СЛОМ

Ерошин Алексей

Человек покачнулся и поздоровался:

– Д-добрый вечер, капитан. Очень рад вас видеть. Вам, н-наверное, трудно меня узнать в этом виде…

– Всем – отбой!- приказал Иван в трубку.- Я потом перезвоню…

Человек снова покачнулся. Левушкин поспешно усадил пришельца на обувную полку и набросил на его плечи куртку. Полина протянула пустой бокал:

– Иван, очнись уже!

Репьев вышел из ступора, залез в карман куртки,

вытащил фляжку. Налив бокал почти до краев, он приказал человеку:

– Пей.

Тот осторожно понюхал и поднял глаза:

– Вы уверены, что мне это можно? В этом теле еще д-достаточно калорий, чтобы д-довести температуру д-до нормы б-без алкоголя.

– Пей,- повторил Иван,- это приказ.

Пришелец выпил, не поморщившись, и сказал:

– С-лабость. Энергия заканчивается. Я н-нуждаюсь в питающей ж-жидкости.

– На кухню,- распорядился Иван.

Пришельца утащили в кухню и усадили на диван. Майка опасливо отсела подальше.

Олег выложил остатки картошки в тарелку и всучил ее гостю.

– Съешь это.

– Вы уверены, что это для меня безопасно?

– Перестань переспрашивать,- приказал Репьев.- Просто выполняй.

Человек, сутулясь над столом, послушно принялся поглощать картошку, так неуклюже подцепляя ее с тарелки, словно делал это впервые в жизни. В кухне повисла напряженная тишина, только отчетливо звякала вилка пришельца. Худое и бледное лицо его уже начало розоветь под действием коньяка. Заросшее трехдневной щетиной, оно выглядело крайне изможденным. Зеленый балахон раскрылся на груди, обнажив свежие рубцы огромных шрамов.

– Да-а, досталось тебе, Ганька,- покачал головой Репьев.- Как тебя занесло в это тело?

– Оно могло погибнуть. Мой долг – сохранять жизнь человека,- ответил гость.- Любой ценой.

– А вы тогда кто?- недоуменно спросила Майка.

Пришелец положил вилку, оглянулся и вопросительно посмотрел на Ивана:

– Кто я теперь, капитан?..

Репьев, задумчиво почесывая щетину на подбородке, распорядился:

– Игорь, попрощайся со своей девушкой. Полина проводит ее домой. Pardon, mademoiselle. Служебные дела.

Майка поджала губы, но ничего не ответила. Молча встала и пошла в прихожую, обуваться. Игорь выскользнул следом.

– Не обижайся,- шепнул он, подавая пальто.- Эти конспираторы всегда так. Работа у них такая,- он потрогал разбитую губу и добавил,- иногда лучше не знать. Не проболтаешься.

– Больно мне надо,- фыркнула Майка, тряхнув черными волосами.- Конспирируйтесь на здоровье.

– Но ты еще придешь?

– Посуду помыть, или плиту почистить?

– Ну… чаю выпить. Проведать. И вообще… Мало ли. Вдруг осложнение будет…

Майка надела рюкзак:

–

Хуже тебе вряд ли будет, Левушкин. Зараза к заразе… сам знаешь. Ладно, забегу как-нибудь. Когда будет чуть менее многолюдно.

– Созвонимся?

– Созвонимся,- Майка подкрасила губы, чтобы не растрескались от мороза, и позвала,- Полина, ты идешь?

– Да-да,- отозвалась та, получая от Репьева на ухо последние инструкции.- Уже иду.

Полина вышла из кухни и оделась. И сделала это так быстро, словно сдавала норматив. Вжикнули три молнии, одним движением поправлена шапка. В зеркало Полина даже не взглянула. Зато взяла с полки контроллер Левушкина, внимательно просканировала подъезд, и только после этого вышла на площадку. Майка помахала рукавичкой:

– Пока.

Игорь щелкнул замком и обернулся. Дверь в кухню была уже плотно закрыта. Он подкрался на цыпочках и прислушался.

– Потрясающе,- недоуменно бурчал Иван.- Ганя, как тебе удалось? Смертельное ранение в правый желудочек, да еще и операционные разрезы…

– Я задействовал некоторые резервы этого организма,- отвечал гость, которого Иван назвал Ганей.- Мог справиться быстрее, но реаниматологи сильно осложнили ситуацию.

– И как ты сейчас?

– Сильно заторможена система координации. Наверное, от этой твердой пищи. Я ведь функционировал на глюкозе.

– Это от алкоголя. Скоро пройдет.

– Ты согрелся?- спросил Олег.

– Температура в норме. Но на восстановление надо еще несколько дней.

В кухне некоторое время молчали. Кто-то задумчиво выстукивал на столешнице пальцами нечто, напоминающее рондо из серенады Моцарта.

– У нас есть два часа,- сказал, наконец, Репьев.- На все про все.

– Ты все продумал? А разрешение на операцию?

– К черту разрешение. Операция одобрена в целом. За полномочия мы не выходим. Детали обсудим по дороге. Теперь главное…

– Постой…

Игорь поспешно отпрянул от щели, но Олег уже распахнул дверь.

– Подслушиваем служебную информацию, брателло? Смотри, запру в кладовке до утра.

– Налейте хотя бы чаю, изверги!- огрызнулся Игорь.- Даже доесть не дали.

– Ладно, командир, чего ты, в самом деле,- махнул рукой Репьев.- Пусть пацан поест нормально. У него тоже нелегкий денек был.

Гость уставился на Игоря и огорченно заметил:

– Сожалею, но я, кажется, съел все.

– Не думал, что зомби столько едят,- буркнул Игорь, шумно пододвигая к столу табурет.

Репьев прыснул в кулак:

– Кто?!

Вымакивая хлебом юшку от бифштексов, Игорь кивнул на пришельца:

– Я не совсем ку-ку. Это же тот убежавший труп из новостей. Фаер. И если вы собираетесь срулить по делам, надеюсь, вы его с собой заберете. Я не собираюсь торчать ночью в квартире один на один с живым покойником.