Сломленный
Шрифт:
Джиму это не понравилось, и Боксер опередил его.
— Они не собираются соглашаться на это. И, кроме того, кто сказал, что им можно доверять? Они заберут наш первый пикап и отправятся с ним, вероятно, за границу и каким-нибудь образом получать полмиллиона долларов в мелких фальшивых купюрах в Мексике.
Диггер согласился.
— Я все равно не знаю, почему мы подняли этого нового парня.
Ари прищурил глаза на них троих, не привыкший к тому, чтобы его братья так реагировали на его решение. То есть, за исключением Джима, которому, время от времени, удавалось как-то поговорить
— Если вам это не нравится, мы можем проголосовать. Я просто говорю так, как есть. Если вы все хотите начать войну с какой-то гнусной, наполовину дикой шайкой хулиганов, ради Бога. Я останусь здесь и вывешу белый флаг, когда у меня не останется никого, на кого можно рассчитывать и этот клуб может лететь в тартарары.
Джим сжал челюсть. Он любил Ари как отца, но все больше и больше замечал, как этот сукин сын манипулировал и это его беспокоило. Он собирался взять на себя эту сумасшедшую миссию, чтобы они могли получить грузовик, полный нарезанной бумаги для принтера — единственного принтера, который нашли, и на котором можно было действительно подделать недавно выпущенные банкноты правительства США и вернуться, чтобы забрать в течение недели готовую продукцию.
Джим знал достаточно, чтобы понимать, что они не могли направлять большие партии через свои контакты. У них было много мест, чтобы отмывать деньги, но большинство из них нуждались в меньших количествах, чтобы избежать подозрений.
У федералов уже была команда, пытающаяся это выяснить. Откуда поступал приток фальшивых денег, и эти ребята не знали даже половины. Если бы они продолжали получать большие суммы, то, в конечном итоге, это бы заметили. Меньшие суммы не будут проверяться так тщательно, и все, что было меньше пятидесяти тысяч, вероятно, останется незамеченным.
Но Джим думал, что они должны выждать время и найти кого-нибудь на более дружественной территории или просто купить этого парня, чтобы получить копии шаблонов для своего предыдущего поставщика. Джим не раз упоминал об этом Ари, по Президент прервал его, сказав, что если он хотел соперничать за руководящую роль, то ему нужна была смелость, чтобы учить старика.
Джим не хотел быть президентом, он был более чем счастлив, справляясь с ролью казначея и помогая исполнителю. Но если Ари продолжит сваливать их в кучу собачьего дерьма, Джим знал, что кому-то придется бросить вызов старому дураку.
Однако, сейчас было дело, из-за которого к нему надо было прислушаться. Обязательства были установлены и Джим не отступит. Кроме того, долгая поездка принесла бы ему пользу и, может быть, помогла бы выкинуть эту фельдшерицу из головы.
Но когда он проследовал за Диггером из офиса, Боксер схватил его за руку. Джим застонал.
— Что теперь?
— Не надо со мной трепаться. Как у тебя сегодня дела?
— Я в порядке. Почему бы и нет?
Боксер закатил глаза.
— Твой глупый поступок со мной не сработает, приятель. После вчерашнего вечера со всем этим дерьмом, которое произошло с тобой и твоей ногой, ты готов отправиться в это путешествие?
Джим усмехнулся.
— Я в полном порядке для того,
— Я просто хочу убедиться, что ты не наделаешь глупостей. Я имею в виду, что ты давно витаешь в облаках и стал немного свободнее и опаснее, когда дело касается бизнеса. Мне нужно знать, что ты будешь в безопасности и не сделаешь ничего, из-за чего нас могут поймать, ранить или убить.
Серьезность его выражения не очень понравилась Джиму, и он повернулся, надеясь на то, что Боксер отступит.
Когда Боксер этого не сделал, Джим, наконец, ответил:
— «Стальные Когти» — это моя семья. Последнее, чего я хочу — чтобы кто-то пострадал. — Боксер не выглядел убежденным. — Тебе станет легче, если я скажу, что буду вести себя хорошо, слово скаута? — он игриво поднял вверх два пальца и Боксер улыбнулся.
— На самом деле, это так. Спасибо. — Боксер похлопал его по спине и они вышли на яркий солнечный свет. Джим натянул куртку, схватил рюкзак и, прищурившись, потянулся за солнечными очками. Но его остановил звук визжащих шин и байкер посмотрел вверх, чтобы увидеть пыль, вылетающую из-под колес избитого седана «Chevy».
— Что за черт? — пробормотал Боксер, прикрывая глаза рукой и глядя на автомобиль, когда тот остановился.
Джим пожал плечами. Он не мог видеть сквозь облако пыли, окружающее машину и ждал, когда она начнет оседать. Но когда открылась дверь водителя и он увидел пару длинных, стройных ног, то уже точно знал, кто только что ворвался на его территорию, чтобы испортить променад.
Как будто она уже сделала не достаточно.
Сьюзан бросилась прямо к нему и не останавливалась, пока не оказалась от Джима в нескольких дюймах.
— Мне нужно кое-что с тобой выяснить.
— Это должно быть весело, — пробормотал Боксер и отступил с поднятыми вверх руками под жгучим взглядом, которым девушка на него посмотрела. — Она вся твоя, ковбой.
Отлично. Единственный раз, когда Джим хотел, чтобы его братья стояли рядом с ним, они оставили его на произвол судьбы и он не знал, достаточно ли будет этого для того, чтобы выжить.
Глава 12
Сьюзан припомнила все оскорбительные вещи, которые кто-либо когда-нибудь говорил ей в последние несколько лет на работе, плюс каждое оскорбление, которое она когда-либо слышала еще в школе и перенесла все это на пик своей чистой ненависти к Джиму Уэйду. Она смотрела в его невероятно красивое лицо. Конечно, он не был рад видеть ее и трюк его друга казался менее чем взволнованным. Ну, по крайней мере, она произвела впечатление.
— Знаешь ли, ты слишком нервничаешь, — сказал Уйэд на одном дыхании. — Эти парни, в значительной степени, смотрят на тебя так же, как ты смотришь на них, за исключением того факта, что большинство из них, вероятно, раздели бы тебя в своих мыслях прямо сейчас.
Это только заставило ее говорить дальше.
— Послушай меня, ты, кусок крысиного дерьма. Ты — грязный, манипулирующий, эгоистичный мудак, и должен передо мной извиниться.
У него хватило наглости взглянуть на нее и выглядеть смущенным.