Сломленные
Шрифт:
Никс бросился бежать, расталкивая возмущенных жителей, чем еще больше привлек внимание стражников и самого мага. Он выскочил из толпы и со всех ног понесся к ближайшему закоулку. Вместе с тем ему в спину уже летели заклятия.
— Левее. Теперь правее.
Заряд эфирной энергии попал в левую руку Никса, и она тотчас повисла плетью. Мужчина выругался:
— Ублюдки!
— Я же сказал «правее» или ты не только слепой, а еще и глухой?». Сколько раз я еще буду выручать тебя в бою?
Замечание нисколько не задело Никса, наоборот, сделало
Длинный переулок все никак не заканчивался и постепенно превращался в лабиринт с множеством развилок. Никс выбирал путь, полностью доверившись чутью. Он продолжал петлять по мрачным переулкам, но преследователи не желали отставать. Недалеко слышались гневные выкрики чародея, который подгонял нерасторопных гвардейцев.
Следопыт снова и снова оказывался в глухом тупике, а топот тяжелых сапог раздавался все ближе. Никса окружали.
«Кажется, у нас неприятности».
— У нас? У тебя неприятности, а я бессмертен.
«Ты и пальцем не пошевелил, чтобы нас вытащить».
— Я в твоей голове. У меня нет пальцев, кретин. В окно прыгай.
Никс посмотрел на узкое оконце, забитое досками, и покачал головой.
— Эй, в плаще, стой! — приказал один из гвардейцев, направив копье в сторону Никса. Его примеру последовали не меньше двух десятков бойцов. Арбалетчики позади взвели тетиву. Все ждали, пока бегущий в хвосте маг не отдаст приказ стрелять.
Секундной заминки следопыту хватило, чтобы заметить над собой балку между домами и подпрыгнуть. Он подтянулся, несмотря на изнуряющую боль в руке. Ему пришлось использовать всю свою выдержку и упорство, чтобы не грохнуться наземь. Цепляясь за всевозможные выступы и трещины в стене, Никс быстро вскарабкался на крышу, где черепица оказалась настолько старой и скользкой, что он едва не скатился вниз.
Ферксийцы с открытыми ртами наблюдали за акробатическим трюками. Из-за угла показался запыхавшийся чародей.
— С…с…стреляйте! — выкрикнул он и опустил руки на бедра.
Болты засвистели над головой Никса.
— Куда дальше, умник?
Мужчина разбежался и прыгнул на соседний дом. Стражники внизу бросились в погоню за проворным преступником. Следопыт ловко скакал по верхушкам домов и все дальше отрывался ферксийцев. «Моя взяла».
— Ну-ну, — отозвался Эгон, перед тем, как Никс запрыгнул на очередную крышу и проломил ее. Он с глухим стоном приземлился на чердак. Гнилые доски не выдержали, и следопыт продолжил падение, пока не оказался на полу первого этажа. От удара у него потемнело в глазах, и он потерял сознание.
****
Вечер. Огромный синяк под глазом и потеря зуба в небольшой потасовке не мешали Кридлу непринужденно гулять по оживающим улицам Драйдофа. После заката город преображался: доселе пустые трактиры и бордели стремительно
Едва Кридл остался один посреди улицы, он свернул к портовым вратам. Сразу за ними его ждал пологий склон, по которому купцы провозили свой товар из гавани. Кридл убедился, что за ним никто не следует и быстренько спустился вниз; и тут поджидала неприятность — ферксийцы огородили порт неприступной стеной с одним входом. «Вот черт! — ругнулся наемник, спрятавшись за камнем. — Иди ночью, иди ночью, — вспомнил он слова управляющего, кто выдал ему грамоту, — стражников меньше. Но стены-то ниже не станут!». Стоит признать, в словах управляющего была доля правды. Кридла бы не впустили в порт днем, потому что грамота не давала таких привилегий даже с печатью императора. Как-никак, у торговых гильдий свои законы и правила — порт полностью был в их власти. На такой случай у Кридла всегда под рукой была его незаменимая веревка с крюком…и Пискун.
— Пискун! — позвал он верного друга. — Эй, ленивый негодник, я знаю, что ты здесь!
Сокол приземлился рядом и осуждающе поглядел на Кридла. Возникло неловкое молчание, после которого Пискун отвернулся.
Наемник взмахнул руками.
— Ну прости, я же попросил тебя все осмотреть, а ты набивал себе брюхо!
Пискун понимающе опустил голову, затем издал звук, похожий на раскаяние. Кридл погладил птицу, уголок его рта приподнялся.
— Так значит все чисто? Отлично.
Он раскрутил веревку и забросил на стену. Крюк удачно зацепился за выступ. Кридл для уверенности несколько раз дернул и только потом стал карабкаться вверх. Пискун тем временем следил, чтобы хозяину ничего не угрожало.
Как Кридл и думал, большинство стражников кутили напропалую, а еще совсем недавно он убеждал себя в надежности ферксийских стражников. Из дома охраны доносились женский смех и звон кружек.
«Ну да, куда там…».
Спустившись вниз под пристальным надзором Пискуна, Кридл в мгновение ока слился с темнотой и осторожно направился к пристани, где находился Дом Гильдии, чьи выразительные очертания куполообразной крыши виднелись еще издали. Сокол опустился на вывеску дома рядом с ним и издал клекот. Путь свободен! Кридл благодарно кивнул и устремился вперед.
…Здание, казалось, пустовало. Кридл долго стучал, прежде чем ему открыли. Угрюмый толстяк с маленькими хитрыми глазками осмотрел его и попросил грамоту. Утомленный наемник небрежно бросил тубус в потные руки толстяка и без приглашения вошел внутрь.
— Господин Кридл! — Голос принадлежал низкорослому белобородому старичку в огромных очках. Одет он был в свободную мантию, край которой, словно хвост, волочился позади. Голос старика лучился энергией и был много моложе его обладателя. Старец потирал сухие ладони от нетерпения, но завидев лицо Кридла, нетерпение сменилось озабоченностью. — Фервус всевышний! Что с вами случилось?