театре познакомились, помнишь? Это ее сын. Мне нужно провести безакцептное списание. Нет, со своего компа я не могу, в том и дело. Да, реквизиты я тебе по «мылу» скину. Подтверди получение. Даню сможешь подключить? Надо четыре лимона перекачать на Кайманы. И один лимон мне нужен наличными. Сможешь? Я верну, ты же знаешь, но мне нужно прямо сегодня. Через Веру Васильевну? Ага… Это меняет дело. Вере Васильевне привет и скажи ей спасибо от меня. Скорее всего, деньги не понадобятся, я тебе их же и верну.
Алик при этих словах опять дернулся, пытался что-то сказать, и Герман, не отрываясь от трубки, сунул кулак ему под нос.
– А можно в кейсе с наручником? Да, мне так удобнее, – продолжал Герман. – К тебе приедет один мой друг… Евгений Синицын. Доверяю, как себе. Еще раз спасибо. Ладно, жду.
Программа между тем просигналила об окончании поиска.
– Ну-ка, ну-ка, – забормотал Герман себе под нос. – Надо же, не соврал! И вправду Вахаев Мустафа. – И он включил электронную почту, то есть «мейл», именуемую в народе «мылом», чтобы переслать Никите нужные реквизиты.
Катю снедала тревога. Она боялась помешать Герману, но и оставаться в неведении больше не могла. Она подсела к нему поближе.
– Герман, – попросила она робко, – скажи мне, что ты делаешь? Это же мой сын, я… Мне страшно.
Герман опять оглянулся на Алика. Не хотелось обнимать ее при Алике, но обнять хотелось до чертиков. Он встал из-за компьютера, подошел к Алику и легким, почти незаметным движением тюкнул его по шее. Алик мешком свалился со стула. Герман подхватил его и оттащил к дивану.