СЛОМ
Шрифт:
– Там, где его труднее заметить. У источников тепла.
На трансформатор подстанции они оглянулись одновременно. И тотчас длинное веретенообразное тело хоря, тускло блеснув чешуйками брони, скользнуло сверху стальной молнией прямо в снег. Штольц не успел даже поднять оружие.
– Он под нами!- крикнул Олег.- Под землей! Ориентир – на два часа! Дистанция шесть метров! Бей шокером!
Йозеф поспешно принялся заряжать гарпун.
– Три часа, дистанция десять метров,- докладывал Олег.- Двенадцать.
Штольц изрек непристойное немецкое ругательство.
– Подожди чертыхаться,- посоветовал Левушкин.- Мы зевнули фигуру, но партия еще не проиграна. Ход за нами.
– Я не знаю этой игры,- возразил Йозеф.- У нее другие правила.
– А мне приходилось играть по этим правилам,- сказал Олег, продолжая внимательно следить за показаниями сканера.- Линия тянется с юга. Хорек ушел на север. Ему больше негде брать энергию. Он вернется, Йозеф. Куда ему деваться? Непременно вернется. А уж мы его встретим.
***
– Может, здесь чего найдете,- сказал Федотыч, осторожно приоткрыв дверцу кладовой.- Тут много чего. Прибраться только недосуг, извиняйте. Мужики уезжали – барахлишко оставили. Или кто помер если – бабы тоже мне хлам несли. А чего, не выбрасывать же.
Йозеф снял со стены карабин.
– Удивительно,- заметил он, разглядывая дату выпуска.- Винчестер позапрошлого века. Это есть антикварная вещь, и в прекрасном состоянии…
– Так ведь к нему патронов не было,- пояснил старик.- Никто достать не мог. А без патронов он – что? Палка красивая.
– А это откуда?- спросил Олег, снимая крышку с патронного ящика военного образца.
Старик мельком взглянул на позеленевшие гильзы в локоть длиной:
– Это-то? От соседа моего, Петра Сергеича, осталось, царствие ему небесное. Он тут, недалече, на вертолетной точке работал. Так полигон там был, самолеты пристреливали, ага. Ну, он и взял. Больше-то нечего было. Тушенку еще возил, так ее, понятное дело, съели. У нас ведь как: кто что может, то и тырит, ага. Денег тогда месяцами не платили, а жить-то надо. Даром ведь ничего не дают.
Штольц нахмурился, разглядывая содержимое кладовки:
– Сержант, это есть целый арсенал. Мы должны сообщить куда положено. По закону это все подлежит изъятию. Тут взрывчатки на десять диверсий!
– Йозеф, уймись,- посоветовал Олег.- Ты что, никогда не был в сарае у русского мужика? Тоже, нашел террориста… Лучше думай, как этот арсенал к делу приспособить.
– Да и не мое это вовсе,- обиделся Федотыч.- Прибрал, чтобы не валялось-то, мало ли что. А он возмущается! Тоже мне, законник нашелся. Ты поживи здесь, поживи, в глухомани-то, посмотрим тогда! Ишь, законник он…
– Ладно,- отвернулся Йозеф,- это не есть мое дело. Ваша страна, живите, как знаете.
Старик немедленно успокоился и назидательно заметил:
– То-то. Со своим уставом в чужой монастырь соваться не резон. У нас тут один закон – медвежий угол. Тайга и болота. Вот и весь сказ.
– Я сказал
– Мы имеем дело с автономным военкибером. Тип – HOR – Haunt Of Raider. В обиходе – «хорек». Основные функции – разведка и диверсии. В первой стадии он прорывает ходы к стратегическим объектам. Или использует готовые – теплотрассы, даже канализацию. Этот пункт уже выполнен. Если на сообщения кибера не поступает приказа, он переключается на вторую фазу – начинает действовать самостоятельно. В первую очередь, уничтожает средства связи и транспортные средства.
– Этот пункт выполнен тоже,- констатировал Йозеф.- Дальше, как я понимаю, есть очередь живой силы противника?
– Правильно понимаешь. Основное вооружение хорька – химические детонаторы и отравленные дротики. Детонаторов, полагаю, нет, и взять ему их негде. А дротиков и яда может быть еще достаточно. Яд растительного, животного или искусственного происхождения. Стреляет бесшумно, из пневматической трубки, обычно с близкого расстояния, не дальше полутора метров. При прямом контакте пускает в ход электрошокер или инъектор, или распыляет яд в глаза. Кстати, где вы берете воду, Кондрат Федотыч?
– В колодце, где ж еще ее брать,- ответил старик.
– С этой минуты колодезной воды не пить. Она может быть отравлена.
– А какую ж пить-то?
– Растапливайте снег с крыши. Не набирайте его дважды в одном месте.
– Die Teufelei!- снова выругался Йозеф.- Кто создал эту дрянь?
Левушкин невесело усмехнулся:
– Ну, мало ли какой дряни люди насоздавали. Но это, согласен, особенная мерзость. Хорек был запрещен международной конвенцией три года назад. Часть киберов перепрофилировали конверсиологи. Пробовали с их помощью ограничить численность кроликов в Австралии. Довольно успешно, кстати. Кондрат Федотыч, сын-то ваш кем работает?
– Этим…- замялся старик.- Тьфу ты, пропасть… Не вспомню… Но в ней. В Австралии в этой. Летом в гости прилетал, тогда и привез эту зверюгу.
– Честно говоря, до сих пор я думал, что для них создали новую программу,- озадаченно заметил Олег.- Но, похоже, вместо этого хорькам просто блокировали часть функций. И вот вам результат.
– Плохое наше дело. А может, подорвать этого хорька?- предложил Штольц.
Олег покачал головой:
– У него газоанализатор. Хорек нитратную взрывчатку чует, это же одна из его главных задач – найти и уничтожить. Тут надо две роты спецназа для зачистки, Йозеф. Или что-то, чего нет в базе данных кибера.
– Что ты предлагаешь? С дубиной за ним бегать?
– Забавная идея,- усмехнулся Левушкин.- Но есть вариант получше. Скажите, Кондрат Федотыч, есть у вас в хозяйстве ацетон?
Старик довольно заулыбался:
– Как не найтись, найдется. Полбочки еще, поди, али больше.
– Электролит?
– А как же ж без него? Найдем.
– Ну, а гидроперит?
Федотыч почесал в затылке:
– Таблетки такие, что ль? Надо поглядеть. Когда медпункт закрыли – много чего осталось. Видел я его, кажись – целую коробку. А может, вам тол нужен? Была у меня еще пара шашек в загашнике…